Страница 84 из 125
32 Амелия
Амелия
Пятница, 6 июня| 13:37
Я ждала в шкафу, обхватив себя руками поверх лифчика, и мысленно молила бога, чтобы у Джуда получилось провернуть тот идиотский план, который он состряпал. Как только я почувствовала, что поезд загрохотал и тронулся, я рванулась через проход и нырнула в наше купе. Я убеждала себя, что Джуд уже вернулся. Что он ждет меня. Он лениво усмехнется и скажет: «А я что говорил, лисичка».
Его там не было.
В купе не осталось ничего, кроме наших рюкзаков. Внутри все оборвалось, но я сделала точно так, как он велел: заперла дверь и принялась искать в вещах запасную футболку.
Потом я стала ждать.
За дверью послышались шаги — это начали расходиться люди, — но Джуд так и не появлялся. Я вытянулась на полке, где мы спали вместе, закрыла глаза и вдохнула его оставшийся запах.
Тихий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. А вдруг это не Джуд? Вдруг это люди, которых за нами послал Джон Валентайн?
Поезд набирал ход, оставляя вокзал позади. Стук повторился.
— Да ладно тебе, лисичка, — раздался за дверью голос Джуда. — Мне пришлось бежать, чтобы успеть на поезд, а ты же знаешь, как я ненавижу бегать.
Я повернула защелку и рванула дверь на себя. Джуд тут же подхватил меня на руки со своей неизменной самоуверенной ухмылкой.
— Ты бежал ради меня?
— Ну конечно. — Его взгляд сразу опустился к моим губам. — Я всю жизнь буду за тобой бегать.
Пятница, 6 июня | 21:20
— Ты готова, — сказал Джуд, перетасовав колоду и убирая ее обратно в коробку. — Главное, не накручивай себя.
— Тебе легко говорить. Не тебе же сегодня кровь из носу нужно побеждать.
— Я уже сказал. Не накручивай себя.
— Меня поймают, — пробормотала я, усаживаясь поудобнее и вытягивая ноги на его кровати, пока он застегивал молнию на сумке. Большую часть последнего перегона я практиковалась. Глаза уже болели от карт, но вид из окна того стоил.
В какой-нибудь другой жизни я бы с радостью прокатилась на поезде через всю страну. Тридцать пять часов пути — от чикагских небоскребов через равнины Канзаса и горы Колорадо прямо к пустыням Нью-Мексико и Аризоны — это казалось чем-то невероятным. Мне всегда нравилось, как земля заставляет почувствовать себя песчинкой, когда жизнь становится невыносимой. Так было легче дышать.
— Знаешь, — произнес Джуд, садясь напротив и устремляя взгляд в окно. — Есть такой маршрут у «Амтрак», идет прямо по Западному побережью. От Сиэтла до Лос-Анджелеса. — На его лице появилась мягкая улыбка. — Мечтаю об этой поездке уже много лет.
Я медленно выдохнула.
— Представляю, какая там красота.
Джуд провел ладонью по щеке, где раньше была борода. Теперь ее сменила однодневная щетина.
— Что ты будешь делать, когда все закончится?
У меня вырвался горький смешок.
— Если я вообще выберусь...
Он покачал головой.
— Даже не думай об этом. Строй планы. Реши, что ты съешь сразу после этого. Загорись мыслью о матче, который хочешь посмотреть, или о фильме, на который мечтаешь сходить. Тверди себе, что обязательно выберешься.
— Ладно. А ты что будешь делать? — с вызовом спросила я.
Он ответил без секундного колебания.
— Найду тебя.
Я резко отвернулась от окна и уставилась на него. Меня поразила даже не решимость в его голосе. А сами слова.
— Что значит «найду тебя»? Почему ты не будешь со мной? Ты ведь должен помочь мне передать деньги Валентайну.
— Помогу, — подтвердил он. — Но после того как в Вегасе все закончится, мне нужно уладить одно дело. — Он дотянулся до меня через кровать и сжал мою ладонь. — А потом я тебя найду.
Правда крылась во всем, о чем он умолчал. Он ушел из организации Джона Валентайна не задумываясь, и сделал это ради меня. Рискнул ради меня собственной жизнью. Из всего, что я успела узнать о Джоне Валентайне, следовало одно: этот человек чертовски мстителен. Поступок Джуда не останется без последствий. Мне становилось физически дурно при одной мысли о том, какими они будут.
Я перебралась к нему на кровать и устроилась у него между ног, а он обнял меня.
— Повтори план еще раз, — тихо попросила я, выводя пальцем непонятные узоры у него на груди.
— Приезжаем в Кингман, садимся на автобус до...
— Нет, расскажи, что делать, когда окажемся в казино. Я никогда раньше не играла с напарником.
Джуд поцеловал меня в макушку.
— Не думай обо мне как о напарнике. Ты играешь одна. Я всего лишь твои глаза и уши.
— Какая у меня легенда?
— Произведи фурор. — Он поцеловал меня в висок. — Не пытайся слиться с толпой. Выигрывай по-крупному. Выигрывай быстро. Ты там ненадолго, так что осторожничать ни к чему. В Вегасе службы безопасности ищут хитрых счетчиков карт. Тех, кто пытается не привлекать внимания. Ищут тех, кто работает в команде, меняет внешность и использует наводчиков, чтобы помечать прибыльные столы. Заходи шумно. Сними всю кассу. Веселись. Проведи лучшую ночь в своей чертовой жизни и уйди с гордо поднятой головой. Такого они точно не ждут.
Я простонала, сильнее прижимаясь к его груди.
— Легче сказать, чем сделать. Мне больше по душе тихая игра.
Колючая щетина Джуда царапнула мне шею, когда он поцеловал меня в плечо.
— Я еще ни разу не смог отвести от тебя глаз. Ты и тишина — вещи абсолютно несовместимые.
Пока мы доезжали последний отрезок пути от Флагстаффа до Кингмана, оба почти всю дорогу молчали. Благодаря душевым кабинам в вагоне мы смогли привести себя в порядок перед тем, как сойти на платформу и пересесть на автобус до Лас-Вегаса — после полутора суток в поезде это было просто необходимо. Но вот к чему я оказалась не готова, так это к испепеляющей жаре, которая встретила нас в Аризоне. В Западной Виргинии с ее высокогорьем, прохладным горным воздухом и густыми лесами мы были изнежены.
После изнурительного, потрепавшего все нервы многочасового ожидания на станции «Грейхаунд» мы наконец погрузились в автобус до Вегаса. Я буквально задыхалась, пока мы тяжело переезжали границу штата Невада, а кондиционер в салоне лишь хрипел и отплевывался. Честно говоря, без него было бы даже лучше. Эти жалкие попытки выдать струю прохлады казались издевательством.
Нас без лишних церемоний высадили на бульваре Лас-Вегас в предрассветные часы, бросив на тротуаре наедине с рюкзаками, забитыми наличкой и перекусом. В любой другой день это было бы отличным сочетанием. Но стоило моим подошвам коснуться земли, как накатил жуткий мандраж.