Страница 94 из 120
Изабель едва держалась. Ей было сложно воспринимать и анализировать происходящее, но вдруг стало казаться, что Генворт Нотт намеренно провоцировал свой же народ. Он сознательно разделил королевство на тех, кто поддерживает союз с вампирами, и тех, кто категорически против, ведь ему самому это выгодно. Так, в любой момент он мог повернуть ситуацию в свою пользу. И если прямо сейчас лорд Лерой откажет ему, король Арданеи в одночасье развернет против него не только свою армию, но еще и как минимум половину королевства. Когда король покажет людям, насколько опасны вампиры и подаст им свою «правду» под правильным соусом, даже самые ярые сторонники бессмертных в итоге примкнут к охотникам.
Положение лорда Лероя отнюдь не выгодно. И если он действительно не желает дальнейшего кровопролития, то подчинится.
– Я поговорю с ним, – произнес Кайрон.
Изабель ждала, что тот мгновенно переместится на Громовой Утес. Однако Гесс просто закрыл глаза и сосредоточенно замер, так, словно диалог с лордом шел у него в голове. Вскоре с характерным хлопком предстал и сам лорд Лерой. Он подошел к тяжело дышавшей Присцилле, опустился перед ней на колени и обхватил пальцами ее запястье.
– Обратите ее. – В приказе короля сквозила невысказанная, но очевидная угроза.
Адриан Лерой посмотрел на него с укоризной, однако тон его был спокоен:
– Вы должны понимать, что обращение дитя совершенно не то же самое, что и обращение взрослого. Нет никаких гарантий, что сердце или психика Присциллы выдержат.
– Довольно болтовни, – яростно отмахнулся король. – Действуйте!
Лорд широко раскрыл рот, обнажая клыки. Прямо сейчас он мог напасть на короля, лишить его жизни и ни один из гвардейцев не успел бы ничего сделать. Однако после убийства монарха нельзя рассчитывать на мир. Народ попросту не сможет впредь доверять вампирам. Всякая смена власти должна быть легитимной и неоспоримой, чтобы не порождать неразрешимых вопросов и новых войн.
Вот почему убийство безумного короля обернулось бы бóльшим безумием, став сильным подспорьем для охотников и подпиткой для возрастающей ненависти к вампирам. Так что сложившаяся ситуация не предполагала простого решения.
Лорду Лерою оставалось лишь подчиниться, а потому он приник губами к запястью девочки, после нескольких глотков отпустил его и одним стремительным рывком хищно впился ей в шею. Присцилла истошно закричала. Ее тонкое, еще не оформившееся тельце задрожало, а затем лихорадочно забилось, пока лорд крепко удерживал ее за плечи. Воздух пропитался удушающей смесью кедра и пороха как раз в тот момент, когда силуэты девочки и лорда скрылись в угольном магическом вихре, переходящем в зловещее пламя.
Отпрянув, ошарашенный король был не в силах отвести от этого зрелища взгляд, точно так же как и остальные собравшиеся. Черные огненные языки взвились вверх до самого потолка. Когда же крик Присциллы оборвался, пламя растаяло и на пол осели мелкие частички праха.
Лорд, наконец, расправил спину.
– В-все прошло удачно? – Король все еще не спешил приближаться к дочери. Та лежала тихо-тихо, будто спала.
– Теперь она дитя-неонат, – ответил Лерой. – И ей крайне необходим авторитетный воспитатель…
– Вернемся к этому вопросу позже, в более подходящее время, – оборвал его король. Встав, он повернулся к гвардейцам для очередного приказа: – Отнесите принцессу в ее покои и охраняйте.
Лерой встал следом.
– Нет более подходящего времени, чем сейчас. Покои принцессы должны охранять только сильные вампиры, но и этого мало.
Король поднял вверх ладонь, вынуждая того смолкнуть.
– Я сказал: позже. Хочу провести время с дочерью. Все свободны.