Страница 23 из 120
– Ох, ведь точно! Какая оплошность! Прошу простить. Должно быть, супруга верно подметила, что с вином я сегодня перебрал. – Откинувшись на спинку стула, он похлопал себя по набитому животу и подмигнул Гессу: – Мы обсудим все это по-о-озже.
– Обсудим, – коротко ответит тот, оставаясь предельно серьезным.
– Как вам кабанятина, мисс? – граф удостоил вниманием худенькую девушку с пышными темными кудрями и в персиковом платье, сидевшую по центру. Все лицо у нее было в веснушках, а выражение лица отражало невысказанную грусть.
– Меня зовут Альма Торн, милорд. Спасибо, все очень вкусно, – зарделась она.
Обделенная вниманием хозяина, Иветта такого стерпеть не смогла. Она выглянула из-за плеча Альмы и лучезарно улыбнулась графу в надежде тоже быть замеченной. Граф не стал упускать это из виду.
– А что скажете вы, прекрасная леди? Как вам сегодняшний ужин? Все ли пришлось по нраву?
– Вкуснее ничего в жизни не ела! – кокетничала Иветта, стреляя глазками. – Если бы мы заранее знали о награде, то и покушения бы не испугались!
Улыбка графа растаяла.
– Покушения? – переспросил он, поворачиваясь к протектору. – На вас напали?!
В воздухе повисло ощутимое напряжение. Все прочие разговоры разом стихли.
– Атака отражена, – голос Кайрона Гесса словно вибрировал от таящейся в нем силы.
– Какое счастье, что все целы, – мягко произнесла леди Трексил и попыталась улыбнуться, однако выражение ее лица осталось взволнованным.
– Извините, сэр, – один из мальчиков впервые подал голос, обращаясь к протектору. – А кто на вас напал? Разбойники или пираты?
– Охотники.
Все взоры обратились к протектору, пока тот безотрывно следил за каждым действием Вильгельма Трексила. Тот соображал медленно, взвешивая услышанное.
– Постойте-ка… Вы же не думаете, что охотникам сдал вас я? – насмешка в голосе графа померкла.
– Верный маршрут был известен только вам, – хладнокровно подытожил Гесс.
В следующую секунду и охрана графа, и гвардейцы схватились за оружие и направили его друг против друга в полной боевой готовности.
От неожиданности леди Трексил выронила нож, и тот со звоном упал на пол. Грудь женщины задрожала от судорожного дыхания на грани отчаяния. В глазах заблестели слезы, когда она медленно повернула голову и посмотрела на своих растерянных сыновей. Повисла опасная тишина. Каждый боялся шелохнуться, ведь любое неосторожное движение могли расценить враждебно.
Наконец граф Трексил поборол оцепенение. Облизнув губы, он спросил надтреснутым голосом:
– Что в сундуке?
Кайрон Гесс проигнорировал вопрос.
– Велите камердинеру увести девушек в безопасное место, – изрек он. – Вы не меньше моего понимаете, насколько это важно.
– О да, понимаю.
Руки графа, лежавшие на столе, сжались в кулаки. Лицо окрасилось в багровый цвет.
– Милорд? – подал голос камердинер.
Казалось, граф не услышал его. Не отводя глаз от протектора, он кивнул на сундук:
– В нем головы охотников, верно?
– Ваша будет там же, – сорвалось с губ Гесса, и в тот же миг началась пальба.