ЗАТО: город забвения

Глава 16

В дверь ударили еще пару раз, как будто кто-то пытался высадить ее плечом, но она удержалась. Следом все стихло: и удары, и шорохи, и скрежет. Никто больше не дергал ручку, не пытался выломать дверь. Стало так тихо, словно те, кто находился по ту сторону, ушли.

Но, скорее всего, они просто затаились до поры до времени.

В квартире пока никто не смел ни пошевелиться, ни заговорить, ни даже вздохнуть слишком громко. В результате всех окутала такая тишина, какую Макаров познал только в этом городке. И в этой тишине он уловил новый звук. То ли хлюпанье, то ли чавканье, но хуже всего то, что доносился он со стороны кухни. То есть кто-то был с ними здесь, внутри.

— Они ушли? — наконец решилась спросить блондиночка, представившаяся Олесей.

— Тихо, — шикнул на нее Макаров, хотя ее голос и так прозвучал еле слышно.

Он обернулся и молчаливо прогнал с пути Дениса, стоявшего прямо за ним, поскольку они вошли последними. Тот послушно посторонился. Когда погасла лампа на камере, стало темно, как в чулане. Никаких источников света, даже луны за окном не было видно: то ли облачность прятала ее, то ли она обновлялась. Двигаться пришлось наощупь, вслушиваясь в едва различимые шумы. К хлюпанью прибавилось тяжелое хриплое дыхание и какой-то клокочущий звук, который Макаров не смог определить, но раньше определенно слышал.

Он медленно приблизился к дверному проему кухни, сжимая в потеющей ладони рукоять пистолета. Сердце колотилось в груди с такой силой, что казалось: вот-вот выпрыгнет. Память услужливо подсовывала образы, которые Макаров отчаянно пытался оттуда изгнать, и они поразительно точно ложились на происходящее сейчас.

— Павел, — шепотом позвала Громова, но он только махнул рукой, надеясь, что она каким-то чудом разглядит это движение.

Он переступил порог кухни, изо всех сил вглядываясь в темноту и вслушиваясь, чтобы определить, откуда исходят звуки. Можно было просто достать смартфон и включить на нем фонарик, но Макаров почему-то опасался это сделать. Говорил себе, что не хочет таким образом обнаружить себя, но в глубине души знал, что просто боится снова увидеть это.

Звук шел откуда-то сверху, из дальнего левого угла кухни. Там, конечно, было так же темно, как и везде, ничего не разобрать, оставалось только стрелять наугад. Макаров направил оружие в черноту, откуда, по его убеждению, доносился звук. Его вновь утянуло в прошлое, в котором свет фонарика выхватил сморщенное лицо, длинные спутанные космы, свисающие с потолка, темные глаза и неожиданно крепкие острые зубы, мелькнувшие в окровавленном провале разинутого рта.

«Ну же, стреляй!» — велела разумная его часть, но тело словно парализовало. Как и тогда.

Мгновение спустя вспыхнул яркий свет, прогнавший тьму. Ей не осталось места даже в углах: походная лампа на мощном аккумуляторе светила не хуже, чем любая домашняя.

Под потолком никого не оказалось. В кухне вообще никого не было. Никто и ничто не могло издавать звуки, которые он слышал.

— Все в порядке, Павел. — Голос Громовой прозвучал неожиданно близко, ее рука легла ему на сведенное судорогой плечо. — Здесь никого нет. Можете убрать пистолет.

И она обогнула его, чтобы поставить лампу на небольшой кухонный столик.

— Думаю, на какое-то время мы все можем расслабиться, — заметил Михаил с претенциозным прозвищем Архангел. — Здесь относительно безопасно.

— По крайней мере, если дверь снова начнут ломать, мы об этом быстро узнаем, — хмыкнул Лекс, опуская камеру на тумбочку в прихожей. С севшим аккумулятором от нее не было толку.

— А пока, думаю, будет не лишним попить горячего и что-нибудь съесть, — добавила Громова, принимаясь рыться в сумках и пакетах, составленных в углу. — Я умираю как хочу кофе.

— А у вас есть еда? — осторожно уточнила Олеся.

Макарову в этом вопросе послышалось деликатное уточнение: «На нас хватит?» Видимо, ребята не собирались ночевать в заброшенном городе. Или же их припасы остались в поврежденной машине.

— Не так много, как хотелось бы. — Громова неожиданно улыбнулась. — Часть еды осталась в машине за воротами. Но на ужин без изысков и завтрак нам хватит. Кофе, чай, сахар и сухие сливки есть в достатке. С водой только беда: она тоже в основном осталась в машине.

Макаров, успевший к тому моменту перевести дыхание, сбросить с себя оцепенение и убрать пистолет в кобуру, оглянулся на раковину и нахмурился. Подчиняясь внезапному порыву, он шагнул к ней и крутанул оба вентиля. Трубы загудели, в кране что-то фыркнуло, потом из него плюнуло. Следом вырвался ржавый плеск, за ним еще парочка, и наконец потекла бурая вода. Постепенно из нее уходили посторонние краски, и в скором времени она обещала стать совсем прозрачной.

Остальные замерли, молча наблюдая за этим фокусом. Лишь когда поток воды стал уверенным и почти чистым, Архангел, застывший на пороге кухни, щелкнул выключателем — и лампочка в скромном абажуре ярко вспыхнула, добавляя света.

— Ну что ж, — прокомментировала все это Громова. — Значит, чай и кофе у нас есть практически в неограниченном количестве. Надеюсь, это означает, что канализация тоже вполне себе работает, а то наш биотуалет не рассчитан на такое количество народу.

— Хорошо, что я зарядку взял с собой, — обрадовался тем временем Лекс, вытаскивая зарядное устройство из маленькой сумки, висевшей у него на поясе, и устремляясь с ним в прихожую.

— Надо бы ему про розетки сказать, — насмешливо заметил Денис, уже пристроившийся на одной из табуреток у стены. Трость он поставил рядом.

— Да сейчас сам все поймет, — хмыкнула Громова, проверяя работоспособность плиты и ставя на нее чайник с водой. Пока она предпочла взять ее из бутылки.

Лекс действительно вскоре вернулся, разочарованный и сбитый с толку. Макаров в двух словах рассказал ему о несовпадении современных евророзеток с советским стандартом, а Громова милостиво разрешила воспользоваться ее портативной электростанцией. Сама она воткнула в нее зарядное устройство для смартфона, к которому подключила найденный в отделении милиции аппарат.

— Мне кажется, надо бы все-таки прояснить, кто из нас кто и как здесь оказался, — заметил Архангел, пока грелась вода, а Громова выкладывала на стол имевшееся в наличии съестное. — С нами все понятно: нас прислал телеканал делать передачу о заброшенном ЗАТО. Лекс наш оператор, у меня определенные способности и опыт участия в телешоу, а Олеся — блогер с небольшой аудиторией, которую взяли в проект по знакомству..