Страница 494 из 525
Враг, чувствуя приближение конца, сопротивлялся с исключительным упорством и яростью. Каждый метр пространства на пути продвижения к центру города приходилось преодолевать с предельным напряжением, каждый дом на нашем пути вставал как крепость, которую надо было брать штурмом. Узкие улицы мешали манёвру. Пехота, осыпаемая градом пуль и осколков, медленно продвигалась вперёд по подвалам и чердакам. Танки, самоходная артиллерия, полевая артиллерия и миномётчики были зажаты в узких коридорах улиц, мешающих введению в бой всех огневых средств одновременно. В кварталах, ещё не прочёсанных пехотой, фаустники дерзкими внезапными налётами зажигали танки и самоходные орудия.
Всё ожесточение четырёхлетней войны достигло предела на этом, последнем её этапе. Но танкисты, мотострелки, самоходчики, артиллеристы, миномётчики шли в этот бой с сознанием, что борьба идёт за окончание войны, и сражались как львы, не жалея ни крови, ни жизни. Шесть суток подряд, забыв про сон, отдых, они пробивались вперёд, движимые одним порывом – раздавить, уничтожить, поставить на колени надменного и кровожадного врага, принёсшего столько страданий советскому народу.
Двигаясь по юго-восточной части Берлина в направлении на Тиргартен и Рейхстаг, части нашей армии, занимая с боем улицу за улицей, квартал за кварталом, медленно и неуклонно продвигались вперёд, к намеченной цели. Чем сильнее было сопротивление врага, тем настойчивее и сокрушительнее становились удары танкистов. Танкисты и мотострелки, равно как и приданные нам самоходчики, артиллеристы, гвардейские миномётчики и сапёры, от рядового до командира соединения, проявили в этих боях львиную отвагу, неистощимую инициативу и творческую смекалку.
Презирая опасность, под градом пуль и осколков мин и снарядов люди смело выдвигались вперёд, чтобы разбирать и подрывать многочисленные завалы, мешающие движению. Когда поперёк пути вставали каналы, где были взорваны мосты, быстро, под огнём наводились переправы. Когда можно было артиллерийским огнём смести завал, танки и самоходные орудия снарядами расчищали себе путь вперёд. Офицеры-танкисты лично вели разведку, выискивая пути для преодоления труднопроходимых препятствий или обхода их. В узких улицах было затруднено действие гвардейских миномётов по точно определённым целям. Попытки втаскивать в дома артиллерийские орудия не давали больших результатов, ибо от отдачи при выстрелах обваливались полы. Тогда в ходе боя применили стрельбу из распиленных миномётных установок через окна домов, давшую большой боевой эффект.
Встретив в особо укреплённых домах упорное сопротивление врага, танкисты, миномётчики и артиллеристы огнём своих орудий сносили начисто целые кварталы и по развалинам продвигались дальше. Так день и ночь, не покидая боевого поста, шли вперёд гвардейцы-танкисты, и капитуляция Берлинского гарнизона застала их в парке Тиргартен, вблизи заветной цели всех войск, штурмовавших Берлин, – здания Рейхстага.
Бои в Берлине ещё раз показали всю силу преданности наших воинов Родине. Как ни велики были потери в людях и танках, гвардейцы-танкисты, в содружестве с бойцами других родов оружия, честно и до конца выполнили свой долг перед Родиной.
Дважды Герой Советского Союза генерал-полковник М. Е. Катуков в Берлине
Оглядываясь на боевой путь, пройденный от Одера до центра Берлина, я не могу не отметить того, что командиры соединений гвардии генерал-майор Дрёмов и гвардии генерал-майор Бабаджанян явили в этих боях примеры замечательного мастерства в руководстве боевыми действиями своих соединений и, мужественно руководя войсками непосредственно на поле боя, проявили максимум исполнительности и творческой инициативы, обеспечившей успех операции.
Героическими воинами и прекрасными боевыми командирами показали себя в этих боях павшие смертью храбрых гвардии полковники Герои Советского Союза Темник и Горелов. Столь же доблестно выполнили свой долг перед Родиной гвардии полковник дважды Герой Советского Союза Гусаковский, гвардии полковник дважды Герой Советского Союза Бойко и гвардии полковник Лактионов.
Среди командиров батальонов, рот, взводов, а также среди механиков-водителей, артиллеристов и радистов насчитываются многие тысячи офицеров, сержантов и рядовых, проявивших в боях за Берлин высокие примеры воинского героизма и боевого мастерства.
В боях на подступах к Берлину, и в особенности в самом городе, много содействовали боевым успехам танкистов и мотострелков наши верные товарищи по оружию – артиллеристы приданных самоходных полков гвардии полковника Землякова и гвардии подполковника Миндлина, гвардейские миномётчики, и особенно тяжёлые миномёты, которые в уличных боях, где артиллерия была стеснена в своих действиях теснотой улиц, навесным огнём точно и эффективно поражали узлы сопротивления врага.
Красная Армия выполнила приказ своего Верховного Главнокомандующего. Красное знамя победы развевается над поверженным Берлином. Раздавленный враг капитулировал. И мы, гвардейцы-танкисты, прошедшие долгий боевой путь, закалившие себя в боях под Мценском, на подступах к Москве, на Курской дуге и в наступлении на запад, горды тем, что оправдали доверие нашего народа, вручившего танкистам могучую боевую технику, и вложили свою долю участия в последний победный штурм логова фашистского зверя – Берлина».
Гвардии подполковник Воробьёв. «На Зееловских высотах»
«Начав наступление на Берлин, 44-я гв. тбр имела задачу действовать в передовом отряде 11-го гв. тк. В 7.00 16 апреля выступил головной отряд бригады, а через час с исходного рубежа Ной-Меншов – Кюстрин вышли главные силы.
Выдвигаясь за боевыми порядками первых эшелонов пехоты по шоссе на Зеелов, головной отряд к 8.30 достиг района 2,5 км восточнее Зеелова. На этом рубеже противник оказал советским войскам сильное сопротивление. Бригада завязала бой, поддерживая действия пехоты огнём своих танков с места. В дальнейшем немцы начали действовать методом танковых контратак, сопровождая их массированными налётами авиации на наши боевые порядки. Сильное огневое воздействие противника сковывало действия пехоты, и она не смогла обеспечить ввод бригады в прорыв на участке Зеелова. Обогнать же пехоту и уничтожить противника на втором оборонительном рубеже бригада не имела возможности, так как мост через безымянный ручей был взорван, а путей обхода не оказалось.