Страница 50 из 134
1.29**️. Телесная химия
Родители Семёна оба вышли на пенсию и его отец зарабатывал на жизнь, занимаясь бальзамированием умерших. Он был не просто врач, который оказывает такие специфические услуги, он был известным, востребованным специалистом, который изобрёл собственную технологию. Вместе с Семёном они собрали специальный аппарат, который нагнетал формалин, и они даже запатентовали его. Благодаря этому услуга оказывалась качественно и пользовалась большим спросом. Елена Ефимовна всегда ассистировала мужу в таких случаях. Именно благодаря этому заработку семья жила обеспеченно. Эля прекрасно знала, чем они зарабатывают на жизнь и поскольку сама училась в медицинском колледже, относилась к этому с уважением. На такой вызов ранним утром уехали родители Семёна, оставив его с Элей одних дома.
* * *
— Эля.. тебе моя мама тут записку оставила.
Крикнул с кухни Семён.
— Иди почитай.
Эля проснулась довольно поздно, умылась и пришла на кухню ещё немного сонная. Он не стал читать чужую записку и спросил:
— Что же она тебе там написала, интересно?
— Она просит доварить борщ, она не успела. Сварила только бульон.
— Будешь варить?
— Ну да. Помогу конечно. Только я не знаю где у вас лежат овощи, мне нужна свёкла.
— Я тебе покажу. И не буду мешать, пойду тогда поиграю в компьютер. Если что-то ещё будет нужно, позови.
— Хорошо. А твои родители надолго уехали?
— Да. Они в область поехали, на полдня точно.
— М-м-м.. это хорошо.
Семён понял, о чём она подумала и добавил:
— Конечно хорошо. Но хотелось бы сначала поесть. Сегодня тренировка.. режим.
— Я сейчас быстро всё сварю, и поедим.
Эля всё приготовила и позвала Семёна к столу. Разлила суп по тарелкам. Он внимательно и с тёплой улыбкой на лице наблюдал, как она заботливо накрывает на стол. Эля нарезала хлеб и, сев рядом с ним, сказала:
— Только не обожгись, он ещё горячий.
— Ничего страшного, остужу.
Эля сидела напротив, подперев голову рукой, и наблюдала, как он ест. Ожидая, что он что-нибудь скажет. А он ел молча. Тогда она сама спросила:
— Вкусно?
— Да. Очень.
— А что тогда не говоришь? Не хвалишь?
— Ой, прости. Я просто очень голодный. У тебя, явно, пятёрка была по супам.
— В школе имеешь в виду? На уроках труда? Да, всегда была пятёрка. Мне только пирожки никогда не удавались, с ними много работы..
— Без пирогов можно прожить, а вот без жареной картошки и супа никак.
Эля улыбнулась. Ей было приятно.
— Ладно, ешь молча. Не отвлекайся.
Семён поел первый и всё убрал за собой со стола, помыл посуду и поставил на место. Эля сказала:
— Я сама могу всё убрать.
— У нас правило, Эля: мама готовит, а мы убираем за собой сами.. хотя отец почти никогда не убирает, вечно она вокруг него крутится.
— Понятно. Всё у вас по правилам всегда..
— Да. Это удобно. Никаких вопросов не возникает в быту. Каждый знает, что и когда ему нужно делать, и все помогают друг другу. Привыкай.
— Мне сложно привыкнуть, я росла в полной свободе и без правил. Но вроде бы привыкаю.
— Вот и умница. Пошли в комнату. Займёмся тем, чем ты хотела.
— Это чем?
— Тебя буду целовать.
— Откуда ты знаешь, чего я хотела? Я тебе ничего не говорила.
— Сказала. Просто не словами. Я тебя уже достаточно хорошо знаю.
Они стояли посреди комнаты обнажённые и целовались. Семён уже с трудом сдерживался, обнимая её всё крепче и прижимая к себе. Но вдруг он остановился и сказал:
— Эля, знаешь почему мне всегда нравилось, что мы с тобой почти одного роста?
Эля удивленно посмотрела на него и ответила:
— Нет. Не знаю. Первый раз слышу об этом.
— Потому что, когда я подхожу к тебе. Мои глаза сразу напротив твоих. Мои губы рядом с твоими.
Он слегка прикоснулся своими губами её губ. Затем он прижал её к своей груди.
— Моя грудь – напротив твоей и мне очень нравится её касаться. Но самое главное, что я могу сделать вот так.
И он юркнул к ней между ног. Эля сразу же застонала.
— Я ещё не в тебе. Но тебя уже всю чувствую. Я знаю, хочешь ли ты меня, готова ли ты – без всяких слов.
Он страстно поцеловал её. Эля снова застонала.
— И ты целуешь меня сразу и там и тут. Ты будто создана специально для меня.
Эля вцепилась руками в его спину.
— Может так и есть.. Ты сегодня меня решил с ума свести?
— Немного.
Она толкнула его на кровать, склонилась над ним и сказала:
— Я тебя сейчас за это накажу.
— Наказывай. Я этого хочу больше всего на свете.
После того как они немного успокоились и решили сделать передышку, Семён лежал и обнимал Элю, положив ей свою руку на живот и прижимаясь к её спине.
— Эля, скажи, а ты чувствуешь какую-то особую связь между нами?
— Что ты имеешь в виду?
— Я имею в виду нашу близость. Я ощущаю её по-особенному. У меня никогда не было ничего подобного с другими девушками. А с тобой я каждый раз это ощущаю.
— С другими девушками? У тебя их ещё и много было? Сколько же их было?
— Какая разница, Эля. Ну несколько было.. Я тебе что-то важное пытаюсь объяснить, а ты ревнуешь что ли?
— Не ревную. Ладно, рассказывай дальше. Просто стало любопытно.
— Понимаешь, когда я с тобой. Я никогда не задумываюсь что надо делать, как надо делать и когда. Тело будто само чувствует когда нужно замедлиться, когда ускорится, а когда остановится. И ты всегда испытываешь оргазм, если конечно не притворяешься. А с другими, там надо контролировать, наблюдать, думать.. всё время в напряжении и то не всегда получалось доставить удовольствие.
— Я никогда не притворяюсь. Зачем вообще притворяться?
— Я так и думал. А ещё когда я в тебе, я не просто тебя чувствую. Ты как будто в прямом смысле становишься моим продолжением, я чувствую твоё тело как своё собственное в такие мгновения. Ты что-нибудь подобное испытываешь?
— Да, я тоже чувствую это. У меня просто немного другие ощущения. Моё тело реагирует на тебя само, ещё до того как я о чем-то подумаю или представлю тебя обнажённым. У меня сразу же начинает тянуть внизу живота. Оно как будто тебя почувствовало и сразу же откликнулось. И когда ты во мне, у меня появляется такое щекочущее ощущение тоже внизу живота. А дальше внутри разгорается жар, и это не оргазм, это происходит ещё задолго до него, практически сразу как только ты окажешься во мне. И это действительно не так как с кем-то другим.
— Откуда ты знаешь как с другими, если кроме меня у тебя никого не было?
Семён даже приподнялся в кровати, услышав её слова.