Страница 2 из 47
Глава 1. ИСЧЕЗЛИ!
Под майским солнцем аэропорт Буффало выглядел спокойным, как пруд в штиль. Как и в пруду, в нем водились свои водяные жучки - самолеты, некоторые стояли, один выезжал на взлетную полосу, несколько выруливали на взлетную площадку.
Спокойствие и умиротворение в лучах позднего майского солнца. Оглядываясь назад, Ричард Бенсон не мог осознать, что в этом спокойствии и упорядоченности зародился тот фантастический ужас, который должен был изменить весь ход его жизни.
Такие вещи не могли вырасти из зародыша ужаса, поселившегося в этом мирном месте. Такого вообще не могло случиться! Только не с Бенсоном, которого все его друзья называли самым удачливым человеком из всех, кого они знали.
Но семя трагедии все же проросло на этом поле. И с ним случилось то, что случилось.
***
Десятиместный "Дуглас" был одним из двух самолетов, работавших на холостом ходу. Он сидел на взлетной полосе, принимая в свою пасть последний багаж пассажиров. Бенсон видел его из окна.
Бенсон разговаривал с агентом.
— Я должен немедленно лететь в Монреаль! Вы понимаете? Я должен!
Агент почтительно слушал. Бенсона всегда слушали с уважением. Его иссиня-черные волосы, обрамляющие худое квадратное лицо, бледно-серые глаза, пылающие жизненной силой и волей, его прямое, как хлыст, тело и быстрые, уверенные движения внушали уважение с первого взгляда.
Но все же агент покачал головой.
— На монреальский самолет, вылетающий сейчас, все места заняты. Разве вам не сказали в офисе в центре города?
Глаза Бенсона были как бледно-серый огонь.
— Мне сказали. Но должно же быть место для нас троих. Мать моей жены умирает в Монреале.
Он положил руку - такую длинную, с тонкими пальцами, состоящую словно из стальной проволоки и кожаного сухожилия, - на руку миссис Бенсон, которая немым призывом смотрела на него из мягких карих глаз.
Она была красива. Жена Бенсона. Высокая, красивая и стройная, с мягкими золотистыми волосами и темно-карими глазами. В своем твидовом дорожном костюме она была похожа на серую голубку с золотым гребнем. Лицо Бенсона смягчилось, когда он посмотрел на нее. Так было всегда. И жесткий огонь в его серых глазах всегда смягчался, когда они останавливались на маленькой изящной фигурке рядом с Алисией Бенсон - его маленькой дочери, такой же кареглазой и золотоволосой, как ее мать. Жена и девочка, которыми можно гордиться!
Агент качал головой, сочувственно глядя на всех троих.
— Этого просто нельзя сделать. Самолет в полночь...
— Не могу ждать так долго, — огрызнулся Бенсон. Его лицо представляло собой квадрат непреклонной цели. На нем было выражение, которое появлялось в его разнообразном и полном приключений прошлом, когда возникала какая-то неразрешимая для обычных людей проблема - и решалась им.
— Я закажу самолет. Мне все равно, какого размера...
— У нас на поле нет самолета, который можно было бы зафрахтовать, — сказал агент. — Боюсь, вы просто не сможете...
В этот момент Бенсон выглянул в окно офиса аэропорта и увидел, как "Дуглас" выруливает на взлетную полосу.
***
Не говоря ни слова агенту, он поспешил к двери, а Алисия и маленькая Алиса последовали за ним.
— Что ты собираешься делать, дорогой? — спросила Алисия Бенсон. Ее голос был так же прекрасен, как и вся она. В нем звучало недвусмысленное доверие к этому серому пламени мужчины.
— Я собираюсь немедленно доставить нас в Монреаль, если придется...
Стук двери прервал его фразу. Он поспешил к лайнеру.
В покое Бенсон вызывал уважение. В движении он вызывал нечто похожее на благоговение. Только раз в десятилетие можно увидеть человека, который двигался бы с такой легкостью, идеальной координацией и ритмом, присущими Ричарду Бенсону. При этом он не выглядел особенно крупным. В нем было не более пяти футов восьми дюймов, вес — около ста шестидесяти фунтов.
Они с Алисией и маленькой Алисой подошли к самолету. Двойная металлическая дверь была все еще открыта, трап стоял на месте. Стюард обошел самолет и встал перед ними.
— Вы те трое, которые занимают свободные места в этом самолете? — спросил он.
Он был высоким и костлявым, с суставчатыми руками и красной грубой кожей. Песочные брови, словно песчаные канаты, нависали над его морозно-голубыми глазами.
Бенсон уставился на него, бледные глаза полыхали триумфом.
— Значит, в самолете есть три места! Все говорили, что у нас нет шансов попасть на борт. Идеальный заговор, чтобы не дать нам подняться на борт! Но мы им покажем.
— Если у вас нет билетов... — начал служащий с тяжелым шотландским говором.
— Мы заплатим на другом конце. Исправьте это нарушение, как вам будет угодно. Идемте, милые.
Подъем по ступенькам и вход в самолет. Рев мотора, хлопок металлической двери, которую заперли на ключ, и затем движение. Бенсон огляделся. Он был обречен, хотя и не знал этого.
Кроме Бенсонов, в самолете находились шесть мужчин и женщина. Женщина была молодая, красивая, но с жесткой линией рта. Один из мужчин был крупным и дряблым, с излишками плоти; другой — крупным, но не дряблым, с копной черных волос на руках; третий — невысоким и крепким, жевавшим незажженную черную сигару. Остальные трое были просто средними, чтобы затеряться в толпе.
— Удобно, дорогая?
Бенсон откинулся на сиденье и положил руку на плечо жены. В каждом движении этих двоих читался идеальный союз.
— Мне хорошо, не волнуйся, — улыбнулась Алисия Бенсон. А маленькая Алиса ответила: — Я тоже в порядке, папочка.
Бенсон расслабился, его тело легко подчинилось легкому движению самолета. На западе, за хвостом, поздний свет скрылся за горизонтом, и пурпурные сумерки накрыли пейзаж.
Они летели к смертному одру, но мать Алисии была стара, а смерть приходит к пожилым людям мягко. Несмотря на ситуацию, Бенсон не мог не чувствовать себя почти счастливым, размышляя о том, как ему повезло.
Он держал весь мир за хвост — или так казалось, когда опускались мрачные багровые сумерки. Прекрасная семья, большое состояние, которое он мог щедро тратить, сравнительная молодость и здоровье...
***
Самолет с ревом понесся на восток и север. Под беззвездным небом черная поверхность озера Онтарио превратилась в черный стальной лист. Невысокий крепкий мужчина жевал свою потухшую сигару и с выражением смотрел на Бенсона, нежно-красивую женщину и маленькую девочку. Крупный мужчина с копной черных волос на тыльных сторонах рук смотрел в окно, не обращая ни на кого внимания.