Ты не такая. Да, я майор спецназа

Глава 94

Ирай и Арутар вернулись с охоты спустя час или полтора, усталые, но довольные, и поохотились они явно удачно. Эти двое притащили несколько птиц, кого-то похожего на кабана и даже рыбу то ли поймали, то ли стащили. Так же они умудрились набрать овощей и травок, которые в готовке использовались вместо специй.

В пещере, где было холодно и сыро, они быстро разожгли огонь, бросив в него несколько сухих веток и кусков коры. Языки пламени заколебались, осветив стены, на которых отпечатались следы многовекового погружения под воду, а также того, что пещера тут появились не естественным способом, а магическим — слишком гладкими и ровными были стены.

Мясо готовилось, испуская божественный запах, который смешивался с дымом и ночным туманом пещеры. Один из мужчин ловко разделывал дичь, оставляя мелкие куски для будущей еды, в то время как дракон наращивал огонь, чтобы температура была оптимальной для приготовления большого куска мяса.

Мужчины делали все дружно, будто это происходило не в первый раз. Я просто сидела у костра и наблюдала за ними и их разговорами. Мужчины, хоть и рассказывали различные истории, которые на первый взгляд выглядели невинными и смешными, но по факту это было словесное испытание силы и знакомство с прощупыванием, кто на что способен. Мужья решили дружно проверить дракона, и тот совершенно не злился, наоборот, открыто отвечал. Первой, кому досталась порция восхитительно пахнущего мяса, была я, тарелкой служил лист какого-то растения, а есть приходилось руками — в этом было что-то близкое из детства, напоминало походы и посиделки у костра с рассказом историй.

Как оказалась, я очень проголодалась и даже не заметила, как съела все мясо, что мне дали мужчины, даже пальцы задумчиво облизывала. Мужчины заметили это, и Ирай положил мне еще мяса, а Арутар очень довольно улыбнулся, и действительно, было чем гордиться — он готовил так же божественно, как и отец Гарах.

Вспомнив об отцах, я немного загрустила: что они сейчас делают, как-то пытаются нам помочь, или наказывают Совет? Подумав об отце Вилейне, я вспомнила правила жнецов смерти, что обидевший жнеца или члена его семьи приговаривался к смерти, а вместе с ним и не одно поколение его рода, от этой мысли мне стало страшно, что же может отец натворить. Да и остальные отцы тоже из добрых и заботливых после пропажи дочери, скорее всего, превратились в ужасающий вариант самих себя, который может принести вред очень многим. Но была надежда на то, что, благодаря нашей связи, в которой мы с Мором сообщили, что с нами все хорошо, они не наломают дров в гневе. И удивительно, что они еще не окружили планету и не пытаются взломать этот барьер, хотя может я и не права. За всеми этими мыслями я не заметила, как уснула.

Вот только очередной беспокойный сон меня ждал в объятиях Морфея на этой планете. Я, как какой-то неприкаянный призрак, болталась под потолком и видела события прошлого, которые тут происходили. Увидеть такое было не то что неожиданным, это, казалось, было просто невозможным.

На входе в пещеру опустилась именно та каменная дверь, которая закрылась сегодня за нами, отделяя нас от города. Первыми вошли четыре женщины-Болхаф, за ними — четыре женщины жнеца-смерти, держа в руках косы, и завершали эту процессию четыре женщины-дракона вечного огня. Сейчас все эти три расы были в упадке. Считается, что расы драконов вечного огня и Болхаф больше не существует и они вымерли, а тут было по четыре представителя от каждой, и так же женщины-жнецы, даже изображений которых не осталось. Насколько же давно все это происходило, даже страшно представить.

Все женщины были очень расстроены, будто на их плечах сейчас лежал тяжёлый груз, и им придётся принять самое важное решение в их жизни. Вот только после того, как они прошли в зал с алтарем, в пещеру практически втащили сопротивляющуюся женщину Болхаф, вели ее жнецы смерти. Она пыталась кричать, извивалась как змея, но все зря. Во рту у нее был кляп, глаза завязаны, конечности связаны, и их мертвой хваткой держали жнецы, они и понесли ее следом за уже вошедшими женщинами. Но и на этом процессия не закончилась. Следующими, кого вели жнецы, были мужчины передвигающиеся на коленях, которые уже были стерты в кровь и, судя по их телам, они сражались до последнего, но умереть им просто не позволяли. Это были два представителя расы Болхаф, один представитель расы драконов вечного огня, а вот кто был четверым — у меня не получалось понять, его внешний вид и расовые признаки постоянно менялись. Но когда сюда же привели детей, мне стало дурно — я понимала, что их привели сюда не просто так, хотела закрыть глаза или отвернуться, но не могла, мое тело вновь не слушалось меня. Тот, кто мне все это показывал, хотел, чтобы я видела абсолютно все, и поэтому меня перенесли в тот самый ритуальный зал.

Сопротивляющаяся женщина была прикованна к полусфере, на которой я видела косы жнецов в огне, и держали ее не кандалы, а тонкие золотые нити, которые связывали ее очень крепко: она пыталась их перерезать ногтями, порвать, но безрезультатно, как и попытки обернутся в боевую форму.

Когда вокруг расставили ее мужей, она еще сопротивлялась и даже что-то пыталась выкрикнуть, даже когда привели детей, в ее глазах не было испуга или еще какого чувства кроме полного безумия и ненависти. Как только за каждым ребенком встал жнец смерти и приставил к шее косу, она продолжила сопротивляться, но больше стала осматриваться по сторонам.

Все стояли и чего-то ждали, только так ничего и не происходило, но жнецы как статуи стояли и не шевелились, а вот женщины, которые вошли первыми, все опустились на одно колено, и я видела, что они что-то говорили, но расслышать что — было невозможно. Они продолжали шептать минут пять, и после этого косы жнецов перерезали горло детям, и их тела, как безжизненные куклы, упали на пол зала. Женщина замерла, не веря в происходящее, но следующими, чью жизнь оборвали жнецы, были мужчины. Пол зала заполняла кровь, это было жутко и тошнотворно, вот только я продолжала смотреть, хоть и чувствовала, как по лицу текут слезы, которые я даже вытереть не могла.

Женщины все также стояли с преклоненным коленом, а вокруг них скапливалась кровь убиенных, а вот за телом женщины в центре стал собираться золотой свет, который превратился в скрюченною фигуру в бело-золотом балахоне. Она подняла голову привязанной женщине, и та забилась, пытаясь вырваться, а волосы ее седели на глазах от страха.