Страница 21 из 34
Так и сделали: Питера толкали туда-сюда, но ничего не выходило, а ошейник всё сильнее сдавливал шею. Малыш ойкал и кашлял, а Филя с Лаской совершенно выбились из сил. В трубе стало так жарко и душно, что даже шерсть намокла, а языки вывалились. Казалось, уже ничего не получится. И дышать было почти совсем нечем.
– Давайте, что ли, перед смертью скажем друг другу что-нибудь хорошее, – предложила Ласка, переставая толкаться. Она вытянула вперед лапы и обречённо положила на них голову.
– Простите меня, ребята. Я очень рад, что нашёл таких друзей, как вы, – прошептал из последних сил Питер. Он вспомнил своих хозяев и в очередной раз пожалел о бегстве.
Только Филька сопел и не хотел сдаваться. Он упрямо раскачивал Питера задними лапами, рычал и помогал себе хвостом:
– Это мы р-р-р ещё посмотрим… Это мы р-р-р подождём пока умирать… Это я р-р-р так не согласен…
И вдруг что-то наверху хрустнуло, треснуло и отвалилось, на головы собакам посыпались щепки и пыль. Питеру стало легче дышать, лапы неожиданно почувствовали опору.
– Ой, я вроде отцепился, – неуверенно пискнул он. – Ой! Я отцепился!
От радости Питер стал перебирать лапами и подпрыгивать. Ему очень хотелось расцеловать своих друзей.
Ласка тоже воспряла духом и подняла голову.
– Умоляю тебя, перестань прыгать! – Она даже засмеялась от счастья. – Второй раз мы тебя не снимем.
– Поползли отсюда быстрее, пока силы остались, – приказал Филька и сам показал пример. – Вот выберемся, ляжем на травке и целуйтесь, сколько хотите.