Любовь и ненависть

Внесла коррективы в мою благотворительность, притом существенные, и корона – вирус. Моя посылка с книгами успешно прошла всевозможные досмотры на немецкой земле, была переправлена в Россию. Посылки, как правило, я отправлял со специальным уведомлением, что позволяло контролировать ее прохождение по компьютеру. Это стоило денег, но другого выхода не было. Звонить каждому получателю было не только дорого, но и не было времени. Создавала проблему и разница в часовых поясах. На этот раз электронное устройство показывало, что моя посылка лежит в г. Москве, на пункте пересылки. Пришлось опять звонить. Начал от министерства, закончил простым клерком. На мой вопрос почему мое отправление уже три дня лежит без движений, женщина ответила, что во время короны для книг нужен двухнедельный карантин. Я рассмеялся и положил трубку.

И тут же невольно вспомнил анекдот про карантин, который довольно часто «проносился» в бывшем Союзе. Огромная страна с неисчерпаемыми полезными ископаемыми всегда и во все времена испытывала дефицит, будь то детские горшки или продукты питания, не говоря уже о легковых автомобилях. Как правило, съестные дефициты: мандарины, колбасы или шампанское появлялись в розничной торговле для простых смертных в период больших праздников. До торжеств дефицит припрятывался, лежал на складах, проходил «карантин». За это время отоваривались всевозможные чиновники, торговые работники и тому подобное челядь. Остатки съестной и другой роскоши выбрасывались для строителей коммунизма позже, что создавало бесконечные очереди, потасовки, доходило и до мордобоя.

О рекламе моих книг.

Любой писатель или ученый живет в том случае, если его труд доходит до читателей. А это невозможно сделать без рекламы. И я был в этом плане не исключение. Знают меня или мои книги на Камчатке или на Кушке, честно говоря, меня не так волновало.  Мне куда было приятнее и важнее услышать свой «голос» в Сибири, в Омской области, где я родился, учился и работал.

К сожалению, родной край встретил результаты моего творчества без особой радости.

 Главный редактор одной из главных газет области, с которым мы были в недалеком прошлом знакомы и даже сотрудничали, сначала меня обнадежил. Информация о книгах, в том числе и научных, в которых был материал о земляках, ему понравилась. После очередного звонка из Германии, шеф попросил прислать ему мои книги. Я же предложил другой вариант. Чтение моих книг в электронном виде. У меня был собственный сайт, там все мои книги выставлены.

Начальник отверг этот вариант. Он хотел своими руками «пощупать» мои труды. Я не стал ему перечить, через пару недель книги были уже на его редакторском столе. Через месяц я с вновь позвонил. Босс тут же сослался на страшную занятость, что лишало его возможности пролистать мои книги, не говоря уже о большем. Прошел еще месяц. Вновь звоню. Из трубки раздался женский голос, известивший меня о недавней смерти главного редактора.

Или еще один пример. Районная газета была на всем протяжении моей жизни одной из самой любимой. Я или мы с ней все пережили, хорошее и плохое, что происходило в те или иные времена.

За пару месяцев до моего 70-летия вышла в свет моя очередная книга «Вехи моей жизни». Желание оповестить земляков о выходе книги, к сожалению, не осуществилось. Хотя старт для рекламы был неплохой. Сначала позвонил главному редактору, не месте его не оказалось. Позвонил финансовому директору. Женщина сказала, что помещать или не помещать заметку о книге, будет решать лично редактор.  Мимоходом предложила коммерческий вариант.

В принципе он меня устраивал. Капитализм тем и хорош, кто имеет деньги, тот и заказывает музыку. Через день звоню редактору. Газетный магнат районного масштаба, к моему удивлению, не согласился напечатать небольшую заметку о выходе моих мемуаров. Несмотря на то, что в книге была изложена практически вся история района и моей деревни, названы участники Великой Отечественной войны, как погибшие и также вернувшиеся с войны. Были названы также и передовики производства. И это еще не все. В книге были названы практически все фамилии жителей моей малой родины. Мало того. Моя книга лежала на его столе, перед ним. Отбросил прочь шеф и мой коммерческий вариант. Я предложил окончательную сумму – 1000 долларов. Не согласился.

После очередной неудачи на родной земле меня посещали далеко нерадостные мысли. Бывший омич пришел к однозначному выводу. И в этом он убеждался неоднократно в своей жизни. Убедился и в этот отрезок времени, когда посвятил себя творчеству.  Человеческая зависть, чванство, особенно для людишек недалекого ума, господствовали во все времена, независимо от социально-экономического строя.

К моему удивлению, в рекламе моего творчества появилась и определенная новизна. Однажды на мой электронный адрес пришел договор от одной коммерческой (русскоязычной) фирмы из Америки. Фирмачи ради моих романов намеревались сдвинуть целые горы: печатать книги, рекламировать их и даже поставить фильмы. И это еще не все. Автор получал солидные вознаграждения от успешной работы.

 От меня же требовалось одно. Согласно договору, автор обязан не делать рекламу своих книг в течение пяти лет. Предлагали мне тут же определенный задаток около 3 тысяч американских долларов.

Несмотря на то, что мои романы признавались фирмой чуть ли не шедеврами, я отказался…

Если говорить о позитивах в этом плане, то они есть. Все мои книги выставлены на моем сайте для бесплатного чтения. Радует меня и то, что десятки литературных сайтов (платформ) выставляют мои произведения или пишут о моем творчестве. Я благодарен им за это. Приветствую всех тех, включая организации и физические лица, кто доносит или намерен доносить мои мысли и образы моих персонажей для читателей.

И последнее. О денежных расходах.

Весь процесс подготовки книг к изданию, и самое издание, а также всевозможные переводы, почтовые отправления, таможенные пошлины, телефонные звонки и т.п. стоили денег, притом солидных.

Издание книг в малых тиражах – очень дорогое занятие. Недаром говорят – малые тиражи – золотые книги.