Цена спасения

Глава 17. Похищение и побег

София

Утро началось с телефонных звонков.

Дима почти не выпускал телефон из рук. Пока пил кофе, успел поговорить с Анной, Марком и юристами. Голос оставался спокойным, но я видела напряжение по тому, как он сжимал чашку.

Проверки не прекращались.

Несколько партнёров приостановили переговоры. В сети появлялись новые публикации. Кто-то методично бил по его компании, не давая перевести дыхание.

Дима закончил очередной разговор и посмотрел на часы.

— Мне пора.

— Я понимаю.

Он поднялся, надел пиджак.

Я проводила его до двери.

На несколько секунд мы остановились друг напротив друга.

После вчерашнего разговора между нами всё ещё оставалось напряжение. Мы вроде бы сказали главное, но слишком многое продолжало висеть в воздухе.

Дима коснулся моей щеки.

— Я скоро.

— Буду ждать.

Его взгляд задержался на моём лице.

Потом он коротко поцеловал меня и вышел.

Через несколько минут за воротами исчезла машина.

Я осталась одна.

Не совсем одна, конечно.

Во дворе находилась охрана. Работали камеры. Ворота были закрыты.

Дом напоминал крепость.

Я поднялась в спальню.

Пыталась читать.

Потом включила телевизор.

Через десять минут выключила.

Мысли снова возвращались к Диме.

К тому, что он рассказал.

К тому, о чём промолчал.

К тому, что после всего я всё равно осталась.

Телефон завибрировал ближе к полудню.

На экране появилось имя Даши.

Я открыла сообщение почти машинально.

И перестала дышать.

На фотографии она сидела на полу в незнакомой комнате.

Руки связаны за спиной.

Голова тяжело прислонена к стене.

Глаза приоткрыты, но взгляд расфокусирован.

На щеке темнел след от удара.

Под фотографией было написано:

«Мышка, твоя подруга у меня. Скажешь хоть слово Вельскому — она умрет».

Следом пришло короткое видео.

Камера дрожала.

Даша сидела на стуле, почти не удерживая голову. Было видно, что она плохо понимает происходящее.

В кадр вошёл мужчина.

Лица не было видно.

Только рука.

Он резко ударил Дашу по лицу.

Её голова дёрнулась в сторону.

Она не закричала.

Даже не попыталась закрыться.

Только медленно моргнула, будто не успела понять, что произошло.

Мужчина схватил её за подбородок и повернул лицом к камере.

На губе выступила кровь.

Глаза оставались мутными.

Видео оборвалось.

Я зажала рот ладонью.

Пальцы сами нашли имя Димы.

Нужно было позвонить.

Сразу.

Показать видео охране.

Позвать Марка.

Так поступил бы разумный человек.

Но перед глазами снова возникло лицо Даши.

Она была связана.

Под препаратом.

Полностью беспомощная.

Я не могла проверить, блефует Кирилл или действительно убьёт её, если узнает о звонке.

Через минуту пришло второе сообщение:

«Напиши записку, чтобы не искал тебя. Машина на соседней улице. У тебя полчаса».

Всего несколько строк.

Без объяснений.

Без возможности потянуть время.

Я перечитала сообщение несколько раз.

Потом подошла к окну.

Охранник прошёл вдоль забора.

Второй находился у ворот.

Они были рядом.

Достаточно открыть окно и позвать.

Достаточно нажать одну кнопку на телефоне.

Но тогда всё зависело бы от того, успеют ли найти Дашу раньше, чем Кирилл выполнит угрозу.

Я снова включила видео.

Смотреть было невозможно.

Но я заставила себя.

Мутный взгляд.

Удар.

Кровь на губе.

Это не было постановкой.

Ей действительно что-то дали.

И действительно били.

Я взяла лист бумаги.

Ручка дрожала.

Что написать человеку, которому ещё вчера призналась, что боюсь его?

Как заставить его поверить, что всё между нами закончилось?

Первая строка получилась кривой.

Я скомкала лист.

Начала заново.

«Дима.

Всё, что между нами произошло, было ошибкой.

Я пыталась убедить себя, что смогу принять твою жизнь и всё, что идёт за тобой из прошлого. Но не могу.

Прости. Не ищи меня.

София».

Я перечитала написанное.

Каждая строчка причиняла боль.

Не потому, что была правдой.

Потому что состояла из правды, вывернутой так, чтобы стать ложью.

Я действительно боялась.

Действительно не знала, смогу ли принять его жизнь.

Но я не хотела уходить.

Утром сказала, что буду ждать.

И не лгала.

А теперь должна была заставить его поверить, что всё между нами ничего не значило.

Если он поверит, Даша останется жива.

Так я пыталась себя убедить.

Но внутри поднимался другой страх.

Что записка окажется слишком убедительной.

Что он вспомнит мои слова.

Мои сомнения.

Мой взгляд после разговора.

И решит, что я действительно ушла.

Я положила записку на подушку.

Рядом оставила телефон.

Несколько секунд смотрела на нашу переписку.

На последнее сообщение Димы:

«Я скоро».

Можно было написать одно слово.

Хотя бы:

«Прости».

Но даже это могло стоить Даше жизни.

Я заблокировала телефон.

Надела куртку.

Подошла к окну.

Оставалось ждать смены охраны.

Каждая минута растягивалась.

Во дворе всё выглядело спокойно.

Один мужчина стоял у ворот.

Второй обходил дом.

Никто не знал, что где-то связанная Даша сидит перед камерой и даже не может поднять руки, чтобы защитить лицо.

Никто, кроме меня.

Во двор въехала машина смены.

Ворота открылись.

Один охранник подошёл к водителю. Второй отвлёкся на рацию. Несколько человек собрались у багажника, передавая оборудование и папки.

Я вышла из комнаты.

Спустилась по лестнице.

Дом был тихим.

Один из мужчин находился у главного входа, но смотрел во двор.

Я прошла к кухне.

Потом свернула к боковой двери.

Рука легла на ручку.

Ещё можно было вернуться.

Позвонить Диме.

Но перед глазами снова возникла Даша.

Мутный взгляд.

Кровь на губе.

Удар.

Я открыла дверь.

Холодный воздух ударил в лицо.

Быстро дошла до угла дома.

Машина у ворот закрывала обзор.

Один из охранников стоял ко мне спиной.

Я проскользнула за живую изгородь.