Страница 8 из 44
Бутафория
У каждого человека есть желания, которые он не сообщает другим, и желания, в которых он не сознаётся даже себе самому© Зигмунд Фрейд
-Лера-
Духота. Тяжёлое вздымание грудной клетки. Терпкий аромат тяжёлого мужского парфюма, смешанного с алкоголем и каким-то животным возбуждением, напитавшим весь воздух.
Мы с Леськой на сцене. Сидим на двух стульях — спина к спине. Рядом четверо или пятеро парней. Медленно ходят по кругу, пританцовывают в моменте и скидывают с себя элементы одежды.
Моё внимание расфокусировано. Пальцы вцепились в сидение. Губы периодически пересыхают. Часто облизываю их, замечая боковым чужие похотливые улыбки.
Парни играют. Реально играют. Не тычут в нос причиндалами или пошло выставляют перед лицом свой накаченный зад. Нет. Они действуют красиво и филигранно: заводят на максимум, не прикасаясь.
У парочки из них в руках открытые бутылки с шампанским — эти парни периодически пошло выставляют тару вперёд, имитируя член, и «передёргивают» взбалтывая напиток, обливая нас с Леськой кислой пеной с щекочущими пузырьками.
Один такой, прямо сейчас, демонстративно приоткрывает свой белоснежный оскал, вываливая из собственной пасти длинный язык. Ухмыляется, глядя на меня и призывно дрыгает им в воздухе, целясь своей алкогольной струёй прямо мне в рот.
Только и успеваю зажмуриваться от брызг, что разлетаются по щекам. Глотаю, то, что попадает в цель, ведь сидеть рядом с такими «харизматичными парнями» закрывши рот попросту не выходит.
Второй с бутылкой — чуть повыше и шире, а целится каждый раз исключительно в грудь и наблюдает с ехидной улыбкой, как белая футболка облепляет соски. Тонкое кружево, выполняющее роль поддержки, опоры, тоже промокло от алкоголя и начало нещадно царапать возбужденную кожу, оголяя рефлексы.
— Лерка, ты норм? — орёт на ухо подруга, протягивая мне в руки еще одну, откуда-то взявшуюся, початую бутылку.
Забираю орошать пересохшее горло и жадно глотаю несколько глотков подряд, едва не выпуская наружу шампанское носом.
— Оставляй себе, — смеётся Громова. — Я сейчас себе ещё выцеплю!
— Я норм, — выдыхаю запоздало, откидывая с лица фату, что при движении так и порывается скрыть вуалью бесстыдство моего взгляда.
Футболка насквозь промокла, прилипла к коже и это видят не только ребята, что крутятся вокруг нас. Внизу столики и толпа гостей, дальше танцпол — мы всем, как на ладони.
Плевать.
Мою тёплую рубашку, и Леськину кофту парни сняли и откинули в сторону, как только мы посадили на стулья пятые точки. Могли бы уже стащить с нас и джинсы! Возвращаться в мокрых — так себе идея для прохладного вечера.
Пью шампанское, полупьяно улыбаюсь поверх бутылки на идиотские выходки и движения, что транслируют парни. В каждом из них читается недвусмысленный секс: имитация акта и визуальное совокупление.
У меня отсутствует практика, но теорию-то я знаю. Изучала, смотрела, разве что привычно под запись не конспектировала.
«Хорошему психологу раз в неделю надо смотреть стоющую порнушку!» — уверяет мой самый противоречивый препод из универа. — «Секс — это чистый язык тела. В нём вас не обманывают. Так что смотрите и учитесь считывать эмоции. Видеть оригинальную, животную мимику и различать слабые имитации».
Помнится он даже предлагал притаскивать на семинар особо понравившееся ролики для всеобщего обсуждения. Студенты встретили предложение на ура, декан — с осуждением.
А эти парни «живые». От них прёт неразбавленный тестостерон. У них визуально прямо колом стоит под одеждой! Они не скрывают ощущения своего превосходства, понимания, насколько же они офигенные!
— Ле-еесь, — смеюсь и топлю шампанским отголосок своей бурной истерики. — А сколько стоит такой один?
— Танец, приват или на ночь? — под укачивающую музыку, что окружает в пространстве именно нас, серьёзно рассуждает подруга. А потом взрывается диким смехом, опровергая состояние собственной трезвости. — Лерка! Ты что переспать с кем-то из них что-ли решила? Дура...! Да меня твой Тёма после... На лоскутки! И по ветру!
— Тёма пацифист, — хихикаю, доставая из кармана купюры и робко вкладываю одному в руку. — Ничего я не хочу. Просто спросила. Смотри, как они блестят.
— Ага, от масла, — поддерживает подруга. — И походу скользкие до жути, что и не повиснешь на шее при всём желании! А дай мне хоть тебя понюхать, сладкий, — томно обращается к тому, что сейчас перед её глазами.
Прогибаюсь вбок заценить, отхлёбываю шампанское из горла и смеюсь:
— Красавчик!
Пузырьки незаметно бьют в голову и добавляют игривого настроения. И уже тот, что привычно целился алкогольной пеной мне в рот, призывно взбалтывает бутылку в руках, зажимая широкой ладонью стеклянное горлышко. Призывно рычит, прижимает дно тары к своему паху и мгновенно «спускает», обдавая таким мощным потоком, что шампанское пропитывает джинсы насквозь и стекает по моим икрам прямиком в кеды.
Спорно смеюсь, поправляя фату. Икаю. И выдаю:
— Да вы отбитые напрочь!
— Хочешь ещё? — выпаливает парень, стягивая с себя борцовку, а потом рывком и брюки, что держались по бёдрам на каких-то липучках.
— А хочу! — запиваю увиденное, проходясь по нему оценивающим взглядом. Этот гад ухмыляется и вытаскивает мне на закусь конфетку откуда-то из своих узких плавок, в которых при мощной эрекции вообще не осталось места под какой-то кармашек.
— Ой, фу-у, — хохочу и мотаю головой в нежелании принимать такой щедрый подарок.
На что Леська вставляет резонное и громкое, без разбирательства о причине моего выпада:
— Блин, ну, просила же членами перед ней не трясти! Невеста у нас ещё девочка! Давайте-ка с ней на лайте!
Парень добродушно подмигивает Громовой и протягивает ей конфетку, которую подруга без раздумий тут же хомячит.
Я лишь прикрываю рот ладонью, чтобы не сболтнуть лишнего. Смеюсь в свои пальцы. Кручу головой, вслед за сменой парней и в этот момент вижу Его…
Игривое настроение тут же даёт сбой и уступает место прострации.
Вадим стоит среди многочисленных высоких столов в пяти метрах от сцены. Визуально теряется в толпе, которая пришла за бо́льшим, чем танцевать, но с тех пор, как мой взгляд зацепился за знакомые очертания — я вижу только Его.
Парни меняют места. На меня брызжет шампанское, а я прикладываюсь губами к бутылке и смотрю прямо в глаза того, кто давно похитил моё сердце и душу.