Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 86 из 424

Капитан учил меня тактическим приёмам ведения боя небольшими воинскими подразделениями: отделением, полуротой, ротой. Доходчиво объяснял, что необязательно создавать единую монолитную оборону. Достаточно системы сильных опорных пунктов, прикрывающих те же магистрали, перекрёстки важных дорог и пр. В зависимости от выбранных условий (оборона высотки, засада на дороге (с выбором определённой численности подразделения)) он чертил мне схемы расположения «моего» подразделения. От Ильи Михайловича я узнал понятия огневой точки, фланкирующего огня, «кинжального» огня, «секрета» и пр. Особо капитан упирал на использование пулемётов и ручных гранат, целый день посвятил успешному применению немцами русского изобретения – миномёта. Где поставить «секрет», где расположить командный пункт и многое другое – всему этому учил меня Илья Михайлович.

В 18:00 ужин. Затем час личного времени. С 19:00 до 21:00 я занимался с Александром Ивановичем. Прозвище «студент» закрепилось за ним из-за того, что прапорщик присоединился к дроздовцам, будучи именно студентом. Произошло это во время боёв за Ростов в 1918 г. Я любил с ним заниматься, ведь это был второй живой человек в моей жизни, кто знал и помнил моего отца. Он был его настоящим братом по оружию. С Александром Ивановичем мы занимались сугубо практическими занятиями. Например, первое было посвящено исключительно гранатометанию. В конце занятия я по всем правилам отжал усики, выдернул чеку и зашвырнул гранату за борт. Грохнуло где-то на глубине, и вроде как всплыла какая-то рыба. На втором и третьем занятиях мы прорабатывали оказание первой медицинской помощи: перевязку ран и наложение жгута из подручных средств, сбор импровизированных носилок, наложение лубка и пр. Затем были теоретические занятия по хим. защите, правильному окапыванию, полевым способам травли вшей, шитью и подшиванию и т. д.

После 21:00 была вечерняя поверка, затем мы строевым шагом нарезали по палубе короткий квадрат с песней:

О, Боже Правый, изнывает

Под гнётом Русь – спаси Её!

Тебя народ твой призывает,

Яви Ты чудо нам своё!

Смелей, Дроздовцы удалые!

Вперёд без страху! С нами Бог! С нами Бог!

Поможет нам, как в дни былые

Чудесной силою помог. Да, сам Бог!

Завет священный выполняя,

Того, чей глас давно умолк,

Идёт, Россию избавляя,

Вперёд Дроздовский славный полк!

Господь послал нам испытанья

И бремя тяжкого труда,

Но, несмотря на все страданья,

Мы не сдадимся никогда.

Услышим снова приказанье:

«Вперёд, Дроздовцы, в добрый путь!»

И боевое нам заданье -

Свободу Родине вернуть.

Значок малиновый взовьётся

Пред фронтом нашего полка.

И сердце радостно забьётся

В груди у каждого стрелка.

Вперёд поскачет Туркул славный,

За ним Конради и конвой.

Услышим вновь мы клич наш бранный,

Наш клич дроздовский боевой!

Затем было вечернее построение, гигиенические процедуры и долгожданный отбой в 22:00.

И таким был каждый из одиннадцати дней нашего морского путешествия. Что такое одиннадцать дней? Да ничто, одно мгновение. Но это плавание показалось мне вечностью, а себя я действительно почувствовал настоящим юнкером.

Но, так или иначе, всему настаёт конец. Завершилось плавание и моя учёба, после которой каждый «дрозд» заявил, что «готов доверить мне прикрыть тыл». Впереди же лежал Гибралтар, Испания… и война.