Страница 34 из 71
Глава 12. Цена доверия
После звонка Рогова день будто потерял нормальный ход.
Всё вокруг продолжало двигаться.
Люди входили и выходили из кабинета Дмитрия.
Анна отвечала на звонки.
Марк несколько раз появлялся в приёмной, тихо говорил с кем-то по телефону и снова исчезал.
Где-то за стеной работала кофемашина.
На столе лежали папки.
В коридоре звучали шаги.
Офис жил.
А я будто застряла внутри чужого сна.
Слишком дорогого.
Слишком тихого.
Слишком опасного.
После разговора с Роговым что-то изменилось не только во мне.
Я видела это по людям вокруг.
Марк стал появляться чаще. У лифта теперь стоял ещё один мужчина Дмитрия, которого раньше я не замечала. Анна отвечала на звонки тише, внимательнее, иногда прикрывая трубку ладонью и коротко переводя взгляд на закрытую дверь кабинета.
Дмитрий реально менял что-то вокруг.
Не громко.
Не показательно.
Просто отдавал распоряжения — и пространство становилось другим.
Плотнее.
Закрытее.
Безопаснее.
И от этого почему-то было ещё тревожнее.
Дмитрий после разговора с Роговым почти не выходил из кабинета.
Только иногда дверь открывалась, и я видела его на несколько секунд.
Собранного.
Холодного.
С телефоном в руке.
Он отдавал короткие распоряжения, смотрел на Марка, потом на Анну, потом, почти неизбежно, на меня.
И каждый раз я делала вид, что не замечаю.
Не потому что не хотела смотреть.
Как раз наоборот.
Потому что хотела слишком сильно.
И это пугало.
Поэтому оставшиеся полдня я делала всё, чтобы не сталкиваться с Дмитрием Вельским: не смотреть на дверь его кабинета, не задерживаться в комнате отдыха, не поднимать глаза, когда слышала его шаги.
Сначала вернулась в комнату отдыха.
Потом поняла, что там слишком много его.
Его кабинет за стеклом.
Его голос за стеной.
Его кофе.
Его запах в воздухе.
Даже тишина там была какая-то его.
Я вышла в приёмную и какое-то время сидела рядом с Анной.
Она не задавала вопросов.
За это я была ей благодарна.
Просто поставила передо мной чай, положила рядом несколько журналов и сказала:
— Здесь обычно спокойнее.
— Обычно? — переспросила я.
Анна посмотрела на закрытую дверь кабинета.
— Сегодня сложный день.
Я усмехнулась.
— У вас бывают простые?
Она подумала.
— Теоретически.
— Практически?
— Редко.
Я неожиданно улыбнулась.
С Анной было странно легко.
Она не лезла в душу.
Не изображала подругу.
Не пыталась утешить.
Но рядом с ней можно было немного дышать.
Потом я перебралась в пустой конференц-зал.
Большой стол.
Двенадцать кожаных кресел.
Панорамные окна.
Стеклянная стена, за которой был город.
Я села в дальнем углу, положила телефон экраном вниз и почти час просто смотрела в окно.
Не читала.
Не думала.
Вернее, пыталась не думать.
Получалось плохо.
Лера.
Её спокойный голос.
«Я знаю, что у меня больше нет права просить тебя верить мне.»
Дмитрий.
«Нас давно нет.»
Рогов.
«Отдайте её мне.»
И сообщение, которое я и так знала наизусть:
«Не доверяй ему.
Ты не первая.»
Я не сказала о нём ни Марку, ни Анне, ни Дмитрию.
Это было глупо. Наверное, опасно. Но я не могла.
Стоило показать экран — Дмитрий снова стал бы тем самым человеком, который решает всё за всех: проверил бы номер, позвал Марка, отдал приказ и закрыл меня ещё глубже в своём мире.
А мне и так казалось, что стены вокруг становятся всё ближе.
И если номер окажется связан с Лерой, я не была уверена, что хочу услышать правду именно от Дмитрия.
Несколько раз я слышала его шаги в коридоре.
Один раз он остановился у двери конференц-зала.
Я почувствовала это раньше, чем увидела.
Подняла глаза.
Дмитрий стоял на пороге.
Не входил.
Просто смотрел.
— Ты в порядке?
— Да.
Он задержал взгляд на моём лице.
Будто хотел сказать что-то ещё.
Но не сказал.
Только кивнул и ушёл.
И почему-то именно это раздражало сильнее, чем если бы он начал спорить.
Потому что даже когда Дмитрий Вельский молчал, он всё равно оставался рядом.
Внимательный.
Сдержанный.
Контролирующий.
И от этого становилось труднее дышать.
Ближе к вечеру появился Марк.
Остановился у двери конференц-зала и посмотрел на меня так, будто уже заранее знал, что я не рада его видеть.
— Машина готова.
Я подняла глаза.
— Куда?
— Домой.
— И это не ко мне домой, да?
— Да.
— Конечно.
Марк промолчал.
Я встала, взяла телефон и сумку.
— А если я скажу, что хочу в гостиницу?
— Я передам.
— И?
— Вам не понравится ответ.
— Его или ваш?
— Общий.
Самое неприятное было в том, что я понимала: гостиница действительно не выход.
После звонка Рогова — точно нет.
Я устало выдохнула.
— Вы все невозможные.
— Зато последовательные.
— Это не комплимент.
— Я понял.
Дмитрий ждал у лифта.
Тёмное пальто.
Спокойное лицо.
Телефон в руке.
Он посмотрел сначала на Марка, потом на меня.
— Готова?
— А у меня был выбор?
Он задержал взгляд на моём лице.
— Сегодня — нет.
Честно.
Как всегда.
И, как всегда, невыносимо.
В машине мы ехали почти молча.
Город за окнами постепенно темнел.
Фары размазывались по мокрому асфальту длинными белыми полосами.
Дождь начался ещё по дороге.
Сначала мелкий.
Почти незаметный.
Потом сильнее.
Капли били по стеклу, стекали вниз, и из-за них огни города казались расплывчатыми, будто кто-то пытался стереть этот день, но не смог.
Дмитрий сидел рядом с Марком впереди.
Иногда говорил по телефону.
Коротко.
Сухо.
По делу.
Я сидела сзади и смотрела в окно.
Телефон лежал в руке, но я больше не открывала экран: слова из сообщения и так звучали в голове.
Когда машина въехала за ворота дома Дмитрия, я почувствовала странное облегчение.
И тут же разозлилась на себя за это.
Потому что это был не мой дом.
Не моя дверь.
Не моя кухня.
Не моя спальня.