Страница 34 из 61
Она сидела на траве, чувствуя, как щиплет содранные колени. Вокруг был лес. Непроглядный, темный, с высокими деревьями, сквозь которые пробивался тусклый свет. Где-то между стволами промелькнула тень. Присмотревшись, Кана увидела испуганный дух, который тут же исчез.
Кана кое-как поднялась на ноги и осмотрелась. Чуть впереди, среди вековых деревьев, стояла небольшая покосившаяся избушка с обветшалой крышей. Из кривой трубы валил густой дым. Кана осторожно приблизилась к порогу, протянула руку и толкнула тяжелую дубовую дверь.
В центре комнаты, на полу, сидел Юто. Парень был смертельно бледен, его лицо исказилось от невыносимой муки, а на оголенном боку уродливо чернела глубокая рана, от которой во все стороны паутиной расползались плотные темные линии.
Прямо на нем, бесцеремонно устроившись сверху, сидела уродливая старая бабка. Сгорбленная, с длинными, до самого пола седыми волосами и сухим, морщинистым лицом. Ее глаза были закрыты, и она что-то шептала, вытянув руки над Юто. Из ладоней исходил золотистый свет, который коконом окутывал все тело здоровяка.
Бабка резко открыла глаза.
— Ты кто такая?! — голос был скрипучим, и Кана почувствовала, как воздух вокруг сгущается.
Ее с силой отбросило назад, прямо к бревенчатой стене. Кана ощутимо приложилась спиной, кубарем упала на стоявшую в углу узкую лавку и замерла в ледяной панике, боясь даже пошевелиться.
— Ты догадалась, как пользоваться амулетом, — раздался совсем рядом голос Хару. — Молодец, я знал, что у тебя получится.
Кана выдохнула, и паника начала отступать.
— Я не могла не прийти, — сказала она, почти шепотом. — Ты не отвечал. Я думала, что случилось что-то ужасное.
— Прости, — Хару виновато качнул головой. — В Токоё сотовая связь не ловит в принципе. И я никак не мог оставить Юто одного в таком состоянии.
Старуха тем временем продолжала шептать заклинание. Кана, затаив дыхание, наблюдала, как плотный золотистый свет коконом окутывает раненого, и уродливые черные линии миллиметр за миллиметром отступают назад.
— Он… он будет жить? — спросила она, переводя взгляд на Хару.
— Обязательно будет, — уверенно отозвался тот. — Аямэ невероятно сильная ведьма. Она точно знает, как бороться со скверной.
Словно в подтверждение его слов, Юто слабо застонал и наконец-то приоткрыл глаза. Он все еще выглядел изможденным и мертвенно-бледным, но взгляд стал осознанным.
— Привет, — сказал он хрипло, увидев Кану. — Ты-то как здесь очутилась, неугомонная?
— Я вас потеряла, — Кана смущенно опустила голову, чувствуя, как к щекам приливает краска.
— Вот именно, неугомонная девчонка! — сварливо проворчала старуха, зыркая на Кану белесыми глазами. — Ввалилась без спросу, чуть всю работу мне не испортила!
Она ловко соскочила с груди Юто. Кана заметила, что в своих скрюченных руках ведьма сжимала мутную стеклянную банку. Внутри, яростно бросаясь на прозрачные стенки, билась зловещая черная тень.
— Забирайте! — рявкнула ведьма, протягивая банку Хару. — Еще этой гадости мне не хватало в доме. И помни про уговор, ты обещал.
— Я помню, — спокойно ответил Хару, забирая сосуд из скрюченных пальцев старухи. — Как только закончим наши дела, я вернусь.
Кана вообще ничего не понимала, но чувствовала, что происходит что-то важное. Что-то, что в дальнейшем повлияет на их судьбы. Она еще раз с замиранием сердца посмотрела на Юто, рядом с которым уже сидела Хина и нежно гладила его по волосам, что-то ласково приговаривая. А потом бросила взгляд на старуху и замерла…
Над ней не было нити. Точно так же, как и у Хару.