Попаданки

— Да, скучаю. Но вернуться не могу, — Зефирос поднял на Лив взгляд. Захотелось потрепать ее по голове, так преданно и доверчиво она на него сейчас смотрела. — Ты знаешь, что все твои эмоции написаны на твоем лице? Лопнешь ведь от любопытства.

— Не шути. Я пытаюсь уважать твои личные границы и не спрашивать о том, о чем ты не хочешь говорить. — Лив придвинулась чуть ближе. — Тем более я уже давно исчерпала лимит в один вопрос.

— Ну да, я прям вижу, как меня ни о чем не спрашивают. Только давят на мой авторитет красивыми глазами.

Поняв, что работает, Лив добавила легкое подрагивание губы.

— Тебе невозможно отказать, и ты нагло пользуешься этим, — прокашлялся Зефирос. — Сложно вернуться домой, когда все вокруг пророчили мне великое будущее в Белой Башне, а в итоге я стал отшельником с тремя заклинаниями, — признался он, выдыхая с облегчением. — Так еще и эту Башню уничтожил.

— Думаешь, тебя ждут домой с успехом? — нахмурилась Лив. Зефирос пожал плечами. — Но если подумать... Спасти Смерть и вернуть домой четырех потерявшихся иномирянок — очень даже достойная заявка на героизм. Если ты сделаешь это, тогда сможешь их навестить?

— Как у тебя все просто.

— Жизнь вообще простая штука, если поменьше думать и побольше делать.

— Спасибо, котенок. — Зефирос поднял ее руку к губам и целовал. — Я подумаю над этим.

— Ну вот, видишь? Опять думать. Ты слишком много думаешь, — а сама, чуть ли не заикаясь, выдернула руку и опять нырнула под одеяло. — Думать много — вредно.

— Твое жизненное кредо? — пришлось ему отшутиться, потому что Лив на глазах становилась меньше, сворачиваясь калачиком на боку.

— Ты вредный.

— Да-да-да, знаю-знаю, — и поправил край одеяла, чтобы оно не сползало с ее плеча. А затем вновь открыл книгу, пробежал глазами первую строчку.

Вторую.

Третью.

Вернулся к первой.

Через несколько минут он поймал себя на том, что уже раз в пятый перечитывает один и тот же абзац. Слова упрямо не желали складываться в смысл. Перед глазами стоял вовсе не текст эльфийского трактата, а родной дом, мать и отец. Такими, какими он их помнил — без следа времени.

Зефирос вздохнул и закрыл книгу. Лив уже спала, мирно сопя под одеялом. Колдун еще немного посмотрел на нее в полумраке, а затем задул свечу и осторожно лег рядом.

Посох ему игриво подмигнул и был послан куда подальше.