Страница 12 из 81
Глава 8
Глава 8
Секундная волна паники уступает место какому-то щекочущему трепету, а затем на смену ему приходит холодное равнодушие. Оно зарождается скорее в мозгу, чем в сердце, но тем не менее я концентрируюсь на нем, подавляя все остальные мысли и ощущения.
Наверняка он просто решил поздороваться. Может, хочет подарочный набор заказать со скидкой. Или, вообще, наконец обратил внимание на мою сестру. Не зря же мы о ней столько болтали. Хотя, положа руку на сердце, болтала в основном я. Он же вежливо слушал и невзначай возвращал разговор снова ко мне и моим интересам. Правда, значение этому я придала только после того, как Юлька выдвинула свою безумную теорию о том, что Рокотову понравилась именно я.
С благодарностью принимаю из рук Лили бокал с вином и к тому времени, как Матвей подходит к нам, успеваю сделать три больших глотка. Да, так определенно лучше. Так мне будет легче убедить себя, что это лишь обычная дружеская встреча.
— Только не говори, что снова выследила меня по запаху, — заявляет он вместо приветствия. — Рад видеть тебя, Дина.
К счастью, девочки за нашим столиком сдерживаются от громкого улюлюкания, но судя по выражению их лиц — тараканы в их светлых юридических головах, исполняют танец чирлидирш со всеми вытекающими. Уверена, будь у них в руках помпоны, они бы уже выплясывали брачный танец за нашими спинами.
— На этот раз — это чистая случайность, — улыбаюсь в ответ и тут же смущаясь, добавляю: — Как и в прошлый. Я не специально тебя выслеживала, честно. Просто, случайно узнала аромат и…
— Я в курсе, в курсе, — гортанно смеется он. Этот звук горячими волнами проносится под кожей, разгоняя мою кровь до каких-то запредельных скоростей. Вкупе с пронзительным взглядом зеленых, почти малахитовых глаз, он прицельно бьет в мое глупое сердце, минуя мудрый и здравый мозг.
Я громко сглатываю, чувствуя, как алеют щеки. Уговариваю себя, что дело в искренности. После лжи и подлости моего мужа, неудивительно, что подлинные эмоции находят во мне такой отклик. Это единственная причина, по которой я так реагирую на него.
Матвей не стал делать вид, что не заметил меня. Не пытался притвориться, что просто шел в туалет и якобы случайно увидел знакомое лицо. И даже не ограничился скромным кивком в знак приветствия. Он подошел поздороваться. Целенаправленно. Оставил своих друзей за столиком и принес свое практически двухметровое очаровательно тело в другой конец зала.
— Вам тут не тесно? — играя бровями интересуется прокурор.
Столик рассчитан на четверых, но мы вполне сносно уместились и впятером. Тем более, девчонки уже несколько раз намекали на то, что не прочь пойти танцевать.
— Все в порядке, спасибо, — выпаливаю я, одновременно с тем, как Катя и Юля хором выдают:
— Очень!
— Вот и я подумал, что как-то несправедливо, — Рокотов одаряет их хитрым взглядом. — Нам на троих дали такой огромный стол, а вы тут в впятером ютитесь.
— Предлагаете поменяться? — кокетливо интересуется Лиля.
— Предлагаю объединиться, — усмехается он.
— А это не будет противоречить вашим профессиональным интересам? — упрямо выдвигаю. Понятия не имею с чего это я вошла в образ “а баба Яга против”, но догадываюсь, что это во мне говорит страх. Не уверена, что готова к такому повороту событий.
Принимая решения идти в бар, я соглашалась на милый вечер в компании сестры и ее подруг. А вот посиделки с противоположным полом это уже какая-то другая лига. Та, до которой я пока не доросла.
— В смысле? — хмурится Катя.
— Ну… Матвей прокурор, — пространственно машу руками. — А вы все юристы.
— Дамы, признавайтесь — у кого-нибудь из вас есть криминальные грешки?
— Пока нет, — смеется Юлька и бросает на меня настолько красноречивый взгляд, что сразу понятно, законопослушной гражданкой она собирается оставаться недолго. И все из-за непутевой сестры, которую угораздило связать свою жизнь с мудаком-изменщиком.
— Неоплаченный штраф за парковку считается? — подмигивает ему Лиля. — Если что, могу прямо сейчас при вас оплатить через госуслуги, господин прокурор.
— Какая похвальная ответственность, — веселится Матвей. — Ну так что, переезжаем?
Девчонки кивают в унисон и не желая быть той самой угрюмой подругой, которая мешает всем веселиться, я тоже улыбаюсь и подхватываю свой недопитый бокал. Не только подхватываю, но и умудряюсь осушить его полностью по дороге к их столику.
В общем, к тому моменту, как Рокотов представляет нам своих друзей, я уже практически не смущаюсь. Даже когда моя юбка задирается и он бросает беглый взгляд на мои голые колени, я не рвусь тянуть упрямый материал вниз. Это просто колени, в конце концов. Я же не нижнее белье выставила на всеобщее обозрение. Ну и что, что ни они, ни какие-либо другие части моего тела уже давно не удостаивались таких проникновенных взглядов? Матвей разве виноват, что мой муж на меня практически забил и я теперь на любую мало-мальскую симпатию реагирую странно?
— Так это вы автор тех подарочных наборов? — театрально возмущается один из мужчин. — Вы меня чуть не убили, Дина, представляете? Пришлось срочно промывать желудок. Или скорее дезинфицировать.
— А нечего тянуть в рот что ни попадя, — Рокотов слегка пихает его в бок.
Впрочем, судя по комплекции, даже если бы Матвей приложил куда больше сил, вряд ли его друг бы это заметил. Мужчина представился как командующий каким-то специальным подразделением, название которого я, естественно, не запомнила, а вот подруги моей сестры были явно наслышаны о его заслугах и сопроводили знакомство дружным завыванием.
— Вы съели свечу? — округляю глаза.
— Не свечу, а эту, ну другую штуку, похожую на конфетки.
— Аромасаше, — со знающим видом подсказывает Матвей. — Это в шкаф нужно вешать, дурень!
— Ну меня, в отличие от тебя, лично никто не консультировал. Но может, Дина согласится провести, так сказать, мастер класс, во избежание похожих недоразумений?
— Перебьешься, — по-хозяйски отвечает Матвей и они дружно начинают смеяться.
А вот мне почему-то не до веселья. Рокотов ведет себя так, будто успел “пометить территорию” и теперь, хоть и в шуточной форме, но четко защищает границы. И несмотря на то, что меня это по-прежнему ни к чему не обязывает, я все равно чувствую себя не по себе.
Все происходит чересчур быстро. Слишком рано.