В надежных руках

Дверь открылась, и из стерильного офисного коридора хлынул ядовито-яркий люминесцентный свет.

— Мисс Хоторн, — позвала задержавшая меня женщина, придерживая дверь. — Пройдемте со мной.

Стоило мне подняться с удобного кресла и пойти за ней, как в животе заурчало. Надо было все-таки взять сухарики.

Меня привели в комнату, которая гораздо больше походила на мои представления о подобных местах. Пустое помещение. Стальной стол. Два стула друг напротив друга. Зеркальное окно во всю стену. И странный запах, напоминающий раздевалку в школьном спортзале.

— Присаживайтесь, — бросила она, пропуская меня вперед, после чего закрыла дверь и оставила меня в полном одиночестве.

Значит, безымянная фэбээровская леди в веселье участвовать не будет.

Прошли минуты, а может, и часы, прежде чем дверь снова открылась. Это тоже часть психологического давления?

В комнату вошел пожилой джентльмен, а следом за ним — та самая дама, что конвоировала меня из кабинета в кабинет.

— Мисс Хоторн…

— Доктор Хоторн, — поправила я и тут же пожалела об этом. Джуд явно велел бы мне помалкивать.

Но было очевидно, что они знают, кто я такая, несмотря на краску для волос и поддельный паспорт.

Мужчина вскинул брови, но не от злости. Скорее от удивления.

— Прошу прощения, доктор Хоторн, — отозвался он с неожиданной мягкостью в голосе, присаживаясь напротив. — Меня зовут агент Сандерс. Это агент Даттон. Она побудет с нами, чтобы вы чувствовали себя комфортнее.

А, так она здесь в роли сиделки. Как мило.

— Как поживаете, Амелия? — спросил он, сразу переходя на «ты», что мне не слишком понравилось. — Последние пару недель выдались у вас довольно интересными.

Я промолчала.

Это те самые люди, которые забрали Джуда.

Джуда, который совершил вполне реальные преступления.

Джуда, который меня похитил.

Джуда, который… который меня спас.

Джуда, который пожертвовал собой ради меня.

— Это не вопрос, — ответила я как можно более равнодушно.

Агент Даттон прикрыла рот ладонью, пряча улыбку. Агент Сандерс сохранял невозмутимое выражение лица, но моргнул, будто не ожидал, что я так легко раскушу его уловку.

— Если я арестована, я требую присутствия адвоката. Особенно если вы собираетесь меня допрашивать. И разве вы не должны зачитать мне права?

— Вы не арестованы, — ответил агент Сандерс и откинулся на спинку стула, принимая расслабленную позу, словно мы просто болтали о погоде. — Простите за это представление в казино. Порой приходится сочинить хорошую историю, чтобы люди поверили в то, во что им нужно поверить.

Моя спина мгновенно превратилась в струну, стоило ему повторить слова, которые Джуд твердил мне снова и снова. Сочини хорошую историю.

Что-то здесь не так.

Я с трудом сглотнула, пока кусочки пазла вставали на свои места.

— Если я не арестована, то я ухожу.

Агент Сандерс приподнял бровь.

— Вы не арестованы прямо сейчас. — В его словах прозвучала едва завуалированная угроза. — Но я уверен, мы сможем что-нибудь на вас повесить. — Он повернулся к агенту Даттон. — Какое там сейчас наказание за пересечение границ штата по фальшивым документам? Все еще административный проступок?

Она принялась разглядывать свои ногти.

— Мы можем переквалифицировать это в уголовное преступление. Я слышала, в учебных заведениях просто обожают нанимать на работу уголовников.

Угроза была предельно ясна: сотрудничай с нами или мы сломаем тебе жизнь.

Они пришли не спасать меня. Они пришли меня использовать. Я только не понимала, как именно.

Я держала рот на замке, сжав зубы, пока агенты перебрасывались колкостями.

Если бы они собирались меня за что-то посадить, то уже сделали бы это. Значит, им от меня что-то нужно.

Осталось только понять, что.

Я не сдержалась и зевнула.

Агент Сандерс полез во внутренний карман пиджака и достал снимок.

— Доктор Хоторн, вы знаете этого человека?

Джуд.

Я бросила единственный взгляд на фотографию человека, в которого успела влюбиться. В руках он держал фетровую табличку со своим именем, выложенным мелкими белыми буквами, — с такими обычно фотографируют при аресте и оформлении.

Снимок точно сделали не сегодня, когда его уводили. Здесь он выглядел на пару лет моложе. Волосы длиннее, а на лице — такая мировая скорбь, будто на его плечи взвалили все беды человечества. Я и понятия не имела, что Джуда раньше арестовывали, хотя, пожалуй, удивляться тут нечему.

Отрицать наше знакомство — явно не тот повод, ради которого стоило идти на амбразуру этой ночью.

— Да.

— Как его имя?

— Джуд Грир.

И только в этот момент я заметила, что на табличке в руках у Джуда была написана совсем другая фамилия. Не Грир. Грэм.

Агент Даттон удивленно вскинула брови.

— Грир?

Я кивнула.

— Он мне так представился.

Агент Сандерс пододвинул фотографию по столу ближе ко мне.

— Где вы познакомились?

— В казино «Четыре всадника» в Атлантик-Сити.

— И именно этот человек похитил вас у здания казино двадцать третьего мая?

Что мне на это ответить? Да, Джуд меня похитил. Но он сделал это, чтобы уберечь меня от опасности.

С точки зрения закона это все равно оставалось похищением.

Но… в то же время и не было им.

— Я попала в беду. Он мне помог, — ответила я, выбрав самую простую формулировку для очень сложной правды.

— Потому что ваш брат задолжал Джону Валентайну, — произнес агент Сандерс.

Погодите… откуда ФБР об этом знает? Об этом знали только трое: Джоэл, Джуд и я. Ну и сам Джон Валентайн.

И все же я промолчала.

Агент Сандерс перевел допрос на то, чем я занималась с момента приезда в Лас-Вегас.

И тут до меня дошло, что именно провернул Джуд.

Он заставил меня говорить правду.

В то время как я порывалась сразу пойти в казино и сесть за игровой стол, он настоял на том, чтобы побаловать меня и провести день вместе.

Он дал мне то, о чем я могла честно рассказать.

Невозможно врать, когда у тебя есть возможность говорить чистую правду.

«У меня всегда есть план отхода».

Вот в чем заключался его план с самого начала.

Мне бы почувствовать облегчение, но меня накрыла ярость. К горлу подкатила тошнота. Его вообще арестовывали? Или это была очередная удобная сказка, которую ФБР сочинило, чтобы убрать его из казино, как убрали и меня? Но зачем им понадобилось выводить нас оттуда?