Страница 2 из 92
Кабина остановилась с тихим треньканьем, дверцы разъехались в стороны. Подготовленное замечание умерло на губах: внутри оказалось пусто. Костя удивленно приподнял брови и почувствовал, как по спине ползет неприятный холодок. На мгновение мелькнула мысль: может, и Серега вот так же беззаботно болтался тут, а потом приехал пустой лифт ― и нечто невидимое разорвало ему глотку? Ведь тело обнаружили как раз на том месте, где сейчас стоит он.
Дверцы с тихим шорохом закрылись, на Костю так никто и не напал. Зато он понял, что приглушенные басы смолкли. А еще через какое-то время на лестнице зацокали каблучки Любы.
— Это оказалось проще, чем я ожидала.
Она вернулась на место за стойкой, а Костя, ничего не говоря, побрел обратно в свою комнату. Болтать и флиртовать отчего-то расхотелось.
* * *
— Вот кайфоломщики! ― в раздражении воскликнула Кира, захлопнув дверь. ― И за что я только деньги плачу?
Она была уже порядком пьяна, но Саша удивлялась, как подруга вообще еще стоит на ногах. Кира обладала весьма скромной комплекцией: невысокая, худенькая. Про таких мама Саши говорила: маленькая собачка ― до старости щенок. И это было правдой: несмотря на то, что у Киры на горизонте маячил тридцатник, она из всей их компании чаще всего сходила за малолетку.
— Деньги ты платишь за то, что мы здесь ночуем, ― флегматично напомнила Регина, накручивая на палец мелко вьющуюся прядь волос. Она сидела в кресле, свернувшись калачиком, и, кажется, давно с удовольствием легла бы спать. В отличие от Киры, она была высокой и статной, с сильными руками, что помогало ей в работе. ― Кстати, не пора ли нам баиньки? Час ночи почти.
— Мы сюда спать приехали, что ли? ― возмутилась Кира, перебирая бутылки, батареей выстроившиеся у стены. ― Это же девичник! Я с холостой жизнью прощаюсь..
— Тоже мне жертва, ― фыркнула Саша. ― Разводы у нас пока не запрещены. Не понравится жизнь замужняя ― вернешься в холостую.
— Э, нет, ― возмутилась Кира, наконец обнаружив среди бутылок парочку вскрытых, но не опустошенных до конца. ― Не в том я возрасте, чтобы бегать туда-сюда. Замуж ― так замуж. А там уже не погуляешь так. Давайте ваши бокалы.
— Да куда ж в тебя лезет? ― проворчала Лера, разлегшаяся на диване.
Кира не поскупилась для девичника: сняла хороший просторный номер с зоной гостиной и раскладным диваном, чтобы после большой вечеринки на улице с шашлыками можно было еще посидеть в помещении, а им вчетвером ― так и вовсе переночевать. И вина закупила столько, что они замучились носить его из машин. Вот только «бокалами» им служили пластиковые одноразовые стаканчики, что несколько портило картину роскошной жизни.
— Так, девчонки, не расслабляемся, вечер только начался! ― заявила Кира, поставив бутылки на кофейный столик, и заставила Леру поджать ноги и освободить ей место. ― Я хочу кутить!
— Тихо кутить скучно, ― заметила Регина. ― Давайте лучше спать.
— Нет, давайте во что-нибудь поиграем, ― не унималась Кира.
— В нарды? ― насмешливо уточнила Лера. ― Я не прихватила.
— Можно в правду или желание, ― оживилась Регина. ― Под градусом эта игра особенно хорошо заходит.
— Нет уж, в это под градусом я с вами больше играть не буду! ― возразила Саша. ― Уж лучше в фанты.
— Чем лучше-то? ― удивилась Лера. ― Это одно сплошное желание.
— Именно. Правду все равно не проверить, а задание лучше давать, не зная, кому оно предназначено. Вдруг тебе самой? Это держит ведущего в рамках разумного.
— Для этой игры нужен мешок какой-нибудь. ― Кира озадаченно нахмурилась. ― Или шапка. Но какая, блин, сейчас шапка-то?
— У нас пакетов из-под еды было полно, ― припомнила Регина.
— И все они превратились в пакеты для мусора, ― отмахнулась Лера.
— Сейчас найдем чего-нибудь, ― заявила Саша, направляясь к шкафу в зоне прихожей. ― В таких местах бывают пакеты для прачечной..
Регина, которой идея игры, по всей видимости, внезапно понравилась, тоже вскочила со своего места и направилась к письменному столу. В последнем ― третьем ― нашлось нечто подходящее.
— Зацените! ― довольно воскликнула она. ― Как для нас положили!
Остальные с интересом повернулись к ней, и Регина продемонстрировала им холщовый мешок средних размеров.
— Какого черта эта штука здесь делает? ― удивилась Лера.
Саша моментально вернула на место одноразовый мешок для прачечной, слишком тонкий и прозрачный для их цели, а глаза Киры азартно загорелись.
— Отлично! Тогда давайте фанты!
* * *
Когда наверху наконец угомонились, Алина почти сразу провалилась в сон. День был длинным и насыщенным, она надышалась свежего лесного воздуха, поэтому спать хотелось со страшной силой, только громкая музыка и взрывы смеха мешали. Гоша обнял ее, притянул теснее к себе ― и она моментально уснула.
Однако через какое-то время что-то вдруг разбудило ее. Она даже не поняла, что именно: звук или прикосновение? Второе быстро пришлось исключить, поскольку на широкой кровати она лежала одна, это было видно даже без включения лампы в ярком свете луны.
Алина потянулась к тумбочке за смартфоном, чтобы посмотреть, который час. Оказалось, что уже без четверти три.
Рука дрогнула и едва не выронила аппарат, когда в дверь вдруг громко и весьма агрессивно постучали. Три удара с равными промежутками времени. Вероятно, от такого звука она и проснулась. Значит, стучат не в первый раз.
Сердце в тревоге забилось быстрее: кого это черти принесли посреди ночи?
Алина повернулась к двери ванной комнаты, куда наверняка ушел Гоша, но та оказалась приоткрыта, а за ней ― темно. Стало быть, внутри никого нет.
Снова постучали, и ей пришло в голову, что Гоша, вероятно, зачем-то вышел и забыл карточку. Вздохнув, она откинула одеяло и поплелась к двери, собираясь открыть, но в шаге от порога вдруг замерла в нерешительности. Как-то очень уж странно он стучится: как будто кулаком по полотну долбит. Гоша вряд ли стал бы так делать: слишком шумно для такого часа. Скорее, позвонил бы по телефону и попросил открыть.
Удары раздались вновь. Все те же три громких стука через равные промежутки времени. Алине отчего-то стало не по себе.
— Гоша, это ты? ― позвала она, желая убедиться, прежде чем пускать в номер того, кто находился в коридоре.
Ответа не последовало. Алина продолжала топтаться в полуметре от двери, гипнотизируя ее взглядом сквозь темноту.
— Го-ош?