Последний лепесток сакуры

Глава 11. Тихое ущелье

Рядом кто-то охнул. Кана обернулась и увидела Хину, которая сидела на земле, придерживая правую ногу. Ее лицо было бледным и искаженным от боли. Она закусила губу, пытаясь сдержать стон, и обхватила руками лодыжку.

— Черт, — выдохнула Хина сквозь зубы. — Я подвернула ногу при переходе. Кажется, сильно.

Юто подскочил к ней в то же мгновение и тяжело опустился на колени рядом.

— Дай посмотреть, — потребовал он, протягивая к ней широкие ладони, но Хина упрямо отмахнулась.

— Все нормально, я сама, — ответила она дрожащим голосом.

— Хина, ты не можешь идти с такой ногой, — сказал Хару, подходя ближе. — Здесь опасно. Мы даже не знаем, что нас ждет впереди.

— Я справлюсь, — упрямо сказала она, пытаясь подняться, но нога подкосилась, и она снова опустилась на землю, зашипев от резкой боли.

Юто не стал больше слушать возражения. Он с легкостью подхватил ее на руки, проигнорировав отчаянные протесты и попытки упереться ладонями ему в грудь. В конечном итоге раскрасневшаяся Хина сдалась и прижалась щекой к плечу великана.

— Ого, — усмехнулся Кэнго, убирая меч и вальяжно скрестив руки на груди. — Я чувствую себя лишним. Может, мне тоже упасть, чтобы меня понесли? Признаться, я не против, если ты решишь меня прихватить, Юто.

— Держи себя в руках, герой, — парировала Хина с легкой усмешкой.

— А я, между прочим, совсем не против романтики, — подмигнул Юто, перехватывая ее поудобнее.

Кана попыталась улыбнуться, но внутри у нее все сжималось от глухой тревоги. Она смотрела на Хину, которая теперь вынуждена была полностью положиться на Юто, и понимала, насколько уязвима их группа. Прошлая битва и так вымотала всех до предела, а теперь, в самом начале пути, они уже столкнулись с неприятностями.

Они пошли вперед, стараясь держаться ближе друг к другу. Впереди ущелье сужалось, и дорогу заволакивал плотный, белесый туман. Кана не выдержала и натянула воротник футболки до самого носа. Дышать этой гнилью было невыносимо, хотя парни, казалось, умудрялись игнорировать удушливую вонь.

— Мы идем туда, — сказал Хару, указывая вперед. — Старайтесь больше не калечиться и двигайтесь осторожно.

Вскоре сквозь туман начали проступать блеклые, полупрозрачные силуэты. Одни тени неподвижно лежали прямо на сырых камнях, раскинув руки, другие едва заметно шевелились и тянули к ним трясущиеся ладони.

— Не обращай внимания, — сказал Хару. — Это демон навел на них наваждение. Он внушил, что они смертельно больны, и заставил каждого переживать свой собственный кошмар.

Проходить мимо становилось все тяжелее. Кана видела искаженные мукой лица с темными, пустыми глазницами. К горлу подступал липкий, холодный страх. Она заставила себя поднять взгляд на спину идущего впереди Хару, лишь бы не смотреть на весь этот ужас.

В конечном итоге ущелье наконец вывело их к мрачным, полуразрушенным строениям. Судя по архитектуре, когда-то это здание было обычной больницей. Сейчас же ее стены покрывали глубокие трещины и налет серой плесени, а выбитые окна зияли чернотой. Местами еще белели пластиковые таблички, но надписи на них давно заросли грибком. Только над самым входом, накренившись, чудом удержалась одна вывеска. Кана присмотрелась и едва смогла разобрать слова: «Лечебница Тихого ущелья».

У самого входа толпились сотни духов. Это было жуткое, хаотичное месиво. Некоторые пытались ползти к порогу клиники, но падали на полусогнутых ногах и не могли подняться.

— Они не видят нас, — сказал Хару, заметив ужас в глазах Каны. — Бродят здесь и ищут помощи, но не знают, как ее попросить.

Кана чувствовала, как внутри все сжимается. Она хотела помочь им, протянуть руку, но понимала, что сейчас это невозможно.

Хару достал из кармана несколько пучков листьев и раздал каждому по одному. Они были темно-зелеными, с серебристыми прожилками, и резко пахли перечной мятой.

— Это шикикуса, — пояснил он, держа пучок в ладони. — Растение даст иммунитет от любой болезни, которую можно подхватить в этом месте. Жуйте, и будете под защитой ровно час.

Кана взяла свой листок и засунула в рот. Вкус оказался отвратительным. Горький, с едким мятным привкусом, который тут же обжег язык. Редкая гадость, но подхватить какую-нибудь потустороннюю заразу хотелось еще меньше.

— И все-таки, что это за место? — спросила она, стараясь не морщиться и с трудом сглатывая горькую слюну.

— Бывшая лечебница, — отозвался Хару, хмуро разглядывая фасад. — Здесь в Токоё отражаются все человеческие болезни. Демон поселился здесь много лет назад, питается этой энергией и делает ее сильнее. Если мы его не остановим, он создаст пандемию, которая перекинется на мир людей. И тогда всем не поздоровится.

— Ты же сам сказал, что у нас всего час, — проворчал Кэнго, уже взявшись за ручку массивной входной двери. — Давайте не будем тратить время на лекции. Потом ей все объяснишь.

Они вошли внутрь, и Кана почувствовала, как воздух стал тяжелым и спертым. Стены просторного холла были покрыты черной плесенью, которая словно дышала. Повсюду валялись обломки мебели и разбитые стекла, где-то капала вода, отдаваясь глухим эхом по пустым коридорам.

— Держитесь вместе, — тихо скомандовал Хару. — И не отходите друг от друга. Здесь легко потеряться.

Они осторожно двинулись по центральному коридору. Кана присмотрелась и похолодела. Вдоль плинтусов и по стенам тянулись длинные бурые стебли, похожие на корни огромных деревьев. Они медленно шевелились, изгибаясь, словно слепые черви, и тянулись в сторону путников.

Внезапно один из таких отростков резко вытянулся и мертвой хваткой обвил запястье Кэнго. Парень рванулся, но корень держал крепко, сжимая руку не хуже стальных тисков. Кэнго создал из света кинжал и отсек корень. Тот упал на пол и забился, извиваясь и противно пища.

— Это еще что за чертовщина? — выдохнул Кэнго, брезгливо отпихивая ботинком дергающуюся пакость подальше.

Прямо на глазах отсеченный корень тут же вырос заново. Только на этот раз он стал раза в три толще, длиннее, а его бурая кожица покрылась острыми шипами, которые хищно поблескивали в тусклом свете коридора.

— Они регенерируют! — крикнула Кана, шарахаясь назад и едва не наступая на выползающий из-под плинтуса отросток.

Юто среагировал мгновенно. Он осторожно опустил Хину на пол, придерживая за плечи, чтобы она не наступила на подвёрнутую ногу, и бросился к другу.