Страница 23 из 36
— Я ни о ком не буду думать, кроме тебя! — с жаром парировала Рина. — Клянусь! И никогда тебе не изменю. Даже в мыслях! Я не желаю такой же участи своим детям, как была у меня. Всю жизнь прожить в страхе, что отец узнает правду... Нет! Что же касается чувств — с внешней симпатии обычно всё и начинается. К тому же я внимательно за тобой слежу. И мне нравится, как ты себя ведёшь. Как решаешь проблемы. Твоё отношение к жизни. Сама я, в свою очередь, тоже ничего не скрываю. Но если настаиваешь, мы можем познакомиться поближе. Поговорить о чём-нибудь — всё равно Егора ждать. Без него мы ничего для Марьям сделать не сможем. А я очень за неё переживаю, хоть этого, наверное, и не видно. Потому и в работу ушла, чтобы чем-то руки и голову занять.
— Видно, видно, — усмехнулся Увайс. — В другой ситуации ты бы вряд ли так открыто призналась мне в любви... И, по-хорошему, мне бы следовало сейчас уйти, чтобы не подпитывать твои пустые надежды. Но я готов остаться, чтобы отвлечь тебя от грустных мыслей — и отвлечься самому. Потому что я тут чужой и Марьям, к сожалению, действительно ничем помочь не в состоянии, а сидеть сложа руки мне не позволяет совесть... Но есть одно условие: ты не должна воспринимать моё присутствие как намёк на ответные чувства! Я принадлежу Марьям, ты — Славику. Поэтому больше мы к твоему вопросу не возвращаемся. В противном случае, как бы трудно мне ни было, я уйду развлекать себя сам. Идёт?
Рина кивнула, принимая условия игры. И тотчас перехватила инициативу:
— А как вы с Егором подружились? Мне всегда было интересно. Вы же такие разные. Пускай и ровесники.
— Мы вместе служили.
— Но Егор же не только с тобой служил. А поддерживает связь только с тобой. Почему?
— А он не рассказывал?
— Нет.
— Тогда и мне не следует распространяться, не посовещавшись с Егором.
— Ты просто не хочешь хвастаться, — встрял от двери Егор, заставив Рину с Увайсом вздрогнуть. — Что же касается меня, то я тайну из этого не делаю. Просто сначала не хотел никого пугать, а потом не было повода рассказать.
— Так расскажи сейчас! — первой очнулась Рина.
Егор безразлично пожал плечами и бросил:
— Увайс спас мне жизнь.
У Рины отвисла челюсть.
— Мы охраняли границу, делали обход — и вдруг он толкнул меня в бок и упал рядом. А следом прогремел выстрел: пуля с сочным звуком врезалась в землю в паре метров позади нас.
— Но ты же не участвовал в военных действиях!
— Пограничники частенько оказываются втянутыми в мелкие конфликты, — обронил Увайс.
— И всё же мне по-прежнему представляется, это было покушение на меня — отец тогда как раз расширялся. Возможно, его хотели припугнуть, выбрав меня целью. Слишком много совпадений.
— А стрелявшего нашли? — вновь влезла Рина.
— Нет. И не пытались. Хотя мы сразу доложили командиру. Который честно нас выслушал и обматерил, заявив, что нам всё привиделось. Однако на всякий случай всё-таки усилил патрулирование. Нас даже наказать за враньё хотели, но потом смилостивились и просто сняли с графика — уж больно у нас был перепуганный вид. Так что повторить свою попытку стрелок не смог.
— А может, он и не собирался? Вдруг вам действительно показалось?
— Вряд ли. Я до сих пор помню этот звук: пуля просвистела возле самого уха, взметнув мои волосы ветром. Если бы Увайс промедлил хотя бы долю секунды, меня бы тут не было.
— Я тоже не мог ошибиться, — подхватил Увайс. — В листве на той стороне однозначно сверкнуло стекло объектива. Одно — то есть на бинокль было никак не похоже. Разве что на подзорную трубу, что очень сомнительно в современных реалиях... А дальше мне стало не до раздумий. Лучше ошибиться, чем потом тащить на себе труп товарища. Или стать следующим...
— В общем, неудивительно, что эти и дальнейшие события сплотили нас навек! — подытожив, улыбнулся Егор. И сразу посерьёзнел, обратившись к Увайсу: — Кстати, насчёт событий. Можно тебя на минуточку?
Побледнев, Рина было шагнула вперёд с очевидным намерением защитить гостя от гнева брата, но Увайс жестом остановил её порыв и уверенно вышел вслед за другом, плотно закрыв за собой дверь.
— Это не то, о чём ты подумал, — с ходу заявил он, догнав Егора возле лестницы.
По которой тот спускаться не торопился, явно прикидывая, не лучше ли будет запереться в своём кабинете.
— О чём ты? — рассеянно откликнулся Егор, всё-таки сделав выбор в пользу спальни.
— А ты разве не слышал?
Егор отрицательно качнул головой.
— Твоя сестра призналась мне в любви. А после моего отказа как ни в чём не бывало предложила поболтать. Я согласился, чтобы не оставлять её одну и скрасить ожидание.
— Ах, это, — облегчённо отмахнулся Егор. — Да, я заметил, что Рина неровно к тебе дышит. Обычно она чужаков в мастерскую не приглашает. И в другой ситуации я был бы рад с тобой породниться — лучшего мужа для Рины сложно представить — но ты же на Марьям нацелился, не так ли?
Увайс кивнул. Правда, не очень уверенно — однако Егор не обратил на это внимания. И Увайс перешёл к более насущному вопросу:
— Значит, если ты вызвал меня не за этим, у тебя есть информация про Марьям. И она не очень приятная. Я угадал?
— Её похитили. Не знаю, кто, но знаю, по чьему заказу.
От шока Увайс промахнулся ногой мимо ступеньки и чуть не скатился кубарем до самого холла, но Егор вовремя дёрнул его за собой на площадку второго этажа.
— Это мама подстроила, — пояснил, когда Увайс кое-как выправился. — Чтобы я поскорее помирился с Наташей. И я боюсь за Марьям.
— Ты полагаешь, с ней будут обращаться дурно?..
— Нет. Я не знаю, что ей там про нас — а особенно, про меня, — наговорят. И как она всё это перенесёт...
Собеседники прошли в комнату, но сесть никто из них даже не попытался — они так и остались стоять посреди помещения.
— Стойко. Я уверен. Психически она гораздо более устойчива, чем кажется на первый взгляд. Сам посуди. Посмотри, как легко она подстраивается под стремительно меняющиеся условия! Главное, чтобы ей не навредили...
— За это не беспокойся. Мама не меньше Рины заинтересована, чтобы Марьям закончила вышивку.
— Точно?
— Могу процитировать: «Помирись с Наташей — и получишь свою дикарку назад. Только не откладывай. Иначе Рина останется без диплома, а ты лишишься возможности превратить свою пошивочную в дизайнерский дом моды».
— Нда, — не удержавшись, протянул Увайс. — И как ты её терпишь?
— С трудом.
— Надеюсь, Рина вырастет не такой стервой.