Муаллим

Глава 2

Был полдень. Максим вышел из машины и внимательно осмотрел возвышавшееся напротив него здание школы, сделанное из красного кирпича и явно наследовавшее архитектурные черты эпохи классицизма. Над вымощенным светлой мраморной плиткой крыльцом пятиэтажного строения нависал опиравшийся на шесть колонн просторный балкон, а внутрь вели огромные, в два человеческих роста, двери из светлого дерева с широкими оконными прорезями и вставленными в них прозрачными стеклами.

Пройдя через распахнутую калитку окружавшего территорию школы зеленого забора, Максим приблизился к входу и легко поднялся по ступеням. Он на секунду остановился, посмотрел на медную вывеску с выгравированным номером школы, висевшую над дверьми, после чего негромко хмыкнул и зашел внутрь.

— Вы к кому? — дорогу Максиму тут же преградил невысокий пожилой охранник с пухлыми щеками и густыми усами.

— К себе, — доброжелательно произнес Максим, вытягивая вперед ладонь. — Максим Леонов, новый директор.

Охранник тут же представился в ответ и пожал протянутую руку.

— Давайте провожу вас в канцелярию к нашему завучу, — сказал он и жестом попросил Максима идти следом. Мужчины прошли через просторный холл, затем по коридору, откуда свернули в открытую дверь, рядом с которой висела небольшая прямоугольная табличка с надписью «Канцелярия».

Внутри за широким столом, склонившись над заполнением каких-то бумаг, сидела худощавая светловолосая женщина лет тридцати, с приятным лицом. Повинуясь нажитой привычке, Максим тут же принялся досконально изучать её внешний вид. В бизнесе это умение часто оказывалось полезным: галстук, ботинки, часы и крохотные атрибуты гардероба помогали кое-что узнать о посторонних людях, в частности — безошибочно отличить по-настоящему важного, состоятельного человека от заурядной мелкой сошки, маскировавшей собственную незначительность за счет купленного с рук элитного смартфона и поддельных «Ролексов» на запястье.

Стройное телосложение, острый подбородок, впалые щеки и бледноватый цвет кожи придавали облику незнакомки некую аристократичность. Фигуру женщины облегала белая блузка и длинная серая юбка, удачно сочетавшиеся по фасону. Следом Максим подметил качественный французский маникюр на её пальцах, подобранную в тон наряду коралловую губную помаду и несколько недорогих, но элегантных ювелирных изделий, которыми та предпочла дополнить свой образ. Выводы напрашивались сами собой: женщина явно была небогата и достаточно скромна, но при этом обладала хорошим, в чем-то даже изысканным вкусом, без малейшей примеси вульгарности.

Услышав шаги, она оторвалась от своих записей, подняла взгляд и ярко-голубыми глазами посмотрела сначала на Максима, а затем — на охранника.

— Марина Ивановна, это к вам, — тут же выпалил охранник.

— Добрый день, — она поднялась с места. — Вы, должно быть, Максим Игоревич?

«Да ну нафиг, зовите просто Максим», — чуть было не ответил он по привычке, но удержался.

Максим не любил, когда его называли по имени и отчеству. Что-то неприятное, закостенелое и старческое чувствовал он в столь длинном обращении, а потому всегда просил коллег и партнеров избегать лишнего официоза и звать его лишь по имени. Но так было раньше — в среде бизнесменов. Теперь же Максим оказался на незнакомом игровом поле, а значит сразу же переходить к развязности в общении с новыми коллегами пока что не стоило.

— Все верно, Максим Игоревич, — тихо поскрипев зубами, ответил он.

— Меня зовут Марина Ивановна Сечина, заведующая учебной частью школы.

Она кивнула охраннику, давая понять, что помощь пожилого мужчины более не требуется. Тот с чувством выполненного долга сразу же удалился из кабинета.

— Приятно познакомиться, — Максим сделал шаг вперед и аккуратно пожал протянутую руку. Ладонь женщины оказалась мягкой, но как будто ледяной. — С вашего позволения, принимаю штурвал корабля.

— С удовольствием его передаю — и капитанскую шапку в придачу, — искренне улыбнулась Марина, ненадолго подхватив непринужденную манеру общения собеседника. — Рада, что у нас в городе теперь новый шериф.

Легкость и спокойствие, с которыми вела диалог Марина, сразу же пришлись Максиму по душе.

— Пройдемте, покажу ваш кабинет, — она вышла из-за стола и проследовала в дальнюю часть канцелярии, где находилась закрытая дверь с торчащим из замочной скважины ключом. Повернув его на один оборот, завуч надавила на ручку, открыла дверь и зашла внутрь.

Мужчина вошел следом и очутился в небольшой полупустой комнате. Мебели внутри почти не было — лишь несколько стульев, забитый многочисленными картонными папками шкаф, черный диван из дешевого кожзаменителя и пара широких письменных столов, один из которых пустовал, а второй, напротив, был до верху завален бумагами.

— Ну и клоповник, — вслух сказал Максим.

От прямолинейности нового руководителя Марина хихикнула. Критика мужчины ничуть её не смутила и показалась вполне уместной.

— Небольшой ремонт здесь явно бы не помешал, — сказала она.

— Ага, прям совсем крошечный, — Максим аккуратно покачал из стороны в сторону стоявший у стены и почти развалившийся на куски стул, который наполнил помещение тихим деревянным скрипом. По сравнению с роскошным кабинетом в офисе своей бывшей компании эта комнатка казалась Максиму поистине убогой. — Впрочем, ничего страшного. Побелим потолки — и сразу будет тип-топ.

— Как говорится, чем богаты — тем и рады, — Марина развела руками. — Раньше в этом кабинете располагались двое — я и предыдущий директор. Но вам, наверное, будет удобнее разместиться здесь в одиночестве?

— С чего это вы взяли? — Максим помотал головой. — Тут полно места для двоих. К тому же одному здесь мне будет тоскливо.

Он лукавил. Кабинет действительно был тесноват для двух человек и, конечно же, Максиму было бы куда комфортнее занять его в одиночку. Но тогда он оказался бы в невыгодном положении — полностью отрезанным от остального коллектива. Максим понимал, что его назначение и так неминуемо скажется на внутренних настроениях работников школы, породит волну слухов и сплетен. Все будут судачить о биографии Максима, строить предположения о причинах его прихода, обсуждать и, разумеется, критиковать его решения. А дверь, отделяющая кабинет Максима от окружающих, станет лишь дополнительной преградой между ним и подчиненными.