Страница 29 из 45
Я удивленно подумал: «Неужели кто-то и правда отказывается от еды, да еще настолько грубо?»
– Кто-то так делает?
– Не знаю. Меня, по крайней мере, русские ни разу хлебом и солью не встречали. А вот чаем угощали часто.
Чжэхи на секунду задумался, словно вспоминая, бывал ли вообще в ресторане под названием «Хлеб да соль», а потом сказал:
– В этом местечке подают неплохой суп – борщ называется. Дороговат, правда. А еще у них есть каша. До того, как на станции открыли стоматологический кабинет, можно было увидеть, как люди, получив от нашего командира в зубы, переходили на эту кашу. Забавное зрелище.
«Значит, кашу на Подводной станции тоже подают», – отметил я про себя, разливая чай по опустевшим кружкам. Эх, бывали же дни, когда мы сидели и просто мирно пили чай…
Мне почему-то вспомнилась Кан Сучжон, и я повернулся к Син Хэряну:
– А может, устроить на базе пожар? Ну чтобы заставить и террористов и заложников разбежаться.
Чжэхи ошарашенно уставился на меня, обдумал услышанное и протянул:
– Вау. Ты и правда страшный человек. Только прибыл на станцию, ничего толком не знаешь, а уже предлагаешь такие радикальные решения.
Я ожидал, что Син Хэрян отмахнется от моей идеи, как от полной ерунды, но, к моему удивлению, он задумался и едва заметно кивнул.
– Неплохая идея. Но если на Второй базе вспыхнет пожар, остановить его будет крайне трудно. Террористы, скорее всего, бросят заложников и сбегут. Нам тоже придется бежать. При пожаре куда чаще умирают не от огня, а от дыма.
Почему от дыма умирают чаще, чем от огня? Неужели он распространяется настолько быстро?
– А как тут вообще тушат пожары? – спросил я и сразу же задумался.
Вряд ли пожар – частое явление на станции. Может, он здесь вообще никогда не вспыхивал.
– Огнетушителями. Если они не справляются, перекрываем подачу воздуха в зоне пожара.
Выходит, если начнется пожар, то всем на Второй базе не поздоровится. Я привык думать, что огонь гасят водой, и концепция «перекрыть подачу воздуха» стала для меня неожиданностью.
– А нельзя… не знаю… запустить внутрь морскую воду?
Я имел в виду не затопить базу, а устроить небольшой потоп, чтобы ошарашить террористов. Вода ведь безопаснее огня, верно?
Син Хэрян указал большим пальцем в сторону двери и, глядя на меня, сказал:
– Тогда Вторая база превратится в одну большую «Симчхон-7».
Ах да. Из-за чудовищного давления вода хлынет внутрь, воздух в помещениях сожмется, и мы будем этим воздухом дышать. У людей начнется кессонная болезнь, как у нас троих, если, конечно, они не погибнут раньше.
После того как я сначала предложил поджечь базу, а потом затопить ее водой из моря, Чжэхи долго молча смотрел на меня, потом наконец сказал:
– Не знаю, что вы с командиром в итоге решите, но если все сведется к тому, чтобы устроить на базе пожар… я помогать не буду. Я на многое ради тебя готов, спаситель, но поджоги – это вообще не моя тема. – Он медленно осмотрел комнату; взгляд у него был какой-то пустой, тоскливый. – Я и сюда устроился только потому, что ненавижу пожары… А толку. – Вздохнув, Чжэхи снова повернулся ко мне. – Если вдруг начнется пожар или еще какая-нибудь фигня и террористы оставят заложников… что ты собираешься делать? Мы пойдем своей дорогой? Или заберем их с собой?
– Заберем. Будем выбираться вместе.
– Мы можем погибнуть по пути. И ты, и я сейчас в полном раздрае. Подумай, может, стоит попытаться уйти одним. Шансов выжить будет в разы больше.
– Чего ты вообще за меня волнуешься? Если я умру, то просто вернусь к чекпойнту.