Страница 10 из 82
— А я вот как раз думаю, что здесь стоит покопаться всерьез, – возразил Карпатский, откидываясь на мягкую кожаную спинку. – Кукловод – или кто-то, нанятый им, – готовя нам тот квест, выходил на контакт с родственниками семьи, которой была посвящена четвертая комната. Может быть, он как-то взаимодействовал и с другими участниками историй или их родственниками? Если повезет, можем найти какие-то зацепки на записях с камер видеонаблюдения.
Соболев возмущенно вытаращил на него глаза.
— Представляешь, какое количество записей придется отсмотреть? За какой период? За последний год?
Карпатский согласно поморщился, но не сдался:
— Можно поговорить с охраной, разузнать о всех подозрительных контактах хозяина или происшествиях за этот год и изучать записи точечно.
— Все равно иголка в стоге сена, – буркнул Соболев. – В лучшем случае выйдем на каких-нибудь подставных лиц. И это если они вообще хранят записи так долго.
— Понимаю, что шансов мало, но что-то же делать надо..
— Не могу не согласиться, – поддержал его Логинов.
Соболев только тяжко вздохнул, а потом снова внимательно посмотрел на Карпатского.
— Сдается мне, это не единственная мысль, пришедшая тебе в голову.
— На самом деле, вторая там уже давно, – со вздохом признался тот.
— Так поделись!
Соболев приблизился к письменному столу, а Логинов перестал греметь своими игрушками, явно прислушиваясь к их разговору.
— Помнишь, к какому выводу пришел тот коллега Нурейтдинова, анализируя дела, связанные с Медвежьим озером?
— Дементьев?
— Угу. Я про всю эту тему со скрытыми посланиями и цитированием прошлых преступлений с отзеркаливанием некоторых фактов.
— Помню-помню, – нетерпеливо подтвердил Соболев. – Ты это сейчас к чему?
Карпатский подался вперед, облокачиваясь на стол и выразительно глядя на напарника.
— Когда мы разбирались с зеркалами, ты сказал, что понял смысл скрытого послания. Мол, нам дают понять, что Влад Федоров – такой же больной на всю голову маньяк, как и его брат..
Соболев поморщился, в его взгляде мелькнуло что-то похожее на осуждение.
— Слав, ты же понимаешь, что я тогда брякнул это сгоряча?
— Понимаю. Но что, если ты случайно попал в самую точку? Что, если смысл послания действительно в этом? Вспомни, в чем в основном заключается отзеркаливание сюжетов городских легенд четырехлетней давности!
— В чем? – нахмурился Соболев.
— В том, что преступники и жертвы меняются местами, – внезапно подал голос Логинов.
Карпатский многозначительно ткнул пальцем в его сторону, как бы подтверждая, что имел в виду именно это.
Соболев обернулся на Логинова, нахмурился и снова посмотрел на Карпатского, а тот продолжил:
— Вот смотри. Сначала утопленница была ведьмой, казненной за колдовство, то есть за дело, а потом утопленницы стали невинными жертвами. В историях с Ночным Смотрителем и убийцей в джутовой маске преступники и жертвы и вовсе меняются местами. А еще девочки-убийцы из детского лагеря против похищенных невинных девочек, которых искал я.
— Ну да, все это мы так или иначе уже проговаривали, – согласился Соболев. – Как это связано с утверждением, что Влад – маньяк-убийца?
— Мы привыкли считать Артема Федорова преступником, а его брата Влада – жертвой, – вновь перехватил инициативу Логинов. То ли он и сам пришел к тем же выводам, что и Карпатский, то ли просто ловил его мысль на лету, в отличие от Соболева.
— И ты намекаешь, что все было наоборот? – уточнил тот у эксперта.
Логинов пожал плечами.
— Не я намекаю. Кукловод намекает.
— Тогда он или врет, или катастрофически заблуждается! – возмутился Соболев. – Артем был убийцей, а не Влад, в этом у нас сомнений нет и быть не может!
— Я думаю, что кукловод обвиняет Влада Федорова в убийстве Артема, – пояснил свою мысль Карпатский. – И, скорее всего, просто тупо мстит ему. В том числе, пытаясь показать окружающим, то есть нам, его истинную суть – характер убийцы.
— Но Влад и Артема не убивал. Слав, я был там четыре года назад. Влад сам чуть коньки не отбросил, а Артем просто исчез! Не знаю, существует ли тот лифт, о котором тогда твердила Юля, но Влад точно не может быть причастен к исчезновению брата.
— Там и тогда – возможно, – легко согласился Карпатский. – Но откуда ты знаешь, что было дальше? Артем так больше никогда нигде не появился.
— Потому что про́клятый лифт увез его в преисподнюю, – хмыкнул Логинов.
— Или потому, что Влад нашел его и убил, – возразил Карпатский, ткнув указательным пальцем в письменный стол. – О чем и намекает нам история с братоубийством. Вполне вероятно, что это – часть послания.
— А остальные истории комнат? – уточнил Логинов.
Карпатский развел руками.
— Возможно, тот самый информационный шум, который есть в каждом хорошем квесте.
— Я все равно не верю, что Влад мог убить брата, – покачал головой Соболев.
— Достаточно того, чтобы кукловод в это верил, – заметил Логинов. – Это необязательно должно быть правдой.
На этих словах Соболев заметно задумался, явно примеряя теорию к известным фактам, и наконец кивнул.
— Месть, значит.
— Очень личная месть, – добавил Карпатский.
— Женщина? – предположил Логинов.
— Вероятно, – согласился Соболев. – Мужик так заморачиваться не стал бы. И среди любовниц Артема наверняка хватает состоятельных девиц.
— Вопрос в том, кто из них может быть не только богат, но и иметь отношение к местным ведьмам, – развил мысль Карпатский.
Соболев и Логинов переглянулись. Последний только снова пожал плечами, а лицо первого вдруг просияло.
— Помнишь, что Влад тогда сказал? Люди обычно нанимают специалистов, когда требуется выполнить задачу, которая им самим не под силу.. И наш кукловод этим активно пользуется. А люди, подобные ему, иногда и заставляют работать на себя нужных специалистов, не брезгуя шантажом, угрозами и.. похищениями.
— Намекаешь на Софию Мельник? – нахмурился Карпатский.
— Она исчезла как раз тогда, когда вся эта многоходовка уже могла готовиться.
— В этом есть логика. А что вообще мы знаем о личной жизни Артема Федорова?
— Ничего, – хмыкнул Соболев. – Но, к счастью, нам есть у кого узнать.