Страница 79 из 81
— Зря я к тебе пришла, — мычит она. — Ты всегда ставила себя выше других, всегда считала себя лучше всех! Илья был прав, ты ни за что в жизни не захочешь нам помогать!
— Так твой любовничек в курсе? — вздыхаю с отвращением.
— Конечно, — задиристо пыхтит она. — Но он мне сразу сказал, что идти к тебе это гиблое дело. Ты только позлорадствуешь нашим проблемам!
— Ваша проблема решится как только мы продадим квартиру. Я без понятия сколько вы там заплатили этому недобросовестному шантажисту, но думаю, тех денег что получит Илья хватит на то, чтобы покрыть хоть какую-то часть долга.
— В смысле его денег? — шокированно лепечет она. — Вы все-таки продаете квартиру?
— Естественно, — хмурюсь. — Я не хочу, чтобы меня хоть что-то связывало с этим козлом.
— Но Илья сказал, что там какая-то проблема с документами. Мол, ты записала ее на себя и так как за ипотеку платила тоже сама, то ему ничего не светит…
— О боже, — произносит Юлька. — Попкорн! Мне срочно нужен попкорн! Господи, ну почему в этой кофейне одни десерты?
— Поверь, я бы рада была лишить Илью прав на квартиру, но к сожалению, закон не на моей стороне. Естественно, мы получим лишь часть денег и потеряем львиную долю всех выплат… но итоговую сумму нам все равно придется разделить на двоих.
— Так это он мне соврал, что ли? — недоумевает она.
— Не может быть! — подношу ладони к груди и хлопаю ими в деланном удивлении. — Мужчина, который врал одной женщине, начал врать и другой… Просто невероятно! Так неожиданно!
— Хватит глумиться, — шипит она, словно кобра. — Это просто… наверняка это просто недоразумение. Он, наверное, что-то не так понял!
— Естественно, — киваю согласно. — И документы подписывал во сне, не читая.
— Ты… я так это не оставлю, — кричит она, привлекая к нам еще больше внимания. — Ты пожалеешь, поняла меня? Пожалеешь, Дина.
— Так я уже жалею, — пожимаю плечами. — О том что замуж вышла, о том что с тобой дружила. Да и в целом, о том, что вы с Ильей попались на моем жизненном пути. Каждый, мать его, день жалею об этом!
Мила несколько раз забавно открывает и закрывает рот, но так и не решив какие еще проклятья в мой адрес изрыгнуть, разворачивается на пятках и пулей вылетает из кофейни.
— Что это было? — ошарашенно спрашивает Юля. — Господи… какие же они придурки! И как они, блин, друг друга заслуживают. Идеальная пара, черт возьми.
— Судя по всему, Илья так не считает. Ты же тоже думаешь, что он не стал говорить ей о квартире, чтобы не делиться?
— А что, прекрасно устроился, — хмыкает сестра. — Денег нет, кредит платить нечем, справляйся ты, Милочка, сама… Еще ж и живет небось у нее, экономит на аренде, да и жрет на халяву.
— Наплевать, — смеюсь я. — Веришь, нет? Но сейчас мне абсолютно наплевать как они там живут и что их ждет в будущем!
— Поддерживаю, — торжественно заявляет она и чокается со мной своим бумажным стаканчиком. — Пусть идут лесом! О, а вот и прокурор пожаловал. Этому-то ты сказала где мы будем или тоже сам разнюхал?
— Сказала, — губы моментально расплываются в улыбке. — Ты ведь не против? У него тоже обед и я решила, что…
— Я не только не против, но еще и резко вспомнила, что у меня важные дела, сестренка, — смеется она. — Поэтому прошу прощения, но вынуждена оставить вас двоих.
— Уже убегаешь, фанатка Юля? — интересуется Матвей, вгоняя ее в краску. — Прости, не сдержался.
— Так и быть, прощаю, — добродушно кивает сестра и замечает: — Тем более, выглядите вы слегка пришибленным, товарищ прокурор. Будто привидение увидели.
— Скорее не привидение, а розовый смерч. Меня какая-то дама чуть не сбила с ног, так спешила поскорее убраться из этого заведения. Кофе тут что ли несвежий варят?
— Это жизнь у нее несвежая, — выдает Юлька. — А кофе тут прекрасный. Особенно лавандовый раф, рекомендую.
— Фу, — произносим мы с Матвеем хором и тут же начинаем смеяться.
— Так что за смерч-то был? Дамочку обсчитали на кассе? Выглядела так, будто над ней тут все посетители по очереди глумились.
— Ну не все, а только мы вдвоем, — признаюсь. — Это, кстати, была Мила.
— Та самая? — брезгливо хмурится он.
— Ага, приходила жаловаться на то, как несправедлива к ней жизнь.
— О, — разочарованно тянет Матвей. — Жаль, что меня не дождалась. Мне, знаете ли, тоже есть чем поделиться. Я, понимаете ли, жутко гневаюсь на судьбу за то что так долго прятала от меня Дину…
— Теперь понятно почему вы любите черный кофе, — смеется Юлька. — Чтобы хоть как-то компенсировать обилие ванили в организме. А иначе — добавь лавандовый раф и инсулиновый шок вам гарантирован.
Мы начинаем смеяться, а сестра этим пользуется и выскальзывает из кафе.
— Понимающая она у тебя, — шепчет он мне на ухо. — Жаль, что остальные посетители кофейни не такие. Я бы сейчас не отказался от тет-а-тет с тобой.
— И что бы вы со мной делали, господин прокурор? — с трепетом произношу, изображая то ли страх, то ли страсть. В общем, дрожу всем телом и вопросительно заглядываю в его глаза.
— Ох, Дина…, — его взгляд жадно проходится по мне. — Много чего. У меня столько на тебя планов, ты просто не представляешь! Всей жизни не хватит, чтобы их реализовать.
Рокотов наклоняется ко мне и для окружающих это наверняка выглядит как если бы он просто шептал мне какой-то секрет, но на самом деле его влажный язык касается моей шеи и мои нервные окончания взрываются от восторга.
— Хватит всей жизни или не хватит — сложный вопрос, — замечаю тихо. — Но лично я не против проверить. Опытным путем, так сказать…
— Я только за, — соглашается он, продолжая выводить влажные следы на моей шее. — Руками, ногами и другими конечностями.
— Вот как раз другие конечности я сейчас и чувствую боком, да? Или ты притащил на обед табельное оружие?
— Никакого оружия, — смеется он. — Лишь чистая любовь.
Я нарочито пихаю его локтем, но он только крепче обнимает меня и повторяет:
— Очень большая и очень чистая любовь. Люблю тебя, Дина.
— И я, — мычу глухо. — Я тоже тебя люблю.