Страница 14 из 32
– Поскольку он сплошь синий, если смотреть с большой высоты, с борта посадочной шлюпки. Синий с белыми прожилками облаков, но облака видны только вблизи… а, к примеру, с Зелёного он, если небо настолько ясно, что его можно разглядеть, кажется попросту голубым пятнышком. И там, на Синем, я, повторюсь, прожил многие годы. А после этого долгое время провёл на Зелёном… то есть мне оно показалось ужасно долгим, хотя на самом деле прошло всего около полугода. Одним словом, мне что хотелось бы объяснить: в этом круговороте я не был очень, очень давно.
– И, стало быть, побывал там, куда нас упорно гонят, – пробормотала хозяйка себе под нос.
– Кто, боги? Да, да, именно там я и жил.
– А вернулся зачем? – полюбопытствовал муж хозяйки.
– Чтоб разыскать Шёлка. Патеру Шёлка. Может, кто-то из вас его знал? Шёлка, кальда Вирона.
Хозяйка с мужем вновь не проронили ни слова, а лишь, придвинувшись ближе друг к дружке, уставились на него вприщур.
Всё остальное казалось второстепенным, пустячным, однако он решил рассказать и о прочих полученных поручениях.
– А ещё чтоб привезти обратно новые сорта кукурузы и прочие семена, вникнуть в кое-какие производственные процессы… но в основном ради того, чтоб привезти Шёлка в Новый Вирон, на Синий.
– Семена кукурузы? Много дать не могу, самим нужны.
В ответ он смиренно склонил голову.
– Нескольких штук – возможно, с полдюжины – будет вполне довольно.
Муж хозяйки замотал головой, будто мул, не желающий принимать угощение.
– Полдюжины початков? Нет, нет, и не мечтай!
– Я имею в виду полдюжины семян. Полдюжины кукурузных зёрнышек.
– Думаешь, хватит?
– Думаю, да, и буду тебе весьма благодарен.
– А назад как вернёшься? – осведомилась хозяйка.
– Пока не знаю…
Обнаружив, что устремил взгляд вниз, к широким рассохшимся половицам, а голову подпирает ладонями, он собрал волю в кулак, выпрямился и взглянул на хозяйку.
– Сюда вернуться мне помогли Соседи. Соседи… то есть Прежний народ, живший на Синем тысячу лет назад. Перебросили меня сюда каким-то образом… только не знаю как.
– И давно ли ты здесь оказался?
– Вчера. По крайней мере, спал я, прежде чем к вам прийти, только раз, – ответил он, силясь вспомнить всё в точности. – Но солнце, когда я здесь появился, светило. Уверен, светило.
– Ну да, – закивал муж хозяйки, – дело не в днях с ночами. Главное, горит ли солнце или же не горит… А ты, если Шёлка разыщешь, как обратно его повезёшь?
– На посадочной шлюпке, наверное. Вы же говорите, боги вас выгнать отсюда стараются, так?
Оба, вмиг помрачнев, кивнули.
– Значит, посадочные шлюпки здесь ещё есть – хотя бы те, что возвращаются за новыми поселенцами. Ведь боги не стали бы выгонять вас силой, если б вам не на чем было покинуть Круговорот?
Муж хозяйки вновь сплюнул за окно.
– Я слышал, они все до одной неисправны.
– Да, на Зелёном мне с одной из таких столкнуться пришлось…
Пройдясь по кухне и обнаружив, что держится на ногах куда лучше, чем полагал, он подхватил свою палку.
– Поджарю-ка я немного бекона, – сказала хозяйка. – Из-за жары нечасто его готовлю, но нынче поджарю, как только плиту растоплю.
– Весьма любезно с твоей стороны, – ответил он, сам удивившись искренности своих слов. – Я очень тебе благодарен… действительно благодарен. Однако еды мне не нужно, а уж роскоши всякой – тем более.
Хозяйка, словно не слыша его, сдвинула в сторону занавесь из старенькой простыни и принялась обшаривать почти пустые полки.
– И кофейку сварю. Кофе нынче кусается, не укупишь, но ещё на заварку остатков, кажется, хватит.
– Будь добра, завари лучше мате, – попросил он, вспомнив о любимом с детства напитке. – Мате – вот чего я бы с удовольствием выпил! Сколько лет не пил…
– Тебе семена кукурузы нужны или как? – напомнил ему муж хозяйки. – За ними в амбар идти надо.
С этими словами он тоже вооружился палкой – толстой, узловатой, похожей скорее на палицу, чем на трость либо посох.
– Да, разумеется. Очень нужны.
– Ладно, идём.
Прислонив посох к креслу, муж хозяйки запустил руку под стол.
Тем временем хозяйка попросила его покачать помпу, и он послушно принялся качать массивную железную рукоять вверх-вниз, сливая ржавую воду и наполняя чистой, свежей кофейник.
Наконец муж хозяйки запалил от лампы грубо сработанный жестяной фонарь, извлечённый из-под стола.
– Вот. Пошли. С этим ей ещё повозиться придётся, – сообщил он, указав кивком на плиту.
– Кофе, бекон и хлеб, – пробормотала хозяйка, обернувшись к ним. – Этого хватит?
– Хватит, и ещё как! И, если можно, я вправду предпочёл бы мате.
Муж хозяйки отворил дверь (впуская внутрь чёрный, точно чернила, мрак), вооружился посохом и поднял фонарь.
– Идём.
Вдвоём они вышли за порог, в темноту.
– А что, снаружи небезопасно? То есть когда солнце гаснет, – спросил он, покосившись на посох мужа хозяйки.
– Бывает порой. Стало быть, тебя Бивнем кличут?
– Да, – отвечал он, – а вот твоего имени я, боюсь, как-то не уловил.
– А я им и не разбрасывался, – ответил муж хозяйки, хохотнув над собственной шуткой. – И тебе, стало быть, семена нужны?
– Да. Очень и очень.
Тут он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Казалось, за ними обоими наблюдает некий обладатель холодного разума, намного превосходящего его собственный, и в темноте этот некто видит не хуже, чем ясным днём. Отбросив сию мысль в сторону, он быстрым шагом двинулся за мужем хозяйки. Земля под ногами оказалась сухой, неровной, твёрдой, точно железо.
– Сам кукурузу растить умеешь?
– Нет, – не без колебаний, опасаясь, как бы признание не стоило ему семян, ответил он. – Пробовал как-то раз и выяснил, что не умею… хотя до этого думал иначе. Однако полученные от тебя семена будут сажать те, кто во всём разбирается от и до. Моё дело – всего-навсего привезти их.
– В темноте кукуруза не вырастет.
Вспомнив собственные предположения, будто те, кому заказано выйти к Златой Стезе, могут выращивать хлеб у её обочин, он невольно заулыбался.
– И что-либо другое, думаю, тоже.
– Нет, кое-что может. Только не кукуруза.
С этим муж хозяйки распахнул широкие дощатые двери. Изнутри раздались заполошные протесты возмущённых кур.
– Не загорится солнце – нам всем конец. Идёшь, нет?
Он поднял взгляд к угольно-чёрному небу.
– Вон там огонёк… будто крохотная красная искорка. Где он? В небесных землях? Здесь же небесные земли есть.
– Это точно.
– На Синем в ночном небе полным-полно звёзд. Тысячи тысяч. Странно, что отсюда видна хоть одна.
– Там город горит.