Страница 54 из 71
Перед глазами вспыхнуло.
— Сиди.
— Она уже под препаратом.
— Значит, уснёт быстрее.
Даша попыталась вырваться.
Руки были связаны.
Мужчина удержал её за плечо.
Игла вошла в кожу.
Через несколько минут голова Даши опустилась.
— Даша.
Она не ответила.
Я подползла ближе.
Грудь поднималась.
Медленно.
Но поднималась.
Кирилл остановился в дверях.
— Для тебя я ещё ничего не выбрал.
Дверь закрылась.
Щёлкнул замок.
Мы остались вдвоём.
Даша без сознания.
Я — с разбитой губой, болью в животе и головокружением.
Через стену слышались шаги.
Иногда голоса.
Потом всё стихло.
Тик.
Так.
Тик.
Так.
Я прислонилась к стене.
Страх был повсюду.
В темноте.
В неподвижном теле Даши.
В словах отца Кирилла.
В молчании за дверью.
Но сильнее всего я боялась другого.
Что Дима прочитал записку.
Поверил.
И не ищет меня.
_______________________________
Дмитрий
Записка лежала на кровати.
Один лист.
Несколько строк.
Я прочитал её один раз.
Потом второй.
Марк стоял у двери.
Молчал.
«Всё было ошибкой».
«Мне страшно рядом с тобой».
«Не ищи меня».
Слова были подобраны точно.
Каждое било туда, куда должно.
Она могла уйти.
После вчерашнего — могла.
Я видел её сомнения.
Слышал, что она боится.
Она имела право передумать.
Но не так.
Не запиской.
Не оставив телефон.
Утром она смотрела прямо на меня.
«Буду ждать».
Я видел её глаза.
Она не лгала.
Или мне хотелось так думать?
— Камеры, — произнёс я.
— Уже подняли.
— Телефон?
— Остался здесь.
— Вещи?
— Всё на месте. Взяла только куртку.
Я снова посмотрел на записку.
Часть фраз была похожа на то, что она говорила.
Именно поэтому всё выглядело неправильно.
Слишком собрано.
Слишком удобно.
Словно кто-то взял её страхи и сложил из них нужное прощание.
— Ей угрожали.
Марк посмотрел на лист.
— Похоже.
— Как вышла?
— Через боковую дверь во время смены.
— Кто видел?
— Никто.
Я повернулся к нему.
— Никто?
— Машина перекрыла обзор. У калитки несколько секунд была мёртвая зона.
Слишком точно.
Случайностью это быть не могло.
— Все машины на соседних улицах.
— Уже собираем.
— Частные камеры. Домофоны. Магазины. Перекрёстки.
— Агентство подключено.
Марк говорил спокойно.
Но я знал, что он уже поднял всех.
Бывшие военные.
Сотрудники охраны.
Люди, которые умели искать и получать записи быстрее официальных служб.
— Полиция? — спросил он.
— Пока нет.
Если её держат из-за меня, лишний шум мог всё испортить.
Я снова взял лист.
«Не ищи меня».
Внутри всё рвалось на две части.
Одна говорила: она ушла.
После всего, что узнала, просто не выдержала.
Другая — холодная и упрямая — повторяла: нет.
Не так.
Она не могла исчезнуть молча.
Не могла оставить только бумагу.
Не могла утром пообещать ждать, а через несколько часов вычеркнуть меня из жизни.
Я должен был верить второй.
Иначе поиски закончатся раньше, чем начнутся.
Через двадцать минут мы были в офисе агентства.
Один из кабинетов превратили в штаб.
На стене висела карта района.
На столах работали люди с ноутбуками.
Кто-то связывался с владельцами частных камер.
Кто-то собирал записи с регистраторов.
Кто-то проверял номера машин.
Я стоял перед экраном.
Ждал.
Каждая минута давила сильнее предыдущей.
Записка лежала в кармане.
Я уже знал её наизусть.
— Есть запись, — сказал один из сотрудников.
На экране появилась соседняя улица.
Тёмный автомобиль.
Затонированные стёкла.
Машина стояла у обочины.
Через несколько секунд в кадр вошла София.
Одна.
Без сумки.
Она остановилась возле автомобиля.
Дверь открылась.
Несколько секунд она стояла неподвижно.
Потом села.
Машина уехала.
Со стороны всё выглядело так, будто она знала, куда идёт.
Никто не тащил её силой.
Не держал оружие у спины.
Не заталкивал внутрь.
В голове появилась мысль, от которой свело челюсть.
А если это не похищение?
Если она договорилась с ними?
Если записка была не попыткой меня остановить, а предупреждением, что она сделала выбор?
История уже повторялась.
Женщина рядом.
Доверие.
Роговы.
Информация, уходящая за моей спиной.
Я заставил себя снова посмотреть запись.
София подошла к машине.
Остановилась.
Несколько секунд не двигалась.
Её лица почти не было видно.
Но я помнил глаза.
Не эти пиксели на экране.
Настоящие.
То, как она смотрела, когда злилась.
Когда боялась.
Когда пыталась соврать и сама понимала, что у неё не получается.
София не умела скрывать главное.
Всё появлялось в её глазах раньше, чем она успевала подобрать слова.
Нет.
Она не могла сотрудничать с Роговыми.
Не могла сидеть рядом со мной, слушать всё, что я рассказал, а потом спокойно уйти к ним.
Она не Лера.
И история не повторится только потому, что я привык ждать предательства.
На записи София не выглядела человеком, который пришёл на встречу по собственной воле.
Спина слишком прямая.
Руки прижаты к бокам.
Перед открытой дверью она замерла так, будто заставляла себя сделать последний шаг.
Ей угрожали.
Вопрос только — чем.
И почему она решила, что не может обратиться ко мне.
— Дим.
Я поднял голову.
Марк стоял рядом.
Не как начальник охраны.
Как друг.
— Найдём.
— Она сама села в машину.
— Я вижу.
— Что, если…
Я не закончил.
Марк понял.
— Нет.
— Ты даже не знаешь, что я хотел сказать.
— Знаю.
Он посмотрел на остановленный кадр.
— Она не работает на Роговых.
— Уверен?
— Да.
— С чего?
Марк перевёл взгляд на меня.
— С того же, с чего и ты. Просто ты сейчас пытаешься убедить себя в обратном.
Я промолчал.