Страница 75 из 133
Денвер не двигается. Она не закрывает глаз, не говорит снова и никак не реагирует, когда Льюис или я обращаемся к ней. Она остается совершенно неподвижной, лицо бледное, губы приоткрыты, взгляд устремлен в пустоту. Проходит почти два часа, прежде чем Алистер перезванивает мне, и я выхожу в гостиную, чтобы ответить.
— Она права. Он жив.
Я едва не спотыкаюсь, садясь на диван.
— Как?
— Я позвонил Патрисии Хеллер, попытался поговорить с ней, но она бросила трубку. Поэтому я навел справки о Хеллере. Он уволился вскоре после рождения Тео. Один из сотрудников подал на него жалобу за употребление спиртного на рабочем месте, так что, полагаю, его вынудили уйти. Я позвонил медсестре, которая подала ту жалобу. Она охотно пошла на контакт, думаю, она чувствовала себя виноватой из-за того, что донесла на него. Но она сказала, что Хеллер был в стельку пьян в ночную смену и проговорился ей, что отдал новорожденного в агентство по усыновлению, а матери солгал, сказав, что ребенок умер. Она сообщила об этом, но дело замяли, а когда она настаивала, ей велели оставить это. В конце концов, она тоже уволилась.
Я чувствую, как застываю в этом моменте, во времени.
— Хеллер сказал медсестре, почему он это сделал?
— Черт, Кольт, я даже не могу поверить, что произношу это. Рейнджер Люкс приказал ему. — Мои легкие словно отказывают. — По-видимому, Рейнджер велел Хеллеру позвонить в агентство по усыновлению и заявить, что Тео был брошен в больнице. Затем он подделал свидетельство о смерти и сказал Денвер, что Тео умер.
Это не может быть правдой. Это кошмар.
Рейнджер украл ее ребенка. Солгал ей. Позволил ей годами оплакивать его.
— Ты можешь найти его? — спрашиваю я. — Узнать, где Тео?
— Я уже занимаюсь этим.
Мы заканчиваем разговор, и я встаю, идя в спальню. Льюис стоит у окна, Денвер наконец уснула. Я откидываю одеяло и подхватываю ее на руки.
— Мы уезжаем. Собирай ее вещи. Встретимся у Финна Макьюэна.
Он следует за мной из спальни.
— Почему? Что случилось?
Денвер снова открыла глаза и что-то шепчет. Теперь, когда я ближе, я слышу, что она говорит. Она спрашивает «почему». Спрашивает, где он. Ее сердце разбивается прямо сейчас, у меня на глазах, и я, черт возьми, не могу этого вынести.
— Я объясню позже, но она не может здесь оставаться. Ей нужно быть с нами. Вам обоим нужно. — Я открываю дверь номера, и, ожидая лифт, прижимаю ее крепче, целуя в макушку. — Я все исправлю, Дель. Я исправлю.
Только бы я знал, как.
Финн открывает дверь и снимает очки, когда видит Денвер у меня на руках. Я позвонил ему по дороге, и он, к счастью, еще не спал.
— Что случилось?
— Ей нужно где-то остановиться, — говорю я, и он отступает в сторону, не говоря ни слова.
Я несу Денвер наверх, в комнату, где часто останавливался в детстве, да и сейчас иногда бываю. Я укладываю ее в постель, убирая волосы с лица.
— Тебе что-нибудь нужно? — спрашиваю я, но она молчит. Ярость бурлит во мне — невообразимое ее количество, — и я натягиваю одеяло ей на плечи и спускаюсь вниз.
Финн на кухне с Хеленой.
— С ней все в порядке? — спрашивает Хелена, заламывая руки. Она в халате, в руке кружка с дымящимся чаем.
— Она в шоке. Нам нужно вызвать врача. Финн, мы знаем людей в Сан-Франциско?
Он кивает.
— Да. А что?
— Людей, которые могут убить Рейнджера Люкса? — В комнате воцаряется тишина. Я даже не осознавал, как часто дышу и как горит моя кожа, но я близок к тому, чтобы вспыхнуть. — Финн?
— Для начала расскажи нам, что случилось, — говорит Финн.
Стук в дверь отвлекает Хелену, и я опираюсь руками на кухонный остров. Хелена возвращается с Льюисом. У него чемоданы Денвер и его сумка.
Он ставит сумки на пол.
— С ней все хорошо?
— Она наверху, — говорю я. — Тео не умер. Рейнджер отдал его на усыновление и солгал об этом.
Рука Хелены замирает у рта.
— О боже.
Льюис качает головой.
— Нет. Даже он не мог зайти так далеко.
— Откуда ты знаешь? — спрашивает Финн, сжав челюсти.
— Алистер все проверил. Абсолютно все. Он сейчас ищет Тео.
Хелена прислоняется к кухонной стойке.
— Бедная девочка. Бедная, бедная девочка.
— Мы убьем Рейнджера, и сделаем это сегодня ночью, — говорю я. — Финн, мне не нужны твои люди, но я хочу твоей поддержки. Давайте закончим с этим.
Льюис говорит:
— Я знаю, где он будет.
Пути назад нет. Рейнджер перешел немыслимые границы, и нет человека, которого я знаю, кто смог бы простить такое.
Тем более Денвер.
— Нет, — говорит Финн.
Я всматриваюсь в его лицо.
— Я сделаю это без тебя, если придется.
— Ты, черт возьми, ничего не сделаешь, Кольт. Это не твоя война. Это война Денвер. — Я открываю рот, чтобы возразить, но он поднимает руку. — Это может быть ее единственный шанс обрести покой. Ты не отнимешь это у нее. Ты зол, мы все злы, но не тебе проливать эту кровь.
Я выпрямляюсь и поворачиваюсь к нему спиной, пытаясь успокоиться. Шепот в глубине сознания говорит, что он прав, но мои мышцы напряжены, мысли мечутся, и я продолжаю слышать голос Денвер, раз за разом спрашивающий, где Тео.
— Он прав, дорогой, — тихо говорит Хелена.
Я поворачиваюсь к ним.
— Тогда скажите, что мне делать. Скажите, что мне делать, пока она, черт возьми, разваливается на куски. — Я отчаянно смотрю на Финна, горло сжато, руки дрожат. — Скажите мне, потому что я не могу стоять здесь и ничего не делать.
Хелена подходит к Льюису.
— Я провожу тебя в комнату, Льюис. Ты будешь прямо рядом с Денвер, хорошо? — Он бросает на меня взгляд, прежде чем последовать за Хеленой, оставляя нас с Финном наедине.
Человек, чей совет я ищу и уважаю, подходит ко мне и сжимает мое плечо. Мой отец, хотя мы никогда не произносили этих слов. И он нужен мне сейчас больше, чем когда-либо, потому что я и раньше бывал таким потерянным, но никогда из-за чужой боли.
— Ты будешь рядом, если она в тебе нуждается. Но ты следуешь за ней.
Я встречаюсь с его взглядом.
— Не могу поверить, что он мог так с ней поступить.
Он глубоко выдыхает.
— Некоторых мужчин толкают на зверства. У некоторых это в крови. Похоже, Рейнджер этим живет и, черт возьми, этим дышит.