Грани

- Собери мне угольную пыль в горшок. Её в пристройке к кухне в углу для хранения угля много. Мелкие камни и острые осколки от глиняных черепков. Мне кажется или кто-то действительно ходит возле дома? Где-то возле очага я видела кусок природной соды и камень пористый, вулканического происхождения. Растолочь всё это нужно в ступе и между теми круглыми камнями перетереть, а времени совсем в обрез. Помогай мне как попрошу.

Примерно через минуты сорок мы уже смешивали крупные дробины, угольную пыль и растёртую соду с мелкой галькой и множественными осколками от разбитой глиняной кружки. Подтянулась заспанная Дара. Она следила как я начинкой приправила всё содержимое горшка имеющимся хорошим количеством настоящего пороха, укладывая «сюрприз» в большой глиняный горшок с трещиной на боку.

- Они говорят о чём-то, голоса приближаются вновь.

- Отлично. Магду будите, спрятаться нужно в самой дальней комнате. Снесите туда все сумки. Затаитесь! Если незнакомцы попытаются проникнуть в дом, горшок нужно будет на угли поставить. Торфу в очаг добавь все дрова и уголь. После спрячемся так, чтобы не задело взрывом. Он будет несильный, пропорции нарушены и серы в чистом виде нет, однако дым повалит, копоть полезет в глаза, горшок разорвёт и …

В принципе видно будет результат, пороху мы не пожалели, а угольная пыль задаст жару.

- Хорошо бы поутру скакунами их воспользоваться и вернуться верхом на набережную. А после как ни в чём не бывало въехать в столицу.

- Хороший план, мой друг. Очень хороший. Но нам бы ещё этого утра дождаться…

И вот оно. Еле слышный шорох, затем – отчетливые шаркающие шаги на камне крыльца. Они неторопливы, но очень уверены. Я чувствую лёгкую дрожь во всём теле, будто мысли мои уловили вибрацию приближающихся. Тени на стенах замерли, их причудливые узоры стали резче. Мы поняли – прибывшие наконец-то определились с домом, или они ждали кого. Не понять.

Затем – тихий, почти неслышный скрежет. Ключ. Осторожно, словно боясь разбудить спящих в этом доме беззащитных девушек и молодого неопытного юнца, они пытаются открыть дверь. Я слышала, как металл скользит по замочной скважине, как замок сопротивляется, но поддаётся. Но это было только начало. Что-то тонкое и острое проскользнуло в щель между стеной и дверью. Кинжал. Это точно он. Его холодный блеск, наверное, отражался в глазах тех, кто его держал. Они точно хотели проникнуть, обойти преграды, словно хищники, ищущие лазейку. Одиночный выстрел вряд ли бы остановил их.

Сколько их?

Сдвигают засов. Ещё. Ещё… Каждый шорох будто тонкий скрип натянутой струны. И вот, наконец, новый звук. Негромкий, но окончательный. Дверь больше не была закрыта. Она стояла приоткрытой, приглашая или, скорее, вынуждая войти тех, кто решил идти до конца. Тишина, которая последовала за этим, была ещё более зловещей, чем предыдущая.

Их сразу привлёк огонь на кухне! Он ярким пятном выделялся в темноте. Ещё бы! Жарким пламенем догорала сухая изгородь для угольного отсека.

Они совсем не ожидали подставы!

Как неразумно три высоких фигуры в плащах бесшумно ринулись к свету, ожидая застать врасплох тех, кто так доверился им сегодня. Они не заметили, как дверь на кухню закрылась за ними. Или заметили… Кто сейчас об этом знает? Снаружи на двери крючок вошёл в согнутый толстый гвоздь в стене. Осматривая помещение, мужчины вдруг шарахнулись от чёрного дыма, который повалил из очага. Буквально в два шага они достигли выход.

Но тщетно!

И вот раздался жуткий взрыв!

Видно с порохом я точно переборщила. Вернее, не я, а Степан, который удивительно запасливым оказался. Ух уж эта русская привычка: - брать всё, что плохо лежит.

Дом будто просел, содрогнулся. Однако центральная часть его пока держалась, а вот стена в которой был встроен очаг и крыша над кухней…

«- минус одна старая кухня» - так бы сказала девушка Кристина из будущего.

«- это якобиты наступают, мы здесь ни при чём»!

- Стонут лихоимцы.

- Ранены они, под завалами сейчас, но это не наша с тобой головная боль, Степан. Кони напуганы, успокоить их нужно, уходить будем.

Вбежав в дальнюю комнату при помощи Дары облачилась в мужской костюм и старую юбку.

- Вы готовы? Марш за мной! Магда, ты как?

Девушка только кивала.

- Леди, я в порядке.

- Отлично!

Мы всеми силами крепили наши сумки к сёдлам. В спешке усадили Магду и Дару на жеребцов, всучили им в руки то, что не смогли привязать. Схватив жеребцов под уздцы, со Степаном, ринулись по дороге в сторону города. Как же мне нужен был этот бег! Наверное, только через него я осознала себя живой.

Поняла, что я не старуха! Осознала, что только я имею право распоряжаться своей жизнью, но никак не та тётка, напудренная с короною на голове.

Пришла в себя только в незнакомых кустах у ручья. Склонившись, дыша часто над водой, смотрела на отражение безумными глазами. Ивы вокруг. Как же их много. Ветви с листвой касаются воды. Красиво. Ручей не ручей, скорее речушка, изгибаясь, несёт свои воды в Темзу.

- Обмыться вам нужно, ваша милость, руки в порядок привести, причесаться. Дыхание остановить и переодеться. Виданное ли дело барыня бегом, а крепостные верхом, что матушка игуменья сказала бы – тётка ваша. Сгноит она меня, если узнает!

- Ш-ш, Степан. Зол ты сегодня. А зря. Прозрела я! Иначе нужно всё выкроить у судьбы. Совсем иначе. Все сумки на месте?

- Все… Я проконтролировал.

- Степан, не стоит нам опять на набережной показывать свои лица. Солнце всходит, люди они примечают всё. Нам кажется их много вокруг, и мы все для них одинаковы. Да только жители местные, они запоминают новые лица. Сейчас мы верхом к таверне отправимся. Ты показывал её на чертеже.

- Так себе таверна, издалека видна была вывеска.

- Ничего, какая есть. Что скажешь про жеребцов чужих, есть ли отметины, по которым можно узнать их или снаряжение какое особенное?

- Одному чёлку коротко я остриг ножом, что из дома прихватил. Хвост короче сделал, пока вы в воду глазели, ничего вокруг не замечая. У другого и вовсе срезал боковины на седле.

- Вот и ладно. В путь.

*****

Именно возле таверны, делая вид, что издалека прибыли, мы продали за умеренную цену чужих, как своих жеребцов, сбрую и сёдла к ним. Степан глубокомысленным видом и гордо поднятым подбородком, смутил буквально всех в округе. Дара уперев руки в бока отслеживала сделку, я же совсем держалась в тени, закутавшись в плащ, ожидая, когда хозяйка таверны отведёт нас в комнаты.