Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 82

Глава 35. Клетка и кровь

Территория кровавых кумихо встретила нас тишиной.

Не той тишиной, что бывает в лесу или в парке. Мёртвой. Давящей. Воздух здесь был плотным, тяжёлым, пахло кровью и старой магией. Деревья стояли голыми, будто сгоревшие. Даже ветер не шумел — только редкие порывы, от которых по спине бежали мурашки.

Здесь не пели птицы. Здесь не жили обычные звери.

Они тут просто не выживали.

Вдали, между голыми стволов, угадывались очертания построек. Они напоминали дома кицуне — деревянные, с покатыми крышами, резные наличники. Кумихо тоже любили комфорт и красоту. Но в их домах было что-то другое. Тёмное. Чужое.

Древесина казалась старой, почерневшей от времени или магии. Стены не светились теплом, как в клане Чхонхо. Окна были узкими, забранными решётками. Вместо живых фонарей с тёплым огнём — алые светильники, пульсирующие в такт чему-то, что не хотелось знать.

Поселение выглядело как тень клана кицуне. Те же формы, та же архитектура, но вывернутая наизнанку. Здесь не ждали гостей. Здесь не было уюта. Только выжженная земля и холодный свет.

В центре — что-то вроде площади с вытоптанной землёй. Место, где собирались, отдавали приказы, судили. Место, от которого веяло опасностью.

Мы обходили дома стороной, держась теней. Чанхо сжимал мою руку.

— Не смотри по сторонам, — прошептал он.

— Не смотрю, — соврала я.

Нужное нам здание — серое, низкое, с провалившейся крышей, обнаружилось за поворотом.

Ён замерла у стены, прислушиваясь. Кивнула — чисто.

— Мы отвлекаем охрану, — сказала она. — Сора, Чанхо — вы ищете малыша. Как только найдёте — уходите. Не ждите нас.

— Ён... — начал Чанхо.

— Не спорь, — перебила она. — Времени нет.

Она ушла с молодыми кицуне — бесшумно, как тени.

Мы остались вдвоём.

Чанхо взял меня за руку.

— Держись рядом, — сказал он.

— Всегда.

Мы вошли внутрь.

Воздух был спрелым — пахло сыростью, ржавчиной и ещё чем-то. Чем-то, от чего сжималось сердце.

Страх.

Маленький. Детский. Забитый в угол.

Я включила фонарик — маленький, слабый, но достаточный, чтобы видеть на пару шагов вперёд.

Клетки.

Ржавые, с толстыми прутьями. В некоторых — тени. Маленькие, съёжившиеся.

— Чанхо, — прошептала я.

Он уже видел.

Он стоял у одной из клеток, сжимая прутья так, что костяшки побелели.

— Мину? — позвал он тихо.

Тень пошевелилась.

— Дядя Чанхо? — голос. Тонкий, дрожащий.

Тот самый мальчик. Который встретил меня в парке. Который взял меня за руку и привёл к алой арке.

— Я здесь, — сказал Чанхо. — Мы здесь. - его голос звенел от злости на кумихо.

Он поднёс руку к замку.

Воздух вокруг него изменился.

Стал плотнее. Жарче.

Я увидела, как из его пальцев вырвались когти — чёрные, острые, с золотистым отливом.

Он дёрнул рукой.

Металл заскрипел, потом — треск. Замок разлетелся на куски.

Чанхо открыл клетку. Шагнул внутрь.

Мальчик — Мину — бросился ему в ноги. Плакал. Трясся.

— Тише, тише, — Чанхо поднял его на руки. — Всё будет хорошо. Мы выведем тебя.

Я оглянулась на другие клетки.

В каждой — тени. Маленькие, съёжившиеся.

— Чанхо, — позвала я. — Их несколько.

Он подошёл к следующей клетке. Когти сверкнули. Замок слетел. И так с каждой клеткой в помещении.

— Дети, — сказала я тихо. — Идите к нам. Не бойтесь.

Они выходили — испуганные, молчаливые. Некоторые держались за руки. Один мальчик, самый маленький, смотрел на нас пустыми глазами и не двигался. Пришлось взять его на руки.

Тут были не только лисята. Чертовы ублюдки-кумихо!

Чанхо собрал остальных — пятеро. Шестеро. Семь.

— Все? — спросил он.

— Кажется, да, — сказала я.

— Уходим.

Мы вышли из здания.

Детей было много. Они жались друг к другу, дрожали. Чанхо шёл впереди, я — замыкающей.

Темнота. Тишина.

А потом — шаги.

— Стоять, — раздался голос. Холодный. Спокойный.

Из темноты вышли двое.

Мужчина и женщина. В чёрных плащах. На лицах — алые метки. Те самые.

Кровавые кумихо.

Чанхо поставил Мину на землю. Заслонил собой.

— Уходите, — сказал он.

— Чанхо...

— Уходи, Сора. Это не тебе.

— Я не брошу тебя.

Он посмотрел на меня. В его глазах — боль. И решимость.

— Ты не бросишь. Но ты выведешь детей, — кивнул на Мину. — А я задержу их.

— Один? Чанхо, это плохая идея. — я прикусила губу. Мозг лихорадочно просчитывал варианты, но все сводилось к одному - это был провал.

— У меня есть твои щиты, — сказал он. — Когти, клыки. Я не один. Но ты должна увести детей.

Сердце сжималось, к горлу подступил ком. Но Мину сжал мою руку — холодными, дрожащими пальцами.

— Пожалуйста, — прошептал он. — Я боюсь.

Чёрт! Я посмотрела на Чанхо.

— Ты вернёшься живым, — сказала я, чувствуя, как дрожит голос.

Это был не вопрос. Приказ.

Он усмехнулся — той самой улыбкой, краем губ.

— Постараюсь.

Я оглянулась на детей. Семь пар испуганных глаз. Лисята. Маленькие, дрожащие.

— Держитесь за руки, — сказала я. — Быстро. И не оглядывайтесь.

Они послушались. Мальчишка с пустыми глазами на руках, остальные на своих двоих.

— Бежим, — сказала я.

И побежала.

Сзади зазвенел металл — Чанхо достал короткий клинок, который носил под пальто. Когти всё ещё блестели в темноте.

— Именем клана Чхонхо, — услышала я его голос. — Вы нарушили договор. Я имею право вас остановить.

— Ты не имеешь права даже стоять здесь, предатель, — ответил голос — тот, холодный.

Я не оборачивалась. Бежала.

Дети бежали за мной. Мину плакал, но тихо.

А потом — крик.

Не его.

Я не знала, чей.

Впереди забрезжил алый отсвет. Где-то там арка!

— Сора! — Ён выбежала навстречу. — Где Чанхо?

— Там, — я перевела дыхание. — Двое. Он задержал их.

— А дети?

— Все здесь, — я кивнула на цепочку малышей. — Семеро.

Ён быстро окинула их взглядом.

— Соль, — сказала она парню, который был с ней. — Останешься с Чанхо. Прикроешь.

Он кивнул. Лицо спокойное, собранное. Война здесь не первый год.

— Возвращайтесь живыми, — сказала я.

— Постараемся, — ответил Соль и исчез в темноте.

Ён повернулась к девушке:

— Ты со мной. Ведём детей.

Мы двинулись. Быстро, без паники. Я замыкала цепочку, чтобы никто не отстал. Дети держались за руки, Ён шла впереди, девушка — посередине.