Страница 33 из 36
С каждым её шагом зрачки Увайса постепенно расширялись, пока не заполнили почти всю радужку... А затем в них отразилась Рина, замершая точно напротив Увайса — так, что их лица оказались на одном уровне.
— Уверена? — не делая ни малейшей попытки разорвать зрительный контакт, спросил Увайс. — Обратного пути не будет.
Вместо ответа Рина приблизилась ещё больше — и без какого-либо стеснения поцеловала его в слегка приоткрытые губы.
— Нда, — отстранившись, задумчиво обронила она. — Пожалуй, со шпильками пора завязывать. Неправильно это, когда женщина одного роста с мужчиной. Некрасиво. Да и тебе, наверное, некомфортно...
— С чего ты взяла?.. — удивился Увайс.
— Иначе ты бы хоть как-то отреагировал, — в голосе Рины прорезались нотки обиды. — А не стоял бы истуканом... Может, я действительно зря всё это задумала?
— Не зря, — Увайс мягко привлёк её к себе. — Просто в моём мире не принято выражать чувства на людях. Особенно настолько открыто... Но я постараюсь исправиться, если тебе это важно. Что же касается каблуков — то мне всё нравится. Так даже удобнее: тебе не надо тянуться, а мне — наклоняться...
С этими словами он обнял Рину ещё сильнее, явно собираясь инициировать повторный поцелуй — в качестве доказательства серьёзности своих намерений. И Марьям, до этого с тёплой улыбкой наблюдавшая за ними, деликатно потупилась. В то время как Владислав, безразлично пожав плечами, направился в сторону выхода — прямо мимо Инги и Анатолия, шедших ему навстречу... И если Анатолий, заметив самоуправство дочери, вмешиваться не торопился — лишь посторонился, пропуская своего несостоявшегося зятя, да немного притормозил, чтобы без помех проводить его глазами и убедиться, что расставание пройдёт без скандала — то Инга, напротив, не смогла оставить происходящее без внимания и укоризненно воскликнула:
— Рина! Ты что творишь?!
Естественно, Увайс тотчас прервался, не успев совершить запланированное. Однако Рина ловко перехватила инициативу и повторно впилась в его губы, буквально заставив продолжить. На виду у всех... Включая Егора, который как раз обернулся на голос матери.
Не сумев проигнорировать происходящее, Егор сначала остановился, а потом и вовсе размашисто зашагал назад. Наташа спохватилась слишком поздно, чтобы удержать его от необдуманных поступков, и потому была вынуждена догонять жениха, добавив смятения не только в ряды гостей, но и в ряды сотрудников ЗАГСа, растерянно переглянувшихся между собой... Одному музыканту было всё нипочём — он как играл марш Мендельсона, так и продолжал играть, не видя и не слыша ничего вокруг.
— Оставь их в покое! — прошипела Наташа, поравнявшись с Егором. — Пускай сами разбираются.
Однако Егор не остановился. И тогда Наташа цепко схватила его за запястье, уперевшись ногами в пол...
— Идём в зал! — по-прежнему тихо, но с нажимом процедила она. — Нечего отвлекаться непонятно на кого. Нас ждут.
И Егор замер. Медленно повернув голову, посмотрел на свою красную от злости невесту, перевёл взгляд на Увайса с прижимающейся к нему абсолютно счастливой Риной, после чего скользнул глазами по одинокой фигуре Марьям — и вдруг резко дёрнул рукой, скидывая ослабевшие пальцы Наташи.
— Егор!.. — неверяще вскричала Инга.
Анатолий побагровел, сжав кулаки в бессильной ненависти, Наташа беззвучно хватала ртом воздух, как выброшенная на берег рыба... А Егор спокойно объявил:
— Свадьбы не будет. Я уже женат. На Марьям.
— Что за чушь ты несёшь?.. — взяв эмоции под контроль, первой опомнилась Инга. — Вы же развелись, ты забыл? У тебя и документы соответствующие есть...
— По законам государства — возможно. Но не по законам ислама, — Егор покосился на Увайса в поисках поддержки. — Я ведь так и не произнёс нужного слова.
Увайс громко фыркнул, невольно обнажив зубы в широкой улыбке. А Марьям наконец-то подняла лицо от пола, с робкой надеждой уставившись на Егора... Который ответил ей взглядом, полным нежности и любви. Однако Инга не сдавалась.
— Но ты даже не мусульманин! — привела новый аргумент.
— И что? Согласившись на обряд в мечети, я принял их правила игры. И буду верен своему слову до конца. Ведь неважно, кто и к какой религии относится. Главное, что он за человек внутри.
Здесь Инга не нашла что возразить — и Егор пригласительно протянул руку Марьям. Будто предоставляя выбор.
Поколебавшись не больше мгновения, Марьям осторожно вложила тонкие пальчики в его широкую ладонь... А в следующий миг вдруг очутилась в объятиях Егора.
— Прости меня, — он выдохнул ей прямо в макушку. — Я не должен был заставлять тебя проходить через всё это. Мне очень жаль, что я не прислушался к голосу сердца раньше. Но могу обещать, что это больше не повторится.
Не утруждая себя разговорами — или попросту забыв русский язык от избытка чувств — Марьям молча поднесла руку Егора к губам и выразительно её поцеловала, одним действием заменив все признания разом...
Больше Егор ничего не спрашивал.
Плевав на крики Наташи, угрозы отца и очередной мнимый обморок матери, он подхватил Марьям на руки, переступил через Ингу, локтем отпихнул Анатолия, спустился в холл и вышел на улицу. Марьям улыбалась, не слушая несущиеся в спину проклятия — в тот момент для неё существовал только Егор. Увайс тоже не стал тянуть, по примеру друга поспешив увести Рину прочь — пока собравшиеся не догадались выместить свой гнев на нём... Замешкалась лишь Рина, кинув прощальный взгляд на мать. Но Увайс обнял её за талию и мягко увлёк за собой, не позволив совершить непоправимого.