Страница 20 из 82
Глава 12. Свет внутри
Первый день.
Я разобрала зонт. Аккуратно, по винтику. Ткань — отдельно, спицы— отдельно, ручка — отдельно.
На столе выросла гора деталей.
Я смотрела на них и не знала, с чего начать.
Схема. Нужна схема. Я взяла карандаш. Провела линию. Потом другую. Потом третью.
Не то.
Стерла.
Начала заново...
К вечеру на столе лежала кучка смятых листов.
— Ничего, — сказала я себе. — Первый день.
Второй день.
Я попробовала другой подход.
Обложилась книгами, просто утонула в магических символах и последовательностях.
Подобрала нужные функции, рассчитала формулы.
На этом силы закончились, и я бухнулась спать.
Третий день.
Я не выходила из дома. Не ходила в парк. Не смотрела на чайную.
Только стол. Только бумага. Только карандаш.
Детали зонта лежали, ожидая своего часа.
— Ради вас стараюсь, — сказала я им.
Быстрый перекус курочкой из доставки и снова за дело.
Четвёртый день.
Я встала в пять утра. Села за стол. И вдруг — поняла.
Я опять начала усложнять. Как говорил учитель - начни с простой схемы, расширяя и углубляя ее. Я же опять взялась за все схемы сразу, как какой-то новичок.
Логично, что ничего и не получилось.
Заново. Новый лист.
Я начала чертить.
И линии ложились одна за другой.
Пятый день.
Схемы готовы. Работа не скажу, что идеальная, но однозначно неплохая.
Главное — другое. Карандаш снова слушался. Я счастливо зажмурилась.
Мои руки снова могли создавать!
Я взяла металлические спицы. Осмотрела каждую, выдохнула. Теперь перенести чертежи на каждую из них.
Пальцы дрожали. Но я сжала стилет и начала работу.
Первый контур. Вязь символов — ровных, четких. В самом конце рука дрогнула. Спица накалилась, обжигая пальцы. Я выпустила её из рук, вскрикнув от боли.
Ладно, не страшно.
По новой.
Вторая не задалась с самого начала. После первой неудачи руки слушались плохо.
Я сделала перерыв, успокаивая себя.
— Все получится.
В третий раз всё получилось идеально.
Шестой день.
Я вышла из дома — купить материалы. Прошла мимо парка. Мимо чайной.
Не зашла.
Не время.
Седьмой день.
Я врезала последний контур в ручку зонта.
Взяла ткань. Синюю — такую же, какой она была. Но — новую.
Натянула на рёбра.
Зонт стоял на столе. Сложенный. Молчаливый.
Я боялась его раскрыть.
— Завтра, — сказала я.
Восьмой день.
Я раскрыла зонт.
Ткань натянулась. Спицы не торчали. Крепления были идеальны.
Ничего не взорвалось. Не расплавилось.
Я провела пальцем по ткани. Она была гладкой. Тёплой — от магии, которая текла внутри.
— Работает? — спросила я вслух.
В квартире была тишина, ответить некому.
Но я чувствовала — да.
Девятый день.
Я тестировала зонт. Открывала, закрывала, открывала, закрывала.
Магия не сбоила.
Я подставила его под струю воды в ванной. Вода скатывалась с ткани, не оставляя следов. Ткань была сухой.
Я смотрела на него и улыбалась.
Впервые за долгое время чувствуя радость от проделанной работы.
Десятый день.
Я проснулась, уже не ощущая потребность бежать. Внутри был океан спокойствия.
Артефакт лежал на столе, где я вчера его и оставила. Сложенный. Синий.
Я взяла его в руки.
— Ты красивый, — сказала я.
Зонт не ответил. Но мне показалось — он чуть теплее, чем должен быть.
Он получился. После нескольких месяцев провалов, которые преследовали один за другим. У меня получилось.
Не шедевр. Не артефакт, который войдёт в историю.
Но мой.
Сделанный моими руками. После взрыва. После провала.
Я заплакала.
Не от грусти. От того, что внутри, в той самой пустоте, где жила тьма, теперь было что-то другое.
Свет.
Маленький. Трепетный. Но — свет.
Я поставила его у стены.
Рядом с нефритовым амулетом. Рядом с местом, где он стоял раньше — сломанный, жалкий, никому не нужный.
Теперь он был другим.
Как и я.
Я посмотрела на часы.
Восемь вечера.
Обычно я ходила в чайную утром. Сидела у окна, пила ююча, смотрела на сакуру.
Сейчас — не утро.
Сегодня я хотела увидеть его. Не завтра. Не через день. Сейчас.
Я посмотрела на зонт, хотелось взять его, показать, сказать: «Смотри, я сделала это. Я снова могу».
Но не взяла.
Потому что дело было не в зонте.
Дело было во мне.
Я надела жакет. Выходя, посмотрела в зеркало.
Синяки под глазами почти прошли. Кожа не такая бледная. Волосы забраны в простой пучок - чтобы не мешали в работе.
Но главное было не в лице.
Внутри горел свет.
Маленький. Трепетный.
Я не знала, видит ли его кто-то снаружи. Но я - чувствовала.
— Не на свидание идешь, Сора. — сказала я себе.
Улыбнулась.
И вышла.
Я шла по аллее. Мимо скамеек. Мимо фонтана. Мимо редких людей, которые шли по своим делам.
Вот она. Чайная «Сакура».
В окнах горел свет. Тёплый, жёлтый.
Колокольчик над дверью звякнул — тонко, как лепесток.
Я вошла.
Чанхо стоял за стойкой. В руках — чашка. На фартуке — пятно от чая.
Он поднял голову.
Посмотрел на меня.
И я увидела, как его глаза чуть расширились.
— Добрый вечер, — сказал он. Мне показалось, что его голос звучал чуть хрипловато.
— Добрый, — сказала я.
Я подошла к стойке. Чанхо неотрывно смотрел на меня, можно сказать, впервые так долго фокусируясь именно на мне.
Я остановилась перед ним, встречая его взгляд. Сердце билось чаще.
— Я хочу ююча, — сказала я. — С мёдом.
Он кивнул, отвел взгляд, будто смутившись. Его пальцы сжали барную стойку чуть сильнее. Или мне показалось?
— Садитесь. Я принесу. - тот же ровный тон, чарующий своей глубиной голос.
Прошла к своему любимому месту. Зелень сакуры за окном, клумба с сезонными цветами.
Я почувствовала умиротворение. Да. Я правда хотела сюда прийти.
Чанхо принёс чай.
Поставил передо мной.
Его пальцы не коснулись моих на этот раз. Но я чувствовала его взгляд.
Он снова смотрел на меня.
— У вас... — он запнулся. — Вы выглядите иначе.
Я подняла голову, встречаясь с ним взглядом.
— Хорошо или плохо? - склонила голову набок, изучая его реакцию.
Он сделал паузу, словно анализируя ощущения.
— Хорошо.
Я улыбнулась.
— Я починила зонт.