Страница 4 из 67
— Если вам неудобно приглашать меня внутрь, может быть, мы куда-нибудь сходим, выпьем кофе? Очень холодно, и я хотела бы...
— Послушайте, мисс Бёрроуз, я не хочу грубить, но я не знаю ни кто вы, ни чего хотите. Почему бы не начать с этого — и посмотрим, куда придём?
Она покраснела поверх и без того красных щёк. — Это
миссис
, на самом деле.
— Хорошо. Миссис Бёрроуз.
Она подняла левую руку, чтобы он увидел обручальное кольцо и бриллиант — так, как делают это молодожёны. — Моя девичья фамилия Скотт. Вы старый друг моего отца. Лонни Скотт.
— Лонни? Вы... вы дочь Лонни?
— Да, сэр.
— Ну, я... здравствуйте... простите, я... не ожидал этого. Я не видел Лонни много лет. Как он поживает?
Она нахмурилась, с усилием сглотнула и прочистила горло. — Он мёртв.
Глава третья
Джоэл вернулся из кухни с чашкой чая и застал Кейтлин Бёрроуз ровно там, где оставил, — на диване в гостиной, с сумочкой на коленях. Она всё ещё была в пальто и вязаной шапке. Он предлагал забрать их, но она отказалась, объяснив, что вечно мёрзнет. Странно, поскольку в доме было довольно тепло. Он аккуратно поставил чашку на журнальный столик между ними и сел в удобное кресло напротив дивана. — Надеюсь, зелёный чай подойдёт, — сказал он. — Другого у нас нет.
— Отлично, спасибо.
— Жена — любительница чая. Я всегда предпочитал кофе.
— Я не люблю кофе, так и не пристрастилась. — Кейтлин поднесла чашку к губам и сделала осторожный глоток. Она не производила впечатления той, кем казалась, — говорила и держалась весьма изысканно. Несмотря на молодость, Джоэл воспринял её как человека со старой душой — словно выхваченного из более раннего, более церемонного времени. — О, как вкусно.
Снег за эркерным окном кружился, гонимый ветром; зрелище завораживало Джоэла на мгновение.
— У вас прекрасный дом, — сказала Кейтлин.
Её голос разрушил чары, вернув его внимание к ней. — Спасибо.
Она посмотрела на стену неподалёку — сплошь в рамках с фотографиями, запечатлевшими Джоэла и Тейлор в разные годы их совместной жизни. Помимо этого, здесь висело несколько снимков из детства каждого из них, а также более старые фотографии родителей, дедушек с бабушками и других родственников. — И жена красивая. Вы оба выглядите такими счастливыми.
— Спасибо. Мне очень повезло. Жизнь тихая и хорошая.
— У вас нет собственных детей?
Джоэл покачал головой. — Нет. Я никогда особо не думал, что создан для родительства.
— Вот это честность освежает. — Она снова глотнула чаю. — Такое ощущение, что многие люди сегодня заводят детей из какого-то чувства долга. Так не должно быть. Мне кажется, детей надо иметь лишь тогда, когда жить без них абсолютно невозможно.
— Согласен.
— Мы с мужем тоже хотим одного-двух когда-нибудь, но пока не сейчас.
— Кейтлин, — сказал Джоэл, неловко прочистив горло, — вы можете рассказать мне, что случилось с вашим отцом? Он болел или...
Она опустила взгляд в чашку. — Его убили.
— Убили? — Лицо Джоэла исказила мрачная гримаса. — Господи. Что произошло?
Кейтлин была расстроена, и ей понадобилась минута, чтобы ответить. — Его застрелили в голову. Казнили прямо на улице.
— Но почему? Кто?
— Похоже, никто понятия не имеет.
— Когда это случилось?
— Двенадцать дней назад.
Джоэл невольно задался вопросом, почему она не связалась с ним раньше и почему предпочла приехать лично, а не просто позвонить. Когда-то они с Лонни были близкими друзьями, но за последние без малого двадцать пять лет даже не разговаривали. Должна была быть какая-то иная цель визита, но вместо того чтобы спрашивать напрямую, он сказал: — Это было похоже на ограбление, которое пошло не по плану?
— Его не ограбили, так что, видимо, нет. Но полиция выдвигала версию, что отец мог оказать сопротивление, преступник выстрелил, потом запаниковал и, поняв, что натворил, бежал, не закончив ограбление.
— Возможно.
— Если бы не одно «но»: на теле не было никаких следов борьбы или других травм. По данным вскрытия, единственными повреждениями были огнестрельное ранение в... — Она глубоко вздохнула. — ...В висок и ссадины с синяками, которые отец получил, падая на мостовую.
— А у полиции нет никаких зацепок?
— Они задержали нескольких местных жителей, но ничего не нашли. Не считая первых нескольких дней, полиция была совершенно бесполезна.
— Наверняка у них всё же есть какие-то...
— Бесполезна, — повторила она, на этот раз более твёрдо.
Не зная, что ещё сказать, Джоэл воздержался от дальнейших комментариев.
— Как видите, я не слишком верю в местную полицию.
— Уверен, они делают всё, что в их силах, — сказал он.
— Да... ладно... Простите, что явилась вот так, без предупреждения, и обрушила на вас такие ужасные новости, но мне нужно было поговорить с вами.
Где-то в ткани обычных, повседневных звуков, в этот странный и грустный момент, Джоэлу послышалось, что что-то нечеловеческое произнесло его имя — голос был приглушённым, искажённым и держался на самом краю его слуха. — Вам совершенно не за что извиняться, — сказал он с тяжёлым вздохом. — Я просто очень сожалею об этом. Ваш отец и я были хорошими друзьями долгие годы, пока были молоды.
— Он часто упоминал вас.
— Приятно это слышать. Мне всегда было жаль, что мы потеряли связь. Жизнь развела нас в разные стороны, мы просто постепенно отдалились.
— Так бывает. — Она допила чай и поставила чашку на столик. — Во всяком случае, я надеюсь, вы не думаете, что я пришла нарушить ваш покой, господин Уокер. Я...
— Просто Джоэл.
— Хорошо. Я просто хочу, чтобы вы знали: я здесь не для того, чтобы создавать проблемы.
— Ну что ж, уже хорошо. — Он через силу улыбнулся и откинулся назад, стараясь казаться более расслабленным. — Однако я немного озадачен. Зачем вы именно здесь? Как я уже сказал, ваш отец и я были хорошими друзьями, но это было много лет назад.
— Он всегда называл вас самым умным из своих друзей. Говорил, что из всех старых приятелей вы были лучшим.
— Не знаю, так ли это, но с его стороны это очень любезно.
— Он был о вас очень высокого мнения.
В памяти мелькнул образ Лонни — куда более молодого и беспечного, чем тот, которого, несомненно, знала эта женщина. — Ваш отец был хорошим человеком.
— У него были... проблемы. Особенно в последние годы.
— У всех нас есть проблемы того или иного рода.
Она вежливо улыбнулась. — Я читала вашу книгу.