Страница 40 из 74
Глава 16
Впечатлило сразу то, что мы не встретились со своими оппонентами в одном коридоре, не ждали вместе с ними под дверью адвоката приёма от него. Не ловили на себе их уничижающие взоры. Встречающий нас служащий конторы вежливо направил к отдельному входу вверенных ему людей.
Полный уважения к нашим особам, он осторожно сказал, что мистер Флемминг сейчас готовится к процессу.
- Мы ожидаем приезда судьи по делам о завещаниях, разводах и по адмиралтейским делам, миледи.
Внутри у меня взволнованно забился колокольчик тревоги. Как вы себе всё это представляете, уважаемый читатель? Уж точно не так, как это происходило на самом деле! Мы чувствовали недосказанность. Чисто английскую холодность и ещё нечто вопиющее. Предчувствие. Интуиция. Они кричали об опасности.
- Мистер адвокат не всё рассказал нам, как я поняла. Мне кажется, мы сейчас станем участниками скандального дела, которое не удастся утаить, как шило в мешке. Пресса, точно пройдётся по нашим именам! Уж лучше бы они дела на фронте освещали так подробно. Разве следствие будет не закрытым?
Аида шептала о том, что мой разум и так осознавал, не желая толком понимать до конца.
- Дело это непростое, оно касается слишком многих, увы. Однако для вас, миледи, ваша часть открыта полностью. Вам не о чем переживать, мы провели экспертизу и удостоверились, что документ, удостоверенный более ста лет назад царицей Екатериной II - он подлинный. Ваши имена не будут фигурировать для прессы, так решил судья.
Больше замершая возле нас фигура чиновника в тёмных одеяниях ничего не произнесла. Маргарет, сжав пальчиками фигурку вздорной Юри’ сидела, замерев, смотря будто в одну точку.
А через минуты ожидания вдруг послышались голоса. Они приближались, скользили, натыкаясь на преграды из толстых стен, бежали, опережая друг друга по длинному коридору в нашем направлении. Голоса и шаги становились всё громче, наполняя пространство тревогой.
И вот открылись двери, запустив в комнату очень пожилого мужчину с тростью. Она была у него вовсе не для красоты — мистер еле передвигался, опираясь на неё всем своим тщедушным тельцем. Он двигался медленно. Какая-то непонятная злая уверенность руководила разумом этого старца. Уверенность в том, что он всегда, конечно же, прав!
Не было слов приветствия для нас.
Вошедшие сразу смолкли, так, будто невидимый дирижёр, взмахнув палочкой, приказал им это сделать. Сразу было видно - именно в этот момент вошедшие надели маски, показывающие, что в данном случае данные господа правят миром. Точнее будет сказать, такие люди, как они. Дама в дорогом, серого цвета одеянии грациозно опустилась на самый краешек кресла. Её шляпка была очень уместна во всей этой истории. Небольшая и не маленькая, как в принципе всё вокруг.
Поддерживаемый статным молодым человеком лет двадцати пяти глава семьи – а это был именно он, уселся, разведя широко худые колени. Он всё ещё держал трость в руках. Восседал лорд Коуэлл очень важно в кресле по другую сторону длинного стола, стоящего во главе всего будущего собрания.
Чистой воды ворон! Он смотрел на маленькую девочку, сидящую примерно в таком же кресле, напротив. Их разделяло пространство всего этого совсем не маленького, но и небольшого зала. Однако он именно её сразу «увидел». Вернее, будет сказать: - почувствовал.
Так, уже было когда-то. Но он был молод тогда и очень глуп и всё же смог сделать хорошую партию, влюбив в себя чрезмерно восторженную юную особу Анну Коуэлл. Не виконтессу, конечно, но весьма состоятельную особу – сироту, с хорошим годовым доходом, воспитанную бабушкой. Не брезгуя, он взял имя её рода, позабыв навсегда о своём, кабацком. В составе которого были по большей части моряки и переселенцы с колоний.
Уничижительная улыбка мимолётных воспоминаний возникла и сразу уважительно, совсем по привычке исчезла, ведь только что мистер «ворон» услышал титулы важных дам, сидящих, напротив.
Подсознательно, опять же по привычке он угодливо хотел им понравиться.
Вошедшие через неприметную дверцу адвокаты обоих сторон и судья, были вначале немногословны. Адвокаты хранили тайны своих клиентов, продумывая стратегию досудебных высказываний и защиту. Они как игроки в покер, оставляли самые веские доказательства правоты своих подзащитных напоследок. Берегли козыри.
А после я внимательно вслушивалась в слова адвоката людей, которые спешно приехали из Лондона опровергать завещание обманутой ими женщины.
С каждым сказанным словом любого из оппонента я с ужасом понимала, что старик с тростью и вальяжная дама, сохранившая стать молодой девушки, прибыли, дабы свидетельствовать о том, что супруга одного и свекровь другой была в полной мере безумна.
Безумна!
Много лет: - именно этот факт скрывала «заботливая и любящая семья» за высокими стенами имения с башнями. Именно его.
Только в таком вот случае завещание не могло вступить в свою законную силу, как оно уже сделало это. Вот только сыновья отсутствовали на этом слушанье…
Это отсутствие давало незримую поддержку, и моя ладонь нашла ледяные пальчики Мэг.
Мне кажется, она не жила в эти мгновения. Её разум в буквальном смысле слова жил отдельно от в конец заледеневшего тела. А я слышала и распознавала обман в каждом сказанном слове Коуэллов.
Почему становится так холодно внутри? Почему несколько полицейских замерло возле многочисленных дверей в эту странную комнату? Что происходит на самом деле? Почему молчит наш адвокат?!
Ему, что совсем нечего сказать?!
Судья. Он вовсе не такой, каким я всегда представляла судей! Худенький и невысокий. Желчный! С острым носом и высоким лбом. Его слова жгут присутствующих раскалённым железом. Взгляд высверливает сознание. Будто следователь перед вами, а не судья. Следователь, который расследует особо тяжкие преступления, не имеющие срока давности.
Его голос совсем не хриплый! Мне кажется, что тот кому принадлежит этот голос, давно уже ждал этого момента.
- Знакомясь с обстоятельством этого дела, с того самого момента, как леди Элинор и мисс Маргарет Дилей вступили в права наследования, я ожидал вашего обращения, мистер Коуэлл. Ожидал и не знал, как поступить.