Страница 74 из 82
— Недалеко ты от меня убежала, да? – заметил он насмешливо, вглядываясь в нее темными глазами безжалостного убийцы.
Влад поднял руку с кинжалом и коснулся плоской стороной клинка ее щеки. Холодный металл буквально обжег кожу. Юля чувствовала, как ее сотрясает дрожь, но изо всех сил старалась не позволить слезам скатиться по щекам. Она всматривалась в родное лицо, в изменившиеся до неузнаваемости глаза, и понимала, что взывать к Владу бесполезно.
— У нас не так много времени, – поторопила ведьма. – Начинай.
Влад кивнул, перехватил кинжал так, чтобы им было удобнее нанести удар, замахнулся и.. вдруг подмигнул Юле. Прежде чем она осознала это, он повернулся и резким движением проткнул кинжалом горло Олега, подошедшего слишком близко, а потом выдернул его.
На лице Олега застыло выражение недоумения и обиды. Он схватился рукой за горло в отчаянной попытке зажать рану, но кровь густым потоком текла сквозь его пальцы и изо рта. Прежде, чем Олег рухнул на пол, Влад уже рванул к ведьме.
— Убьешь меня – ослепнешь снова! – выкрикнула та, отшатнувшись назад.
Влад замер в нерешительности, так и не нанеся удар, и она воспользовалась его временным замешательством:
— Рома! Только не насмерть!
Ее молодой подельник словно только и ждал приказа: вскинул руку с пистолетом, сделал два шага вперед, пытаясь получше прицелиться.
Это стало его ошибкой. Он не заметил, как подошел слишком близко к Игорю, а ноги никому из них не связали. Телохранитель ударил его с такой силой, что Роман рухнул на пол. Пистолет выстрелил в пустоту и вылетел из его руки.
Секунду спустя резко распахнулась дверь, в которую влетел Карпатский с криком:
— Полиция! Бросить оружие! Никому не двигаться!
Хотя в помещении, где они находились, горело немало свечей, освещение все равно оставляло желать лучшего, а обилие объектов, вероятно, сбило Карпатского с толку, помешало сходу сориентироваться. Дуло его пистолета несколько раз качнулось из стороны в сторону в поисках цели и в итоге остановилось на замершей в ужасе ведьме, а поднимавшегося с пола Романа он не заметил. Тот с криком бросился на него, явно зная, куда бить, чтобы добиться лучшего результата.
Невзирая на почтенный возраст, ведьма проворно ринулась туда, куда улетел пистолет, выпавший из рук Романа. Сам Роман в это время пытался выбить пистолет из рук Карпатского. Прежде чем ему это удалось, прогремел еще один случайный выстрел.
Что происходило дальше, Юля не увидела. Влад встал перед ней, одновременно перепиливая окровавленным кинжалом веревки, чтобы освободить, и закрывая собой от очередной шальной пули.
Следом один за другим прозвучали два выстрела.
* * *
От резкой боли в сломанных ребрах у Карпатского потемнело в глазах. Он сжал рукоять пистолета крепче, чтобы не выронить его, но палец случайно нажал на спусковой крючок. Прогремевший выстрел напугал его гораздо сильнее, чем возможная потеря оружия. В помещении было слишком много людей, которые не могли не то что пригнуться, а даже просто пошевелиться. Каждая бесцельно выпущенная пуля могла стать для любого из них фатальной.
Поэтому Карпатский позволил себе уронить пистолет на пол и сосредоточился на том, чтобы бросившийся на него Роман не смог его забрать. Болезненная грудная клетка, конечно, делала его уязвимым, но в остальном преимущество было на его стороне: он был выше и крепче изящного парня, не говоря уже о том, что тот, очевидно, совершенно не владел навыками рукопашного боя. Но вцепился Роман в него крепко.
То, что ведьма подняла с пола пистолет и направила на него, Карпатский заметил лишь краем глаза и почти не осознал. Среагировал исключительно на инстинктах, в последний момент повернувшись так, что парень, совсем недавно пытавшийся его убить, оказался на линии огня. После прозвучавшего через мгновение выстрела тот дернулся и обмяк, а следом раздался еще один выстрел.
Карпатскому потребовалось несколько бесконечно долгих секунд, чтобы понять: второй выстрел был сделан из другого оружия. Из его оружия.
Стрелял Савин. В ведьму. И, судя по всему, попал: пожилая женщина рухнула на пол с простреленной головой.
Держась одной рукой за стену, а другой за ребра, Карпатский недоуменно уставился на своего добровольного помощника. Тот невозмутимо опустил пистолет, обернулся к нему и пожал плечами, мол, а что еще мне оставалось?
— Дай его сюда, – потребовал Карпатский, протягивая руку.
Савин без лишних вопросов вернул ему пистолет. Карпатский поставил его на предохранитель и убрал в кобуру. А потом шагнул к столу, на котором лежала Диана.
От вида крови и ее бледного лица по спине побежали мурашки. Порезы на ее запястьях требовалось срочно перевязать, и Карпатский стянул с себя рубашку. Федоров, успевший освободить жену, заметил его тщетные попытки надорвать ткань и сунул ему в руки кинжал, который сильно облегчил задачу.
— Слава? – Диана приподняла веки и улыбнулась, увидев его. – Ты пришел за мной? Пришел.. встретить меня?..
Он не сразу понял, о чем она, а когда понял, яростно помотал головой.
— Нет, я жив. И ты жива. Нас немного потрепало, но все будет хорошо, Ди. Слышишь меня? Только оставайся в сознании, ладно? Не спи!
Диана в ответ лишь опустила ресницы и тут же снова их подняла. Хотелось верить, что она все поняла и будет держаться.
Пока он перевязывал ее запястья, Федоровы вместе с Савиным освободили остальных. Закончив, Карпатский попытался поднять Диану, но сломанные ребра снова запротестовали, едва не отправив его в очередной нокаут.
— Я возьму, – прозвучал над ухом голос Игоря.
Карпатский кивнул, отходя в сторону. Так определенно будет лучше. Надежнее.
— Мне кажется или откуда-то пахнет дымом? – испуганно спросила Кристина, напряженно втягивая носом воздух.
— Они собирались поджечь гостиницу – Савин кивнул на поверженную ведьму. – Мы чувствовали запах бензина.
— Видимо, они ее уже подожгли, – мрачно заметил Карпатский. – Либо мы не заметили, либо возгорание началось уже после того, как мы спустились. Надо выбираться отсюда, пока еще возможно.
— А с ними что? – спросила Кристина, с содроганием глядя на мертвые тела.
— А им уже все равно, – спокойно ответил Соболев, подталкивая ее к выходу вслед за Савиным.
Тот с включенным фонариком пошел к выходу первым, показывая остальным дорогу. Двигался он весьма стремительно, несмотря на трость.