Страница 3 из 111
— Она видела.
— Она видела раненого человека. Не больше.
Он ничего не сказал.
Но я заметила, как изменилось лицо.
Даже полубессознательный, он продолжал считать риски.
Это мне не понравилось.
— Не смейте её запугивать.
Он перевёл взгляд на меня.
— Ты всегда заранее ругаешься за то, чего ещё не произошло?
— Судя по вашему поведению, профилактика не помешает.
Снаружи послышался звук машины.
Потом ещё одной.
Слишком быстро.
Я посмотрела на часы.
Прошло меньше десяти минут.
Входная дверь открылась.
Первым вошёл мужчина лет двадцати шести.
Высокий, в тёмной куртке, лицо напряжено.
За ним ещё один.
Оба сразу увидели кровь.
Первый подошёл к нам.
— Арс.
Раненый открыл глаза.
— Не ори.
— Я сейчас тебя сам пристрелю.
— В очередь.
Вот этот, значит, Север.
Он опустился рядом и быстро оценил повязку.
Потом посмотрел на меня.
Взгляд совершенно изменился.
С тревоги на холодную оценку.
— Ты одна была?
— Нет.
Его взгляд метнулся в сторону склада.
Мне это не понравилось.
Совсем.
— Она никому не звонила? — спросил он уже у Тимура.
— Не успела.
— А полиция?
Я поднялась.
— Если хотите забрать его, забирайте. Но угрожать мне и моей коллеге не нужно.
Север тоже поднялся.
— Девушка, ты сейчас вообще не понимаешь, во что влезла.
— Я никуда не влезала. Ваш друг пришёл сюда сам.
— Тогда сделаешь себе одолжение и забудешь, что видела его сегодня ночью.
Тон был уже не предупреждающим.
Это была угроза.
Я почувствовала холод где-то под рёбрами.
Но отступать было поздно.
— А если не забуду?
Север сделал шаг ближе.
— Тогда у тебя могут появиться проблемы, которые—
— Север.
Голос Тимура был слабее прежнего.
Но мужчина остановился сразу.
Тимур медленно поднялся, опираясь здоровой рукой на стойку. Второй мужчина тут же подошёл поддержать, но Тимур раздражённо оттолкнул его.
— Я сам.
Он посмотрел на Артура.
— Она мне помогла.
— Я вижу.
— Тогда какого хуя ты её прессуешь?
Север напрягся.
— Потому что она всё видела.
— И что? Она должна была дать мне сдохнуть на полу, чтобы тебе спокойнее было?
Артур промолчал.
Тимур повернулся ко мне.
Мы впервые стояли друг напротив друга при нормальном свете и почти без необходимости срочно что-то делать.
Он выглядел плохо.
Но опасность никуда не исчезла.
Наоборот.
Теперь я ещё яснее понимала: люди рядом с ним слушают не потому, что он громче.
— Никому не рассказывай про эту ночь, — сказал он.
Я вскинула брови.
— Это просьба или тоже угроза?
Он несколько секунд смотрел.
— Просьба.
Потом добавил:
— Но полицию всё равно не надо.
— Вы неисправимы.
— Уже понял.
Север явно хотел что-то сказать, но промолчал.
Тимур взял куртку, которую я успела снять, и тут же поморщился.
— Вам нужен врач.
— У меня есть.
— Настоящий?
— Почти.
Я закрыла глаза на секунду.
— Боже.
— Не впутывай его.
Я посмотрела на него.
Он усмехнулся.
Совсем чуть-чуть.
И тут же снова стал серьёзным.
— Спасибо, Ева.
Вот этого я не ожидала.
После всего мата, приказов, угроз, крови и этого его «не звони, блядь, никуда» обычное спасибо прозвучало странно.
Почти не к месту.
— Поезжайте уже.
Он кивнул.
Север помог ему выйти, хотя Тимур продолжал делать вид, что вполне способен идти сам.
Через несколько секунд дверь закрылась.
Машины уехали.
Я осталась посреди ярко освещённой аптеки.
На полу кровь.
На стойке использованные упаковки.
В руках всё ещё перчатки.
Инга вышла со склада медленно.
Посмотрела на дверь.
Потом на меня.
— Ева…
— Даже не спрашивай.
Я сняла перчатки.
Только теперь заметила, что руки дрожат.
Пока он был здесь, я не чувствовала этого.
Не было времени.
Я подошла к раковине и включила воду.
Красные следы медленно исчезали с кожи.
Арс.
Север.
Человек с пулей в плече, который матерился на меня за попытку вызвать скорую, а потом не позволил своему другу перейти границу.
Я понятия не имела, кто он.
И очень надеялась, что никогда больше не узнаю.
В ту ночь я ещё не понимала, насколько сильно ошибаюсь.