Страница 54 из 67
Миша сунул планшет в руки девушки и командным голосом пробасил:
– Отбой! Не отсвечивай тут, иди спать.
***
Ксении снился страшный сон. Все повторялось как наяву, она снова царапала руки мужчины и умоляла его остановиться. Тот разрывал на ней трусики, а она не могла его остановить, потому что он был намного сильнее.
Миша проснулся от того, что услышал какое-то странное бормотание. Он посмотрел в сторону раскладного кресла. Девушка металась по подушке И отчетливо произносила плаксивым умоляющим тоном: «Андрюшенька, миленький, ну не надо, пожалуйста».
– Вот черт! – выругался мужчина и поднялся с дивана.
Он подошел к креслу и присев рядом с девушкой, стал тормошить ее за плечи.
– Ксения, проснись. Ты слышишь меня? Проснись.
Ксения проснулась, но увидев склонившегося над собой мужчину истошно заорала.
– Нет не надо! Я прошу тебя, не надо!
Девушка стала отбиваться от него руками и Михаилу с большим трудом удалось зафиксировать её руки над головой на подушке. Затем он зажал ее рот ладонью. Девушка не перестала брыкаться смотря на него бешеными от страха глазами.
– Тихо, ты, блин, мне сейчас соседей перебудишь. Успокойся я сказал, – голос был строгий и не терпящий возражения. – Я не собираюсь тебя трогать. Тебе сон плохой приснился. Я просто хотел тебя разбудить. Успокоилась?
Ксения кивнула и Миша её отпустил, он и сам сейчас понимал, что выглядит не лучшим образом. В голове мгновенно пронеслась гамма чувств от непонимания до брезгливости и злости, а затем и до откровенной ярости. По всей видимости, всё это отразилось на его лице, потому что как только он её отпустил, девушка села на кровати и закрыла лицо руками.
– Значит то, что я вчера случайно ляпнул правда, и он действительно тебя изнасиловал?
– злым, не верящим тоном спросил он.
– Пожалуйста, не спрашивай меня. Я не хочу об этом говорить, – всхлипнула девушка.
– Отвечай: да или нет, – рявкнул Миша.
– Только обещай, что никому об этом не скажешь. Я даже Марине не рассказала. Это так стыдно и так страшно.
Девушка заплакала и Миша притянув её к себе, обнял. Она пару раз дернулась в его руках высвобождаясь из его объятий, но потом затихла.
– Тише, не нужно, я же обещал, что не обижу тебя. Больше я тебя никому не отдам.
Он гладил её по голове, как маленького ребенка, пытаясь успокоить, а потом уложил и накрыл пледом.
– Давай спать, завтра у меня тяжёлый день.
– Миша… спасибо тебе.
– Не нужно, я не заслуживаю, – мрачно ответил он, укладываясь снова спать.
Утром, как только Миша пришел в офис, он сразу же поспешил в кабинет шефа. Он был более чем уверен, что Андрей уже его ждет и оказался прав.
Андрей, вальяжно развалившийся в своем кресле, поднялся навстречу другу, как только тот зашел.
– Здравствуй, родной! И как это тебя угораздило припереться вчера в мой дом! Или ты так случайно мимо проходил?! – ехидно и зло спросил Волков.
– Не смей на меня орать, я тебя хорошо слышу, не глухой. И не только я слышу между прочим.
Андрей вышел в приемную. Отправил секретаря в бухгалтерию попить чайку, потом закрыл за ней дверь на ключ. Когда он вернулся, то увидел, что Миша все ещё стоит посреди кабинета. Он подошел к нему и смотря на него в упор сказал:
– Ты ничего не хочешь мне объяснить?
– Вот только не надо сверлить меня своим фирменным взглядом, на меня это не действует.
– А тогда объясни мне, Миша, что происходит?
– А ничего не происходит, просто девчонку ты больше не получишь, – развел руками Михаил.
– Это кто же так решил? – возмущённо спросил Волков.
– Я решил! Ты хотя бы знаешь из какого дерьма я тебя выдернуть пытаюсь! – заорал Миша. – Незаконное лишение свободы – это раз! Изнасилование – это два! Доведение до самоубийства – это три! Тебе посчитать на какой срок в совокупности это тянет?! – Миша не выдержал того напряжения, которое буквально сквозило между ними.
Во взгляде Андрея не отразилось ни одной эмоции, он только холодно заметил:
– Не мели ерунду, никакого самоубийства не было.
– Правильно, не было. Я и раньше стал подозревать, когда ты с расцарапанными руками пришёл. А потом этот укус, ну я и рванул к тебе. Она там в ванной с ножом в руке стояла. Если бы я вовремя не приехал, то нашёл бы ты красивый трупик в луже крови.
– Не думаю, что она бы решилась, – недовольно процедил Андрей.
– Не думаешь?! – Миша подскочил и взял друга за грудки. – Ты вообще о чём-то думал, когда все это затевал?! Какая каша у тебя в башке, бро?!
– Ну давай, ударь меня! Давай! Ты прекрасно знаешь, что наши силы равны и победителя не будет, – Андрей стал приходить в ярость.
– Да пошёл ты! Руки об тебя марать.
Миша отошел на пару шагов. Андрей в свою очередь сел на край стола и, сцепив руки на груди, усмехнулся.
– Что мы с тобой, Миха, как два самца в брачный период из-за бабы подрались? Тебе кто важнее: друг, которого ты знаешь с рождения или эта… девка?
Вот этого вопроса Михаил и боялся именно потому, что не знал как на него ответить.
– Что молчишь, растерялся? А может тебе её самому трахнуть захотелось? Так бы и сказал, что она тебе тоже нравится, я бы понял.
Наконец Миша окончательно не выдержал и врезал, похоже, уже бывшему другу по лицу. Из его разбитой губы потекла кровь. Андрей зажал рану носовым платком, но на удар не ответил.
– Понимаю, я, может быть, заслужил, но ты и себя со счета не сбрасывай. Ты тоже виноват, – осклабился Андрей.
– Если бы я знал, что всё этим обернется, я бы в жизни тебе этот компромат не отдал.
– Ах да, о нём, я вчера флешку отформатировал. Мне эта низкоподшибная порнуха теперь без надобности. И чересчур совестливые друзья тоже. Так что тебе придётся выбрать: я или она, – Андрей улыбнулся во весь рот.
Миша с мрачным видом обогнул стол, взял из ящика чистый лист бумаги и кинул его на стол.
– Подписывай.
– Не понял? – искренне удивился Андрей.
– Пиши в углу «уволить без испытательного срока». Я сейчас заявление накатаю и отдам в отдел кадров. С сегодняшнего дня я у тебя не работаю.
Андрей с совершенно невозмутимым видом взял ручку и подписал.
– Ну и куда ты работать-то пойдёшь, снова в ментовку? Там же зарплата курам на смех, – злорадно сказал Андрей.
– А хоть бы и так. Я понимаю, что ты все подчистил и к тебе не подобраться. Да и мешать я тебе не собираюсь. Живи, радуйся. Только в мою жизнь лезть не смей, ни в мою, ни в Ксюшину. Она не игрушка для богатого зажравшегося придурка.