Страница 22 из 133
Нет, я бы от этого не расстроилась — после того, как я пересказала вкратце свои приключения лорду Каэллиру, мне хотелось провалиться сквозь землю. Просто... Кое о чем я ему не рассказала. О нашем с деймаром поцелуе, например. Или о том, что он кусается. Что я до сих пор ощущаю его прикосновение на губах.
Я бы обсудила это с Алиской. Как никогда рядом не хватало родного плеча. Но вот с Владыкой снежных эльфов...
Он и так, я видела, был совершенно недоволен моей встречей с эльфами. Возможно, именно от них подальше нас и отослали. И не уверена, что нашей охране возвращение к разъяренному господину дастся легче, чем знакомство с ледяной пакостью.
Все, что я успела спросить:
— Нас всё-таки убить или похитить хотели? И не нас, а Май, верно? Как тогда, когда я ее нашла?
На губах снежного промелькнуло странное выражение. Как будто он и хотел ответить, и предпочитал смолчать.
— Не нужно тебе этого знать, — наконец, покачал головой Каэллир, — поверь, Да-анна, — хрусталью прозвенело мое имя в его устах, — это наша вина. Не предусмотрели. А ты... снова спасла вас обеих. Мой долг вырос до бесконечности.
Я бы многое могла ответить на это. И расспросить хотелось, и растормошить, и...
Но Каэллир только взглядом показал на мое украшение на груди — или вернее на то место, где оно пряталось, и коротко бросил:
— Прячь его так долго, как сможешь, дитя. Я никогда не видел, чтобы официальный герб правящего рода деймаров был нанесен на человеческую кожу.
За окном зашумела огромная ель, зазвенели голоса мелких снежных духов — вот любопытные бледные личики так и липнут к стеклу, а Владыка, заставив меня онеметь от изумления, выскользнул за дверь.
И ещё раз велел напоследок строго никуда не выходить.
А про странный магический выброс, который, вероятно, и произвела эта снежная татуировка, так ничего не сказал.
Слишком много тайн вокруг. Я от природы была недоверчивой, и даже сейчас понимала — неспроста снежные так со мной нянчились. Нет, они были благодарны. И, кажется, даже относились действительно хорошо.
Но было что-то ещё. Что-то я упускала. Или становлюсь мнительной?
Какое-то время я честно просидела в комнате. Пыталась читать учебник по географии. Здесь предмет назывался "Страны и устроение их".
Снежные эльфы граничили с северными человеческими княжествами, через горный хребет — с эльфами крови и с дварфами.
Снежные были народом обособленным и таинственным. Тут с ними могли соревноваться разве что деймары.
У аристократии снежных традиции были достаточно жёсткими, дочери их воспитывались во дворцах или закрытых академиях, чтобы после выйти замуж и преумножить магию рода.
Чем слабее была снежная магия, тем больше у эльфа свободы. Если читать между строк.
Про деймаров же даже в огромной библиотеке Владыки кроме старых страшных сказок и легенд я ничего найти не смогла.
Так я промаялась до тех пор, пока не стемнело. А потом не выдержала.
Владычица совсем недавно показала мне один из запасных ходов в стене. В замке их было много, хоть в основном и для прислуги.
Вот я и... Прокралась. На цыпочках. И...
— Куда пошла, дурья голова? — Ворчание белки было громким. И весьма красноречивым. — Нет, тебе что, эпичного падения на голову кровавикам мало? Хозяйка, ау, ты на секундочку чуть не устроила заварушку! Да ты с Ллиошэсом целовалась!
Хвост белки стоял трубой. Кисточки на ушах воинственно топорщились, морда была скорбной. А лапы нежно гладили откуда-то прихваченное колье.
Ллиошэс. Имена здешние запомнить было непросто. А правильно произнести — вообще мечта логопеда.
— Нечего ему было ко мне губы тянуть! — Пробормотала едва слышно. — Иногда от этого и поцелуи случаются, представь себе. Только мое единственное желание — выяснить, что происходит. Я не люблю, когда мной манипулируют и играют. И когда недоговаривают — тоже не люблю.
Сглотнула. Не хочу сейчас вспоминать плохое о семье. Я очень люблю родителей, но после того раза, когда они попытались сделать все так, как хотелось им... будучи уверенными, что делают все, разумеется исключительно для моего блага… наши отношения сильно расстроились.
— Слава всем на голову ушибленным, — сверкнула золотом на хвосте белка.
Вроде как согласилась, а вроде бы и отругала.
— Мыррр? — Мягкий снежный комок одного из духов прорвался через щель в окне, растрепал волосы и принюхался к неподобающему брючному костюму.
Был дух прозрачным и смешным и чем-то напоминал маленького и трогательного толстого котенка.
— Ладно-ладно, — засмеялась, — оставайся!
А платье всё-таки придется надеть. Раз уж оказался в другом мире — соблюдай его правила. Даже если юбки и платья я не люблю.
Накинула одно из самых простых, темно-синее с серебряным воротом и длинными рукавами. Уж Владычица снабжала одеждой от души.
Проскользнула в ванную комнату, у большого бассейна нажала на незаметный рычажок и шагнула во тьму.
Белка и дух последовали за мной. А мне даже идти почти в полной темноте страшно не было — перед глазами все время лицо треклятого эльфа стояло. И это уже было серьезно. Не иначе придется исследованиями заняться самой. Что не так с этим знаком на груди? Отчего он появился и почему вызывает жгучий интерес к незнакомцу?
Или я сама нашей встречей так впечатлилась – и теперь придумываю себе то, чего нет?
Впереди чуть дальше по коридору, раздавался неясный шум. Не обманула Владычица, все верно. В проходе ещё кажется сделаны специальные отверстия для просматривания помещений, мимо которых он идёт.
— Это исключено, — донёсся до меня голос Каэллира.
Адари что-то тихо прозвенела в ответ. Но мне хватило льда, отпечатавшегося в голосе всегда приветливого эльфа.
С кем они разговаривают? Я застыла в походе как раз напротив большой гостиной. Комнатой в светло-золотых тонах пользовались редко.
Беличьи лапы вцепились в платье, а спину морозил дух.
— Твои стражи как никчемные щенки, Каэллир, — этот голос я бы не спутала ни с чем. Сердце бешено забилось в горле, пальцы сжались в кулаки, — если бы не я, где бы была твоя дочь и ее нянька? Твои противники уже который раз пытаются лишить тебя самого ценного, бьют по дочери, а ты… слабеешь, Владыка?
— Нянька? — Кажется, снежный в ответ с трудом сдержал смешок.
Вторую часть сказанного он царственно проигнорировал.