Сноходцы

— Как вы знаете, тринадцать лет назад я попал в аварию, – начал Леон. – Должен был умереть, но демон предложил мне сделку: душа в обмен на жизнь. Обычно они дают года три-четыре, мне же было предложено тринадцать. Но только в том случае, если я буду поставлять демону чужие души. Чем я, собственно, и занимался все эти годы. Чтобы я не потерял разум и не превратился в бездушного, демон оставил во мне след от души. А чтобы не пришли Падальщики, поставил защитную метку. Вот здесь. – Леон указал на левую сторону головы, где сейчас вместо метки виднелся отвратительный ожог. – Тринадцать лет заканчиваются в апреле этого года. Метка исчезла бы, и Падальщики пришли бы за мной. Мне этого крайне не хотелось, и вместе с Антоном мы придумали план.

Леон обвел взглядом присутствующих, словно искал Антона, но того не было. Алиса тоже только сейчас обратила на это внимание. А потом вспомнила запертую дверь в медотсек и измененный код. Возможно, Антон никуда не уезжал. Все это время находился в Логове, и сейчас здесь. Изменил код, чтобы никто его не беспокоил. Затаился, как крыса. Ведь, судя по ране Леона, ее никто не обрабатывал. Хотя, вполне возможно, все же собрал манатки и свалил. Он, как никто другой, знает, что произойдет после того, как Леон выжег защитную метку, и едва ли станет рисковать своей дорогой персоной. А код изменил просто из вредности. Или чтобы никто не мешал ему вывозить вещи.

Тварь.

— Какой план? – первой спросила Аллочка.

— Вместо меня отдать Падальщикам Алису, – ровно произнес Леон.

По гостиной прокатился испуганный шепот, все глаза уставились на Алису. Она сидела чуть в стороне от остальных, и не примкнув к ним, но и не стоя рядом с Леоном. Она сама по себе. С самого начала в этом доме ей была отведена отдельная роль.

— Но как.. – растерянно пробормотала Тамара Ильинична, глядя то на Алису, то на Леона. – Но ведь вы же.. я думала.. вместе.

— А это тоже было частью плана, да, Леон? – язвительно заметила Софи.

Леон кивнул.

— Да, влюбить Алису в меня тоже было частью плана.

Испуг стал почти осязаемым. Липким, противным, смешанным с недоверием, разочарованием и злостью. Злость была ее, Алисы. Надо же, она не думала, что будет чувствовать себя такой униженной, когда все узнают. Как будто это она виновата в обмане. Позволила себе увлечься, позволила себя обмануть.

— План не удался, – продолжал тем временем Леон. – Софи все узнала, рассказала Алисе. Естественно, никакого ритуала теперь не будет. И времени до апреля больше нет. Падальщики придут за мной уже через несколько дней. Поэтому оставаться в Логове вам опасно. Вы знаете, что происходит, когда они являются. Все здесь сгорит. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то из вас пострадал.

— Какое благородство, – тихо фыркнула Софи.

Остальные, казалось, ни капли не испугались Падальщиков, каждый переваривал историю с Алисой.

— Почему ты осталась, девочка? – сочувственно спросила Мария Антоновна.

Алиса вздернула подбородок. Постаралась ответить спокойно, как Леон:

— Потому что демон, убивший мою подругу, все еще не пойман. Как только мы его остановим, я уйду.

— Демон не пойман, а Леон намеренно сократил срок своей жизни до нескольких дней, – прокомментировала Софи. – Снова думаешь только о себе, как последний эгоист.

— Зачем ты сжег метку, дорогой? – спросила Тамара Ильинична, и сочувствия в ее голосе было гораздо больше, чем у Софи.

— Что сделано, то сделано, – резко ответил Леон. – Да, я сократил срок своей жизни, как последний эгоист. И чтобы вы не остались на войне с демоном без меня, советую не терять время. Напоминаю, я звал лишь Влада. Все остальные, кому противно меня видеть, дышать со мной одним воздухом, кто боится за себя, – можете уйти.

Никто не шелохнулся. Снова все повернулись к Алисе, будто ждали решения от нее. Она свое уже приняла.

Первой спохватилась Тамара Ильинична.

— Время обеда, а я еще даже не начинала, – пробормотала она, поднимаясь с дивана. – Маша, поможешь мне?

Вдвоем с Марией Антоновной они направились в сторону кухни. Следом подскочила и Аллочка.

— Там такой бардак в библиотеке! До утра убираться.

Денис Сергеевич и начальник охраны ушли молча, но тоже не к выходу. Остались лишь Леон, Алиса и Софи с Владом. И первым молчание прервал Леон:

— Прошу в мой кабинет. У нас с Алисой появилась новая информация, надо обсудить.

На то, чтобы посвятить вернувшихся во все, что Алиса с Леоном узнали в заброшенной церкви, ушло не менее полутора часов. За это время скудное солнце прошло мимо окна кабинета и скрылось за деревьями, погрузив комнату в темноту, но никто из них не включал свет.

— Нужно узнать как можно больше о следователе, – заключил Леон после. – Влад, я тебя для этого и позвал. Удели особенное внимание его болезни. В прошлый раз ты искал связь с Никитой Морозовым, теперь надо узнать о болезни.

— Почему ты думаешь, что его болезнь имеет к происходящему какое-то отношение? – нахмурился Влад.

— Потому что книга открылась именно на легенде об исцелении Неемана, – задумчиво проговорил Леон, будто все еще формулировал до конца эту мысль. – И у Цаплина есть какая-то связь с тьмой. Может быть, это лишь совпадение, но надо проверить.

— Проверим, – кивнул Влад.

— Софи, раз уж ты вернулась, поищи информацию о секте, – попросил Леон. – И, если сможешь, выясни, что стало с мальчиком, предположительно, сыном лидера.

— А мы что будем делать? – поинтересовалась Алиса.

— Есть у меня одна идея.

Леон поднялся, но сделал это слишком резко. Последние напряженные дни и тьма, от которой он теперь не ограничивал себя, надломили его, и он, покачнувшись, не удержался на ногах. Никто из присутствующих не успел ничего сделать, Леон рухнул на пол, ударившись при этом подбородком о стол.

Первым возле него оказался Влад, подхватил под руку, помогая подняться. Следом вскочила Алиса, с тревогой разглядывая залитое кровью лицо.

— Порядок, – попытался высвободиться из хватки старого друга Леон, но Влад не отпустил.

— Вижу я, какой порядок, – мрачно заметил он.

Леон нашел взглядом коробку салфеток на столе, но дотянуться до нее не смог, Алисе пришлось подать ему несколько штук. Леон прижал их ко рту, все-таки отошел от Влада, держась второй рукой за стол.

— Тебе нужно отдохнуть, – сказала Софи, которая так и не поднялась с кресла. – А еще обработать рану на голове. Выглядит она отвратительно. Еще занесешь инфекцию.

Леон криво усмехнулся.

— Едва ли это теперь имеет значение.