Страница 12 из 33
Глава 6. Истинная красавица
Едва Мирабель Мейфорд исполнилось шесть лет, всем вокруг стало ясно: девочки красивее еще не рождалось. Ее светлая кожа была без единого изъяна. Личико точно кукольное, с маленьким носиком, алыми щечками, пухлыми губками и большими голубыми глазами, веки которых обрамляли длинные темные ресницы. Блестящие черные локоны струились по плечам так пленительно, что глаз не отвести.
Настоящий ангел, спустившийся с небес. Ни один из талантливейших художников не сумел бы нарисовать девочки красивее. А потому шестилетнюю Мирабель единодушно окрестили новой надеждой Эсминара и берегли, точно та была благословением богов, их даром свыше.
– Вот она, истинная красавица! Осталось дождаться, когда девочка повзрослеет и расцветет, и тогда проклятие однозначно будет снято! – поговаривали в округе. – С такой красивой королевой на Эсминар снизойдет благодать и солнце вновь озарит эти земли! Иначе и быть не может!
Мирабель родилась в бедной семье, и столичный совет принял решение растить ее как аристократку: в достатке и роскоши. Вскоре она вместе с родителями и младшей сестрой Эдвиной перебралась в шикарный загородный особняк и никогда ни в чем не знала нужды.
Мирабель носили на руках и выполняли все ее прихоти. Она спала на самой мягкой перине и только на шелковых простынях. Вкушала серебряными приборами из расписного фарфора только самые изысканные блюда. Носила лучшие платья, пошитые из редких заморских тканей. В ее прическе всегда сверкала диадема, усыпанная жемчугом и драгоценными камнями. Даже туфельки Мирабель, которые она никогда не надевала дважды, изготавливали лучшие мастера.
Разумеется, и воспитанием девочки занимались лишь самые почитаемые и опытные гувернеры. Чтобы вырастить из Мирабель истинную леди, одних уроков этикета было недостаточно. Разные преподаватели обучали ее держать благородную осанку, ездить верхом, говорить на иностранных языках, рисовать натюрморты и пейзажи, играть на фортепиано и петь. Каждый ее день был расписан по минутам.
Когда же маленькая Мирабель капризничала на уроках, ее успокаивали:
– Вы – наша будущая королева. Та самая красавица, которую все так долго ждали. Невеста, которой суждено очаровать короля Бастиана и разрушить злые чары, поглотившие бедный Эсминар! Только вам суждено вернуть солнце, госпожа, только вам!
В конце концов Мирабель смирилась с ролью, отведенной ей самими небесами.
Родители, чета Мейфордов, очень гордились тем, что произвели прекрасную Мирабель на свет. И недоумевали, когда видели, сколь невзрачной растет вторая их дочь Эдвина. Если красотой Мирабель любовался всяк и каждый, то неказистую Эдвину предпочитали попросту игнорировать. Сначала ее перестали замечать посторонние люди, затем сами родители, а после и слуги – они даже отказывали в ее просьбах, зная, что им ничего за это не будет. Никто никогда не заступался за Эдвину. Всем вокруг было плевать на дурнушку, ведь любовь и внимание людей полностью сосредотачивались исключительно на старшей дочери Мейфордов.
Часто предоставленная самой себе, Эдвина бесцельно бродила по особняку. И поскольку ей запрещалось даже выходить в сад, единственной отдушиной для нее стала библиотека. За чтением книг Эдвина проводила все свободное время, зачитываясь о тех временах, когда на небе еще ярко светило солнце.
– Почему она постоянно бездельничает?! – в один из дней гневно обрушилась на родителей Мирабель. – Я, значит, хожу с книгами на голове! До позднего вечера танцую, пою и рисую, а она только и отдыхает!
Мейфорды сочли это замечание справедливым. Но поскольку никаких важных дел для маленькой Эдвины они не придумали, было решено, что девочка должна помогать слугам справляться с многочисленными домашними обязанностями.
– Эй, замухрышка! – обзывала сестру Мирабель. – Принеси-ка мне клубничное мороженое и хорошенько взбей подушки ко сну! А еще начисти до блеска мои новые туфельки, постирай перчатки и приберись в моей спальне! Да поживее! Не терплю, когда приходится ждать!
– Хорошо, сестра, – безропотно кивала Эдвина и торопилась срочно выполнить все приказы.
В конце концов, Мирабель – будущая королева, надежда целого Эсминара! Расстраивать ее никак нельзя.
– Лишь счастье красит человека! – хором заверяли гувернеры. – Мирабель никогда не должна грустить! Малейшее расстройство может случайно навредить ее красоте! Помните: благополучие этой девочки – наша общая и первостепенная задача! Нет ничего важнее, нет ничего ценнее! Беречь эту красавицу – святой долг каждого жителя Эсминара!
Никто не мог усомниться в этом правиле, потому что оно подкреплялось фактами: с годами Мирабель становилась только краше. От занятий танцами ее талия сделалась очень тонкой, шея – лебединой, плечи – изящными, а осанка – идеально ровной.
Эдвина же продолжала оставаться серой мышкой. Ее скудный рацион не включал ни фруктов, ни ягод, из-за чего девочка выглядела очень бледной. Ее тусклые волосы стригли коротко, чтобы на них уходило меньше мыльной воды. Ее гардероб состоял из поношенных и перешитых нарядов прислуги. А взгляд ее голубых глаз не отличался легкостью и жизнерадостностью, присущими старшей сестре.
Не знавшая иной жизни, Эдвина не чувствовала ни зависти, ни обиды. Раз уж она уродилась такой, все, что ей оставалось, – это любить и заботиться о Мирабель, следуя примерам старших.
– Если будешь во всем угождать и стараться больше других, я этого не забуду, – обещала Мирабель, когда у нее было хорошее настроение. – Будучи королевой, я не дам тебе умереть с голоду. Уж в этом не сомневайся. Мы же все-таки сестры. Хотя, конечно, так сразу и не скажешь…
После таких разговоров Эдвина твердила себе, что в глубине души сестра все-таки ее любит. И любила ее в ответ. Любила так искренне, как только могло ее наивное одинокое сердце. Взрослея бок о бок, они стали понемногу сближаться. Однажды Мирабель позвала с собой на прогулку в запретный для сестры сад.
– Дождь накрапывает, возьми зонтик, – велела она, заглядывая в окно. – Будешь прикрывать меня от капель, чтобы моя прическа не испортилась.
В тот день Эдвина впервые увидела роскошный сад, прекрасный розарий и отдельную оранжерею, построенную специально для Мирабель. Чтобы девочка росла в поистине королевской красоте, здесь не покладая рук трудились по меньшей мере две дюжины садовников. Никогда прежде Эдвина не видела столько цветов! В оранжерее росли редкой красоты фрезии, тюльпаны, глицинии и фиалки. Яркие краски и сладкие ароматы вскружили ей голову.