Муаллим

— Слушаю вас, — Максим со всем возможным хладнокровием смотрел на сидевшего перед ним мужчину и говорил нарочито уважительно.

Директору было страшно. Чертовски страшно. Но как опытный бизнесмен даже при плохой игре он умел делать хорошую мину.

— Догадываешься, зачем я пришел?

— Похвастаться своим большим стволом? — даже в такой момент Максим не смог удержаться от сарказма.

Сидевший напротив Михаил громко рассмеялся.

— Ну ты и наглец, — он резко оборвал смех и наклонился к Максиму. — Подставил моего сына, да?

— Подставил? — переспросил Максим.

— Ты дал на лапу кому-то из полицейских, чтобы моего сына обыскали, верно?

Вспыливший Михаил вскинул руку и навел на директора дуло пистолета.

— Я лишь передал полиции сведения, — от охватившего его ужаса Максим нервно сглотнул, но не стал увиливать от честного ответа.

— Может, скажешь, что и метадон Олегу подбросил не ты? — надавил на директора Михаил.

Максим не ответил. Лишь продолжал молча смотреть на вооруженного мужчину, стараясь совладать со страхом в груди.

— Ты подставил моего сына! — размеренный голос Михаила перешел в истеричный крик. Он больше не спрашивал — теперь вооруженный мужчина безапелляционно утверждал.

— Олег продавал наркотики ученикам… — попытался вставить Максим, но договорить ему не дали.

— Да знаю я, что он действительно торговал этой чертовой наркотой! — Михаил разгневанно тряс пистолетом. — Вот только найденные в рюкзаке таблетки принадлежали не ему!

Испепеляющим взглядом, полным злобы и ненависти, Михаил смотрел на директора.

— Сейчас ты возьмешь ручку, — Михаил ткнул дулом пистолета в лицо Максиму, — и шаг за шагом опишешь, каким именно способом подставил моего сына. Расскажешь, откуда достал наркоту. Как, по твоему поручению, колеса подбросили моему сыну. Едва ли ты сам способен на такое, да? Поведаешь судье, кому из полицейских дал на лапу, чтобы обыскать Олега и сломать ему жизнь.

— Вы ведь понимаете, что подобное признание не будет иметь никакой юридической силы? — спросил Максим.

— Что ж, — Михаил сделал вид, будто о чем-то задумался. — А ты, пожалуй, прав. Судья может и оправдать тебя.

Михаил взвел курок.

— Но не беспокойся. От моего суда ты не уйдешь.

В подвале было мрачно и влажно. Егор втянул носом затхлый запах пыли, тонким бархатным слоем покрывавшей лежавший повсюду хлам. Небольшая подземная комнатушка, в которой он стоял, давно превратилась в склад забытых и ненужных вещей: вдоль стен тянулись стопки с пожелтевшей от времени макулатурой, на полу валялись местами разорванные картонные коробки, набитые стеклянными и жестяными банками, а в углу примостилась смотанная в плотный рулон ветошь. Поводив ладонью рядом с дверью, Егор нащупал язычок выключателя и пальцами потянул его вверх. Подвал тут же наполнился желтым светом.

Школьный инженер-техник дядя Вася попросил приставленного ему в помощники на период летних каникул Егора осмотреть подземную комнатушку и прикинуть, сколько времени уйдет на выбрасывание оттуда накопившегося барахла. Недавно директор предложил убрать школьные серверы из небольшой комнаты на первом этаже и перенести их в подвал, давным-давно забитый всяким мусором, а освободившееся помещение отдать на нужды учеников.

Оглядевшись по сторонам, Егор попинал ногой лежавшие у входа мешки с цементом и грустно вздохнул, понимая, что выносить их придется, скорее всего, ему в одиночку. Но перспектива тяжкого труда не особо пугала Егора. За работу он неизменно получал щедрое вознаграждение и не имел ни малейшего морального права жаловаться на столь мелкие неудобства.

Оценка сроков выполнения задачи не заняла много времени. «Неделю тут прокорячусь», — подумал Егор, после чего потушил свет, вышел из подвала и закрыл дверь на ключ. Он неспешно поднялся по лестнице, свернул из крохотного коридорчика в холл первого этажа школы и уверенно направился в кабинет системного администратора, но внезапно его остановил окрик со стороны входа в здание.

— Ты что здесь делаешь? — к Егору тут же подбежал встревоженный охранник. — Срочно покинь школу!

— А что случилось-то? — от суеты пожилого мужчины Егору стало немного смешно. — Опять бомбу заложили?

— Там вооруженный человек ворвался к директору! — громким шепотом сказал охранник. — А ну-ка живо иди к выходу!

Улыбка сошла с лица Егора. По телу пробежали миллионы мурашек лютого ужаса. Непонятным образом, шестым чувством юноша догадался, кто именно явился к Максиму. И по чьей вине это случилось.

— Беги давай! — голос охранника вывел Егора из остолбенения.

— Пропустите, — Егор сразу дал понять, что не собирается его слушать.

— Ты что делаешь?

Мужчина в темной форме попытался преградить Егору путь, но тот легко нырнул в сторону и, обойдя охранника, бросился на помощь к Максиму.

Дверь в кабинет директора была открыта нараспашку. Остановившись рядом, Егор незаметно заглянул внутрь. Бледный как мел Максим с каменным выражением сидел напротив незнакомого мужчины, который уверенно держал его на прицеле. По обрывкам их разговора Егор понял, что напротив директора сидел отец Олега Петрова.

Мгновение понадобилось Егору, чтобы осознать причину происходившего. Его неразумный поступок, сделанный из лучших побуждений, вот-вот мог стоить директору жизни. Но времени на самобичевание у молодого человека не оставалось. Нужно было срочно действовать. Пока не стало слишком поздно.

Преодолев страх, Егор переступил порог кабинета.

— Твой сын — тот ещё ублюдок, — с вызовом бросил он.

Вооруженный мужчина тут же обернулся на голос и навел пистолет на школьника. От испуга Егор остановился как вкопанный.

— Свали отсюда прочь, — приказал Михаил, но парень демонстративно остался на месте.

— Олег редкостный придурок, — Егор продолжал бросать язвительные слова мужчине, сам не понимая, чего именно старался добиться. — Мало того, что наркотой торгует, так ещё и людям грубит, и слабых обижает. Заносчивый и высокомерный подонок — вот он кто. Интересно эти качества достались ему от матери? Или от отца?

— Заткнись, щенок! — Михаил вскочил с места, продолжая держать Егора на прицеле.

— Кстати, вы ведь знаете, что ваш сынок чуть не отправил в могилу однокашницу, да? Продал ей дури больше, чем та смогла переварить. Если бы не директор, то Олегу до конца дней пришлось бы тащить на своей душе её труп. Круто, правда?