Страница 20 из 78
— Извините, а для чего нужно оцепление?
— Вы, видимо, новенькая, поэтому не знаете наших правил. Это нужно для предотвращения каких-либо беспорядков. Часто, к сожалению, получается, что понесшие наказание по одному делу люди встречаются здесь, и начинается потасовка. Раз попали в одно место, то надо искать компромиссы, а не продолжать противостояние. Все же, худой мир лучше доброй ссоры. А как вы считаете?
Я не успела ответить, как услышала крики юноши:
— Едут, едут..
Из-за поворота показалась длинная карета-дормез, запряжённая шестью лошадьми, обычно, перевозившая до восьми заключенных. Окна были зарешечены, и у каждого ссыльного имелось свое спальное место. Остановок при перевозке осуждённых людей в постоялых дворах не предусматривалось, и кормили их только один раз в день где-то в лесу у речки. Побегов не было, если не считать единичных случаев, ведь наказание было намного серьезнее — если поймают, то отправят на каторгу.
Карета остановилась, и с ней шестнадцать гвардейцев-сопровождающих. Старший среди них — молодой юноша соскочил с лошади и прошел к группе мужчин, стоявших на крыльце административного здания.
— Ссыльные доставлены, — отрапортовал юноша коменданту лиру Викраму Паттену.
Я впервые видела, как военнослужащий отдаёт честь вышестоящему: этот жест напоминал пионерский салют, так знакомый детям, родившимся до 1980 года.
— Выпускайте по одному, сразу ставим маячок, — скомандовал комендант.
Гвардейцы окружили дормез, и ссыльные стали выходить по одному. Как только появился первый, ему закатили рукав до локтя и выстрелили в руку артефактом, напоминающим пистолет.
Некоторые ребята ойкали, но большинство молчали. Всего из кареты вышло восемь человек. Их выстроили в одну шеренгу и велели слушать речь коменданта.
— Добро пожаловать в Лесное, — начал речь лир Паттен. — Для нас вы не ссыльные, а просто люди, попавшие в тяжелую ситуацию, и я надеюсь, каждый из вас осознает свои ошибки и исправит их своим трудом. Большинство людей, каких вы видите на площади, бывшие ссыльные — такие же, как и вы, но мы живем одной дружной семьей.
Дальше комендант рассказал, куда заселят ребят, и что надо сделать для этого. Меня радовало, что ссыльных обеспечат постельным бельем и запасной одеждой, которая меняется по графику. Сейчас же им нужно было распределиться по командам для дальнейшего обучения. Как я поняла, списки уже были составлены.
Аллесио стоял пятым и периодически разглядывал народ, ища в толпе меня, но я не могла подать ему знак, так как прямо передо мной стоял стражник, заслонявший спиной брата.
После речи коменданта стражники и гвардейцы разрешили подойти к вновь прибывшим, и я воспользовалась этим. Медленно подходила к брату, не знала, с чего начать разговор, но меня опередили. Лиззи вырвала руку у Манилы и с криком:
— Дядя Аллесио, — прыгнула ему на руки.
— Малышка, как я рад видеть тебя, — обрадовался брат и стал глазами искать меня.
Я показалась из-за спины няни. Всё же мне было неудобно обнимать мужчину, которого я видела второй раз в жизни.
— Анна, родная, — радостно вскрикнул он и в два шага уменьшил расстояние между рами.
Оглядев меня, он укоризненно покачал головой.
— Как же я за тебя переживал, сестрёнка. Хорошо, что ты рядом со мной.
Он нежно обнял меня, и я почувствовала, что попала в родные руки, которые не дадут больше никому обидеть. От этой мысли на глазах навернулись слезы.