Страница 89 из 170
В январе 1999 года вооруженная группировка талибов захватила целый ряд селений в области Ганга в Северо-Западной пограничной провинции Пакистана. Они провозгласили, что эта область будет жить строго по «исламским законам» и срочно устроили публичное разбивание телевизоров и тарелочных антенн в селении Заргари. За этим последовало сжигание 3000 «непристойных» видео и аудиокассет на маленькой площади в Лукки.
Есть что-то комическое в этой враждебности к телевидению, и это напоминает один из ситуационистских спектаклей 1960-х годов, однако юмор, увы, талибам не свойствен. Лидер этого движения Хуссейн Джалали хочет распространить афганский опыт и на Пакистан. После сжигания телевизоров он провозгласил, что «руки и ноги ворам будут отрубать и всех преступников также будут судить в соответствии с законами ислама…»
«Что мы можем сделать?» — с болью спросил меня сторонник братьев Шарифов.
Я указал на то, что правительство вооружило некоторые из этих негодяев с целью нанести вред соседнему Кашмиру, но ведь и наша раздутая армия тоже была вооружена. Почему же ее не попросили разоружить эти группы? На этом разговор кончился. Нет никакого секрета в том, что фундаменталисты уже давно проникли в армию. Что отделяет их от религиозных старорежимных организаций, так это то, что они хотят захватить государственную власть, а для этого им нужна армия.
Фактически, одной из наиболее опасных организаций этого типа является ИСИ; ее политическое крыло стремилось внедрить в Пакистане саудовскую модель государственного устройства, однако без монархии. У них есть сторонники по всему миру, в том числе в Британии и в Соединенных Штатах. Их целью является обеспечение «джихада» во всем мире военными кадрами и деньгами. Это самая ортодоксальная из суннитских сект, и она представляет меньшинство, за исключением того, что ее сторонником является президент страны, а министры правительства украшают ее собрания своим присутствием. Их штаб в то время находился в Лахоре, и меня уговорили пойти туда и взять у них интервью, однако при виде тридцати вооруженных до зубов охранников я решительно отказался от этого мероприятия.
Военизированное крыло ИСИ, «Лашкар-и-Тайаба» (буквально — «Солдаты Медины»), не могло существовать без патронажа армии. В организацию входит 50000 боевиков, и она является лидирующей группой, выступающей за «джихад с целью освобождения Индийского Кашмира». Ее пехотинцы проходят военное обучение в восьми специальных лагерях на территории Кашмира, контролируемой Пакистаном, финансируются Саудовской Аравией и правительством Пакистана. Организация вербует новобранцев из бедных семей и уже потеряла в Кашмире несколько сотен своих членов. Правительство платит руководству организации по 50 000 рупий (примерно 500 фунтов) за каждого погибшего: 15 000 рупий идут семье «мученика», а остальные — в фонд организации.
Партия «Харкатул Анзар» (буквально — «Движение добровольцев»), когда-то финансировавшаяся Соединенными Штатами и поддерживаемая ИСИ, была в 2001 году объявлена Государственным департаментом США террористической организацией. После чего она быстро изменила свое название на «Харкатул Муджахидин». Ее бойцы были в рядах самых преданных талибов, а ее тренировочные лагеря перенесли из Пенджаба в Афганистан. Лидер этой организации Усама бен Ладен до 11 сентября 2001 года поддерживал тесные контакты с ИСИ. Перед этим днем его сторонники предупредили правительство, что любая попытка похитить его или запретить организацию приведет к немедленной гражданской войне в Пакистане. Они утверждали, что армия никогда не согласится на то, чтобы ее использовали против бен Ладена и его сторонников, однако удары по Америке 11 сентября 2001 года изменили ситуацию и хотя бы временно изолировали исламистов внутри армии.
Эти организации хотели взять на себя руководство Пакистаном. Они мечтали о создании Исламской федерации, которая распространила бы власть талибов от Лахора до Самарканда, за исключением «еретической» республики Иран. При всей своей несообразности и бессмысленной злобе их цели привлекают людей, хотящих, чтобы в их жизни был хоть какой-нибудь порядок. Если эти фанатики пообещают накормить этих людей и дать образование их детям, то те готовы будут отказаться от наслаждения передачами «Си-Эн-Эн» и «Би-Би-Си Уорлд».
Воистину пугающее стремление исламских боевиков сложить голову в борьбе, даже если они сами окажутся жертвами террористических актов, отличает новую волну движения исламистов в Пакистане. К счастью, они все еще составляют в стране меньшинство, но все это могло бы измениться.
Однако в стране произошло нечто старое, но полное совершенно нового смысла. Да, это был еще один переворот, но отличающийся от прочих — в первый раз армия захватила власть без одобрения Вашингтона. В октябре 1999 года Наваз Шариф при поддержке США попытался снять генерала Мушаррафа с поста начальника Генерального штаба пакистанской армии. Это планировали сделать, когда генерал был в Шри Ланке с официальным визитом. План произвел обратный эффект: генералы отказались поддержать снятие своего шефа с должности. Мушарраф ринулся домой и взял на себя руководство страной, и братья Шарифы были посажены под арест. Новый военный руководитель вскоре обнаружил, что избавиться от коррупции, модернизировать страну или, что важнее всего, обуздать вооруженные фундаменталистские группы не так легко. А потом, 11 сентября 2001 года, небольшая группа исламистов решила взорвать Пентагон и башни-близнецы в Нью-Йорке. Соединенные Штаты жаждали мести, и под ударом оказался весь регион. На короткое время Пакистан вновь стал ключевой фигурой, и вновь причиной этого стал Афганистан.