Страница 13 из 44
ГЛАВА 8
— Малыш, ты где была? — его голос звучал как обычно, с лёгкой ноткой усталости, но я уловила в нём напряжение. Он стоял в прихожей, снимая пиджак, и смотрел на меня с привычной улыбкой, которая теперь казалась мне фальшивой.
— На работе задержалась, — соврала я, заставляя себя улыбнуться в ответ. — А ты сегодня раньше, чем обычно.
— Да, переговоры закончились быстрее, чем ожидал, — он пожал плечами, вешая пиджак на вешалку. — Устал как собака. Пойду в душ, а потом поужинаем?
— Конечно, — я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Но я держала себя в руках. — Я разогрею ужин.
Он ушёл в ванную, а я прошла в кухню, машинально включая плиту. Поставила разогреваться вчерашнюю курицу, достала салат из холодильника. Руки работали на автомате, а в голове крутился вихрь мыслей. Он вернулся раньше. Почему? Испугался, что я поговорю с отцом? Или его «другая семья» отпустила его пораньше, чтобы он успел сыграть роль примерного мужа? В следующий понедельник я выйду на работу в компанию отца и «командировкам» Антона придёт конец. Будет интересно понаблюдать, как он будет изворачиваться, чтобы встретиться со своей любовницей и дочерью.
Я накрыла на стол, поставила приборы, стараясь быть спокойной. Антон вышел из ванной, в домашней футболке, с влажными волосами, пахнущий гелем для душа. От него веяло уютом, теплом, и это бесило больше всего. Как он умудряется выглядеть таким.. нормальным? Будто не он в субботу вытирал мороженое со щёк своей дочери, будто не он лгал мне про Новосибирск.
— Вкусно пахнет, — он улыбнулся, садясь за стол. — Ты у меня молодец, малыш.
«Малыш». Такое милое и нежное слово, которое он произносил легко, без внутреннего напряжения, резало слух.
— Стараюсь, — ответила я, накладывая ему еду. — Как день прошёл? Расскажи, что нового на работе?
Он начал говорить — что-то про поставщиков, про сложные контракты, про погоду в офисе, где кондиционер опять сломался. Я кивала, поддакивала, но каждое его слово было как песок на зубах. Врёт. Врёт так легко, что я почти восхищаюсь. Почти. Если бы не эта холодная ярость, что кипела где-то в груди, я бы, может, и аплодировала его актёрскому мастерству. Браво, Антон.
— А у тебя как дела? — он посмотрел на меня, отпивая воду. — Ты какая-то.. задумчивая.
— Просто устала, — я пожала плечами, глядя ему в глаза. — Работа, знаешь, выматывает. Думаю о переменах.
— Переменах? — он чуть нахмурился, но быстро спрятал это за улыбкой. — Каких ещё переменах?
— Ну, знаешь, — я нарочно растянула паузу, наблюдая за его реакцией, — через месяц мне тридцать три. Я хочу родить ребёнка и уйти в декрет, поэтому больше не буду предохраняться. Ещё год и может быть поздно становиться матерью.
Он замер, вилка зависла над тарелкой. Антон побледнел, затем покраснел, и в ярости встал из-за стола.
— Что ты только что сказала? — его голос дрожал от едва сдерживаемой ярости. Кулаки сжались так, что побелели костяшки.
— Я сказала, что хочу ребёнка, Антон, — я спокойно отпила воды, наблюдая за его реакцией. — Мы десять лет женаты. Мне скоро тридцать три. Если не сейчас, то когда?
— Мы же обсуждали это! — он ударил кулаком по столу, тарелки подпрыгнули. — Я сказал — ещё не время!
— Когда же будет время? — я не повышала голос, но каждое слово било точно в цель. — Когда мне исполнится сорок? Или ты ждёшь, пока я вообще не смогу родить? Мои часы тикают. Ты это понимаешь?
— Не драматизируй! — он прошёлся по кухне, взъерошив волосы. — Ты же знаешь, у меня сейчас сложный период на работе. Новые контракты, расширение..
— У тебя всегда сложный период, — перебила я. — Шесть лет назад было то же самое. И три года назад. И в прошлом году.
— Лика, ты не понимаешь! — он развернулся ко мне, и в его глазах я увидела панику. Чистую, неприкрытую панику. — Ребёнок — это огромная ответственность! Это траты, это..
— Это то, чего я хочу, Антон. То, о чём мечтаю. Или мои желания не важны?
— Конечно, важны! Но.. - он замялся, явно подбирая слова. — Послушай, давай подождём ещё год. Всего год, и мы вернёмся к этому разговору.
— Нет, — я покачала головой. — Хватит. Я устала ждать. Устала откладывать свою жизнь ради твоих вечных «ещё не время».
— Ты ставишь мне ультиматумы? — его лицо исказилось от злости. — Серьёзно?
— Я говорю, что больше не буду принимать противозачаточные. Это не ультиматум, это факт.
— Тогда я буду предохраняться! — выпалил он, и его голос сорвался на крик. Он тут же замолчал, словно осознав, что сказал лишнее.
Я посмотрела на него, чувствуя, как внутри всё закипает, но внешне осталась спокойной.
— Твоё право, — я пожала плечами. — Но подумай, Антон. Что ты скажешь через пять лет? Через десять? Будешь всё так же бегать от этой темы?
— Я не бегаю! — он снова ударил по столу. — Просто у меня есть план! Карьера, финансовая стабильность..
— У тебя уже есть всё это, — я встала, убирая тарелки. Руки не дрожали — я полностью контролировала себя. — Хорошая должность, квартира, машина. Чего ещё ты ждёшь?
— Ты меня не слушаешь! — он схватил меня за руку, разворачивая к себе. — Я сказал — нет! И точка!
— Отпусти, — я холодно посмотрела на его руку на моём запястье. — Немедленно.
Он отдёрнул руку, как от огня.
— Лика, прости, я.. Просто ты довела меня! Эта твоя внезапная блажь с ребёнком..
— Внезапная? — я усмехнулась. — Я говорю об этом последние шесть лет. Но ты каждый раз находишь причину отложить. Знаешь что? Мне всё ясно.
Я направилась к выходу из кухни, но он преградил путь.
— Что тебе ясно? Что ты выдумала в своей голове?
— То, что ты никогда не хотел детей. По крайней мере, со мной, — я посмотрела ему прямо в глаза, и он отвёл взгляд. Бинго.
— Это бред! Я люблю тебя!
— Любовь и дети — это разные вещи, правда? — я обошла его. — Спокойной ночи, Антон. Я буду спать в гостевой комнате.
— Лика! Лика, вернись! Давай поговорим нормально!
Но я уже закрыла дверь гостевой спальни. Прислонилась к ней, слушая, как он топчется в коридоре. Через минуту шаги стихли, хлопнула дверь нашей спальни. Я выдохнула. Его реакция была именно такой, как я ожидала. Паника. Злость. Попытка всё замять. Он загнан в угол, и это только начало.
Я легла на узкую кровать, глядя в потолок. Мысли выстраивались чётко, как пункты в договоре. Его поведение подтвердило мои подозрения. Он не хочет ребёнка со мной, потому что у него уже есть дочь. Как он собирается объяснить ещё одного ребёнка той женщине? Или он думает, что сможет и дальше жить на два фронта?