Самый длинный год

И это чувство не проходило.

Сразу после свадьбы Светлана Сергеевна и Сан Саныч укатили в Европу. Она давно мечтала посмотреть старые города, музеи, попробовать настоящую итальянскую пасту. Полковник баловал любимую женщину — взял билеты бизнес-класса, забронировал лучшие отели. Звонили часто, рассказывали о поездках, присылали фотографии. Светлана Сергеевна светилась на каждом снимке.

— Мама счастлива, — сказал однажды Влад, рассматривая очередное фото. — Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что приняла её. И помогла ей найти любовь.

— Это не я, — улыбнулась я. — Это Сан Саныч.

— Ну и ты тоже. Теперь все самое лучшее у меня связано с тобой.

Зима пришла неожиданно — в ноябре выпал снег, пушистый, белый, закрыл сад, крыши домов, дорожки. Я стояла у окна и смотрела, как кружатся снежинки. Кот пришёл, запрыгнул на подоконник, сел рядом.

— Холодно, — сказала я ему.

Он мявкнул.

Влад обнял меня сзади, положил руки на живот.

— Как ты?

— Хорошо, — ответила я. — И она тоже.

Мы ждали дочь. Я была на пятом месяце, живот уже округлился, я чувствовала шевеления — лёгкие, едва заметные, но такие родные. Влад баловал меня — носил сумки, готовил завтраки, массировал ноги по вечерам. Он летал на крыльях, всё время улыбался, говорил с животом, пел колыбельные — смешно, фальшиво, но так трогательно.

— Она тебя слышит, — смеялась я.

— Пусть привыкает, — отвечал он.

Кот снова спал у меня под боком. Он чувствовал, что я нуждаюсь в тепле, и не отходил. Крот обзавёлся собственной лежанкой возле двери спальни — мы временно забрали его к себе, пока Сан Саныч путешествовал. Пёс был счастлив, но иногда подходил к окну, смотрел на улицу и вздыхал — скучал по хозяину.

Учёбу я не бросила. Даже в декрете. Ездила на сессии, сдавала экзамены, писала курсовые. Влад возил меня сам или нанимал такси, чтобы не мёрзла на остановках. Преподаватели относились с пониманием — беременность, скоро роды, но я не просила поблажек. Хотела всё сдать сама.

Работать стало тяжело. С восьмого месяца я собиралась в декрет — официально, по всем правилам. Но помощи требовалось много. Дом большой, хозяйство, учёба, скоро малышка. Влад предложил нанять домработницу, но я вспомнила про маму Эммы.

— Она согласится, — сказала я. — И ей будет хорошо, и нам.

Мама Эммы — маленькая, шустрая, неугомонная — приехала через два дня. Оглядела дом, покачала головой.

— Ох, работы много. Но я справлюсь.

Она готовила, убирала, стирала, гладила. Кормила нас обедами, пекла пироги. Кот полюбил её — она всегда давала ему кусочек повкуснее. Крот вилял хвостом — она чесала его за ухом.

— Вы нас балуете, — сказал Влад.

— А что мне ещё делать? — ответила она. — Эмма взрослая, Андрей у неё хороший. Я там только мешаю. А тут — польза и радость.

Эмма строила свою жизнь. С Андреем они съехались — он переехал к ней, места стало меньше, но любви больше. Мама не мешала, — с её отъездом у молодых появилось личное пространство.

— Мы с моим Андрюшей теперь как новобрачные, — смеялась Эмма в трубку. — Ходим в пижамах по квартире, шоколад едим на завтрак. Ты только маме не говори.

— Не скажу, — обещала я.

Старшее поколение путешествовало. Светлана Сергеевна и Сан Саныч звонили из каждого города — из Праги, Вены, Парижа. Рассказывали о соборах, музеях, о том, как вкусно кормят в маленьких уютных ресторанчиках. Под Новый год они сообщили — весной их свадьба.

— Поздравляем! — крикнула я в телефон.

— Спасибо, дочка, — ответила Светлана Сергеевна, и я почувствовала, что это слово — не пустой звук.

Иногда я думала: как столько событий и перемен уместилось в один лишь год? Авария, потеря, больница, смерть, унижения, работа до изнеможения, развод, слёзы. А потом — дача, весна, соседи, друзья, учёба. Влад. Любовь. Свадьба. Суд.Ребёнок. Новая семья.

Год, который перевернул всё. Год, который изменил меня. Год, который я не хотела бы забыть — потому что он сделал меня сильнее. И не хотела бы повторить — потому что хватило.

Я сидела у окна, смотрела на снег, гладила живот. Кот спал рядом. Крот гремел миской на кухне — мама Эммы кормила его ужином. Влад был на работе, но обещал приехать рано — мы планировали смотреть кино и есть мороженое.

Жизнь текла. Тихая, спокойная, счастливая.