Страница 384 из 424
Оказавшиеся во дворе попали под перекрёстный огонь, ведущийся из окон тюрьмы. Те, кто попытался ответить, обозначили себя и погибли. Владимир и ещё три бойца, осознав, что ответная стрельба в ночи демаскирует, сумели прорваться к воротам и открыть их. Во двор хлынули основные силы отряда, вот только немцы сразу поняли, куда нужно бить.
В конечном итоге немцев сумели отогнать от окон плотным ружейно-пулемётным огнём. Взорвали входные двери, ворвались в здание тюрьмы.
Жестокий бой шёл на каждом этаже, за каждую лестничную площадку. Наши были переполнены жаждой мести, а немцы понимали, что пощады не будет, и дорого продавали свои жизни. Они умели воевать. Если бы освобождённые сразу не вступали в бой, весь наш отряд полёг бы в тюрьме.
Но потери и так были страшными, уцелела в лучшем случае треть из тех, кто начал штурм. А фашисты, поняв, что заключённые представляют угрозу, стали расстреливать арестантов.
В итоге немцев перебили, освободив где-то человек 130, может, чуть больше, может, чуть меньше. Вот только «пополнение» вооружилось лишь тем, что взяли в бою. Обчистить арсенал, как и забрать с кухни НЗ, наши не успели: основные силы германцев уже входили в город.
Отступление фактически вылилось в арьергардный бой, и немцев сдерживало моё прикрытие. Погиб Глеб, Виталик был ранен. Виктор, надёжный друг и боевой товарищ, до последнего вёл сдерживающий огонь из снайперской винтовки и оказался в кольце. Миха слышал, как на чердаке дома, где Витя залёг, грохнул гранатный взрыв, ударили автоматные очереди. Дальнейшую судьбу товарища я не знаю, но выжить он точно не мог. Или взорвал себя вместе с фрицами, или фашисты добили его раненого. Хорошо, если добили, а не замучили…
Часть заключённых, потерявшись в темноте, отбилась от основного отряда и погибла. Но, отвлекаясь от отставших, немцы в итоге упустили основные силы отряда.
– Вот видите, в конечном итоге операция имела успех.
– А я и не спорю. Просто немцы после этого боя озверели, нагнали в тюрьму заложников из местных и всех их расстреляли. Никого уже никуда не вывозили: учли, видимо, горький опыт.
– После разгрома аэродрома они, так или иначе, отыгрались бы на заключённых.
– Вот только те, кого спасли в тюрьме, прожили не многим дольше.