Страница 68 из 94
В нескольких минутах ходьбы от порта их уже ждала черная закрытая повозка. Возница, тоже в черном, кивнул, здороваясь. Щелкнули поводья, и три тихие лошади зашевелились. Их копыта застучали по мостовой. Септима сидела рядом с возницей, Коренастый забрался в переднюю часть повозки. Кейн занервничал: прямо за ним стоял Девадас, будто прикидывая, не хочет ли Кейн сбежать. В отличие от Коренастого или Септимы, великан явно еще сомневался в нем. Кейн забрался в повозку и устроился позади, не желая сидеть рядом с грубияном Коренастым. Девадас сел рядом с Кейном.
Штаб Службы тайных дел, как и многие другие правительственные здания, располагался в старой части города. Повозка остановилась у ворот крепости, окружавшей Старый город. Ночью никого туда не пускали без разрешения. Стражники подали знак своим товарищам на стенах, и ворота неторопливо открылись. Первое, что бросилось в глаза Кейну, – ровные шеренги фонарей вдоль улицы. Ночь в Старом городе отличалась от дня: вместо желтовато-белого солнечного света дорогу освещало бледно-синее мерцание магических фонарей. Повозка поехала вдоль реки. Фонари отбрасывали дрожащие блики на темную воду.
Коренастый заговорил с передней скамьи:
– Ты бывал в Старом городе?
– Несколько раз доставлял сюда масло, – ответил Кейн и снова выглянул в окно.
В Старом городе практически не было выходцев из провинций. Более того, уроженцев шести других городов имперской метрополии здесь тоже было очень мало. В Старом городе находились Сенат, Совет граждан, другие правительственные и торговые учреждения. Здесь был настоящий центр мира, колыбель Империи. Здания были выше и больше, фонари – ярче, магазины – роскошнее. Даже листья на бесчисленных деревьях, посаженных между зданиями и фонарями, казалось, сияли.
– Следующие несколько дней на улицу точно не выберешься.
Если Элдред не ошибался, то «Цепь Судьбы», состоящая из трехсот двадцати семи магических генераторов, вот-вот взорвется. «Звезда Мерсии» сможет уничтожить весь материк, на котором расположена Империя. И Кейн знал, что если сейчас войдет в здание Службы тайных дел, то может больше никогда не увидеть дневного света.
Рядом сидел Девадас. В его пристальном взгляде Кейн прочитал недоверие и торопливо отвернулся, скрывая неловкость. Девадас продолжал смотреть. Тогда Кейн возмутился:
– На что это ты смотришь?
Девадас ответил своим низким хрипловатым голосом:
– Ты был не один в той лодке.
– Естественно. Еще там были Гладис и ее телохранитель.
Лицо Девадаса изменилось. Промелькнуло что-то похожее на печаль. Великан ткнул пальцем в грудь Кейна.
– Нет. Был еще один человек. Я видел это по твоему лицу.
Кейн почувствовал, как сердце замерло в груди. Он не нашелся, что ответить. Как Девадас сумел увидеть галлюцинацию, вызванную ядом?
– Тебе нужно сделать еще что-то? – понизил голос Девадас. – Так? Ты унаследовал чужое бремя.
Коренастый снова подал голос:
– Точно не кого-то из Бараты, Девадас. Продолжишь распространять суеверия, и Служба дознания придет за тобой, забыл?
Девадас промолчал, только отвернулся и закрыл глаза.
Кейн думал о последних словах Пиены. Он должен был отомстить за нее, победить злодея и спасти мир. Или хотя бы людей, которые в нем живут, будто король подданных. Пиена была грезой, которую Кейн видел наяву. Но он не мог просто так отмахнуться от нее, как от игры отравленного разума.
Теперь Кейн понял, почему не смог рассказать троице ищеек о «Цепи Судьбы» и магическом генераторе. Не Служба тайных дел должна была решить это дело. И не Империя. Дело поручили Кейну, и именно ему с ним справляться.
Но осознание пришло слишком поздно. Бежать следовало до того, как он залез в повозку. Теперь рядом сидели Девадас и Коренастый, следя за каждым движением. А штаб Службы тайных дел – одно из самых охраняемых мест в мире. Кейн даже отдаленно не представлял, как оттуда бежать.
Справа показался Сенатский холм. На вершине стояло старинное здание, увенчанное белоснежным куполом. Высший орган имперской власти, в подземелье под которым лежит «Цепь Судьбы», готовая поглотить весь город. Возможно, Сапхани уже там и устраивает чудовищное бедствие, которое погубит Империю. Кейн почувствовал, как сердце тоскливо сжалось в груди.
Уличные фонари мерцали, будто отражения звезд на море. Девадас ожил и зашевелился, а Коренастый нахмурился и выглянул в окно.
И тут все фонари, как по команде, разом погасли.
– Что это…
Не успел Коренастый договорить, как фонари на прямом участке дороги вспыхнули и разлетелись вдребезги. По столбам заструились потоки высвобожденной энергии. Ровное синеватое мерцание сменилось фиолетовыми разрядами молний.
– Держитесь крепче! – крикнула Септима.
Лошади заржали. Дома вокруг сотрясались с диким грохотом. Повозка накренилась, и Кейн слетел с места вправо. Он услышал крик Коренастого прямо перед собой. Кейн попытался повернуться к Девадасу, но тут всем телом почувствовал чудовищный удар.