Страница 64 из 104
Глава 33 Новые условия
Я сидела в небольшом уютном кафе с вывеской в виде отрубленной змееволосой женской головы и пила солёный эспрессо. Солёный потому, что я плакала. И причиной моих слёз лишь отчасти был бокал крепкого лошадебыка, медово поблескивающий в бокале рядом. В конце концов, может половозрелая, отверженная девица хотя бы немного расслабиться? За мелких я не волновалась — с ними осталась Юльси, к великому неудовольствию, к слову говоря, первых, потому что моя прекрасная женщина была педагогом.
Одна из трёх проблем была решена, осталось две. И времени — до завтрашнего вечера. Тридцать шесть часов, неплохо. Одним словом, повод расслабиться был и ничего не мешало.
Причина тоже была.
Под утро, кое-как успокоив и уложив Юльси и Никандрика (не без помощи понятливого Хойра и притихшей Паси), я не могла уснуть от мыслей, разрывающих мой мозг и сердце. Зуки флейты из сада начали затихать, когда я осознала: так дальше нельзя. Ненавижу вот это — гонять мысли про себя, накручивать их и нервничать. Многие женщины в таких случаях ждут первого шага от мужчины, но ждать — не моя сильная сторона.
Не выдержав, я вскочила, схватила свёрнутый чёрный камзол с протёршимся серебряным шитьём — предлог для начала разговора, и выбежала в сад.
— Вот, забери, — сказала, подходя к вампиру, сидевшему среди роз.
Темнота уползала с неба, но было ещё довольно сумрачно. Боэсхий перевёл на меня взгляд, оказавшийся неожиданно тяжёлым.
— Госпожа Тририх, — процедил сквозь зубы, — я предлагаю вам расторгнуть контракт. Согласен выплатить неустойку, если к вечеру вы съедете из моего замка.
Меня будто ударили подкованным сапогом в сердце.
— Ч-что?
Ну что, Глаша, поздравляю: твоё непрофессиональное поведение привело к расторжению контракта. А потому что нечего мешать рабочее с личным!
Я закусила губу.
— Боэсхий Назгулович, — выдохнула, постаравшись взять злость под контроль, но чувствуя, как волосы темнеют сквозь краску, а нос вытягивается, — вам не обязательно расторгать договор для того, чтобы избавиться от моих поползновений на вашу честь. Вам просто достаточно сказать, что вы не испытываете ко мне взаимности.
Уф-ф! Институт благородных девиц не подвёл, родненький. Я могла гордиться своими манерами.
— Дело не в ваших поползновениях на мою честь, — всё так же холодно отозвался вампир, — вернее, не только в них. Аглая Найдёновна, вы же помните, когда мы с вами заключили договор? И сколько прошло дней? За это время вы успели выполнить множество дел и безделиц, но не решили ни один из порученных вам вопросов. Я разочарован вашей работой и хочу расторгнуть соглашение.
Что⁈
— Во-первых, — всё же разозлилась я, — сроки выполнения работ не были оговорены. Во-вторых, я работаю над..
— Поэтому я и согласен выплатить неустойку, — перебил клыкастый гад.
Он поднялся, убрал флейту (я не поняла куда). Стоял и смотрел на меня сверху вниз, словно на букашку.
— Вы притащили ко мне в замок целый табор. Я же люблю одиночество, меня же раздражает даже ваше личное присутствие. Тем более, наплыв в замок несовершеннолетних.
— Вы ничем не давали понять, что наше присутствие для вас обременительно!
Даже не догадывалась, что он может меня так бесить!
— Это было очевидно, — сухо отрезал вампир и поднялся. — Давайте не будем оттягивать неизбежное.
— Они съедут, — не согласилась я. — Сроки договора не обговорены. Нет никакого повода расторгать сделку нет.
— И всё же..
— Сделка кровью защищает людей, не так ли? Без моего согласия в одностороннем порядке расторгнуть сделку вы не можете. А я — не согласна.
В чёрных глазах злодея полыхнуло алое зарево. Он шагнул ко мне, убирая руки за спину, укусил нижнюю губу растущими клыками.
— Аглая Найдёновна..
Запнулся и поменял голос на бархатный:
— Глаша, зачем это тебе?
Я отступила, вскинув подбородок. Он решил, что может вот так запросто выставить меня вон, как безродную шавку? Положим, я и есть — безродная шавка, вот только мы, беспородные псины, умеем кусаться.
Боэсхий надел на лицо доброжелательно отчуждённое выражение:
— Возьмите, — протянул красивую картонную коробочку, — я купил для вас звонякалку. Аглая Найдёновна, будет лучше нам пойти на мировую.
— Даже не надейтесь! Контракт не включал в себя форс-мажорных обстоятельств и не подразумевал юридической возможности..
Он вдруг обнял меня, прижался лбом ко лбу, закрыв глаза. Я услышала его сбивчивое дыхание.
— Глаша. Я ошибся, наняв тебя на эту работу. Пожалуйста, давай расстанемся..
— .. друзьями? — резко перебила его я, оттолкнула, освобождаясь, шагнула назад.
Мерзко! Отвратительно!
— Вчера ты не был мне другом! Ты хотел меня не меньше, чем я тебя.
— Я был пьян от крови. Вампиры, наевшись, становятся неадекватными.
— Я тоже была в стрессе! — закричала я. — Меня вчера едва не изнасиловали. Да я метаморфилась как не в себя, так, как даже в юности не метаморфилась! Иначе бы даже не посмотрела в твою сторону, Ваше Комарейшество! И больше не посмотрю. Да плевать на все эти.. потрахушки. Контракт заключён, и он будет выполнен!
— Зачем тебе это?
— «Единороги», знаешь ли, на дороге не валяются, — жёстко отчеканила я.
Воздух наливался дневным теплом, но от взгляда вампира меня начинал бить озноб. В нём полыхала ярость льдов.
— Хорошо. Я даю вам срок до вечера. У вас есть день..
— Три!
— Три это много.
— Три это священное число! Может, я верю в магию чисел?
Боэсхий прищурился.
— А вы верите в магию чисел, Аглая Найдёновна?
— Мои личные взгляды, мнения и убеждения никак не влияют на наши с вами договорённости.
Он помолчал. Взглянул на небо, которое уже зарозовело смущённой девицей.
— Хорошо. Но мы, вампиры, твари ночные. Мы измеряем сутки ночами. Первая ночь прошла, начался день. Вам срок — две ночи до наступления третьей. В случае, если заказ не будет выполнен с вашей стороны в полном объёме, неустойку я выплачивать не буду.
Жлоб!
— Я выполню все пункты нашего договора, — прошипела я и встряхнула головой. — Можете уже сдать вашего «Единорога» на полировку кузова. Ведь повреждённый бампер чинить — не моя обязанность.
Развернулась и зашагала обратно.
— Глаша, — окликнул меня кровоедище, и, поняв, что я оборачиваться даже не собираюсь, продолжил: — я даю вам время передумать до третьей ночи. Если вы до заката всё же решите прервать договор, я оплачу неустойку. Если нет — нет.