Страница 57 из 72
Пока из всех кресел вице-президентов было занято лишь одно. То, в которое мысленно уселся Павел Олегович, ставший куратором всего информационного сектора.
Помимо него были нужны люди, которые станут координировать производство боеприпасов и оружия, медицинское страхование, фарм-промышленность, безопасность всех офисов Корпуса, операции с недвижимостью и ценными активами, торговлю ингредиентами, за исключением медицинских. Из более узких направлений, пока условно были закрыты аналитика и юриспруденция. Локальные команды, которые подчинялись ему лично и отчасти контролировали ситуацию во всех вертикалях, что находились под руководством лидеров второго эшелона. Ещё он вроде бы нашёл сразу двух неплохих финансистов. Вот со специалистами по кадрам критически не везло. Они сейчас были нужны куда больше, чем все остальные, но ни один не смог показать результатов.
Поднявшись на ноги, он двинулся к двери, чтобы сделать ещё одну чашку кофе. Когда был на половине пути, та распахнулась и в проёме показалась фигура его матери. Дмитрий остановился, вопросительно смотря на неё, а сама женщина на секунду отвела взгляд в сторону. Правда потом сразу вновь посмотрела на сына.
— Нам надо поговорить. Я… Мне хочется снова отправиться на ту сторону, сынок. В Изумрудный мир.
В этот раз, всю дорогу назад нас сопровождали истребители. Не меньше четырёх военных самолётов. Правда уверенности в том, что они смогут перехватить идущую снизу ракету, у меня не было. Не уверен, что истребители вообще способны сбить нечто подобное. Поэтому весь полёт наша четвёрка провела, прикрытая воздушными щитами. Заодно остальные потренировались держать их в постоянном режиме.
На пресс-конференции я выложил всё, что знал. Не только рассказал о самом факте существования психиатрической клиники и своих гипотезах, но и обнародовал тот самый список пациентов, что достал Ёсида. Смысла его скрывать не было — если противник видел саму конференцию, то наверняка станет предполагать, что личные данные этих тридцати девяти человек у меня есть. К тому же, раз он смог отправить японца в Чёрный Столб, значит должен был знать, что тот там выжил.
Правда это вызывало совсем другой вопрос — почему неизвестный сразу же не засунул детектива куда-то ещё?
К девяти утра десятого мая, когда мы приземлились в Москве, ответа на этот вопрос я так и не нашёл. Зато сразу же задал себе ещё один, обнаружив, что встречать меня явился лично Елисеев. Да не в одиночку — рядом с ним стоял незнакомый мужчина, при виде меня расплывшийся в искусственной улыбке.
— Олег Георгиевич, но вы можете звать просто Олегом. Очень рад личному знакомству.
Неизвестный спутник полковника первым протянул мне руку. Сам полицейский в ответ на мой быстрый взгляд, вздохнул и едва заметно пожал плечами.
Когда я представился, этот странный тип попытался сразу же увлечь меня к одному из автомобилей, которые ждали невдалеке. Заметно расстроившись, когда я вместе с остальными Защитниками, двинулся к внедорожнику, который обеспечил Елисеев.
— А почему нас встретил советник президента?
Машина уже тронулась с места и я обернулся, посмотрев на Петра.
— Советник президента?
— Ну да. Олег Родионов, кажется. Почти полгода как в должности.
Надо будет потом ещё раз просмотреть анкету парня. Навскидку с политикой он был никак не связан. Однако, как знать. Вдруг я что-то пропустил?
В присутствии водителя, обсуждать ситуацию дальше я не стал. А когда мы добрались до небольшого особняка под Москвой, который арендовал Дмитрий, оказалось, что советник заявился туда следом за нами.
Относительно скоро мне нужно было оказаться в самой столице — из планов на первую половину дня была только беседа с Елисеевым. Но Родионов отставать не собирался. Полковник и рта не успел раскрыть, как тот принялся рассказывать о взаимодействии государства и Корпуса Защитников. Заодно приплетая сюда и ГУПАП под командованием Елисеева.
Спустя пять минут непрерывной болтовни при полном отсутствии реакции на мои намёки, пришлось перейти к более кардинальным вариантам.
— Что вам от меня нужно?
Прямой и как мне казалось, простой вопрос, мужчину заметно озадачил.
— Ну как же… Обсудить вопросы взаимодействия между государством Корпусом.
— А фамилия у этого «государства» есть? Или ваш шеф, как Людовик Четырнадцатый? Он и есть государство.
Вот теперь он смешался. Даже в сторону полковника, которого всё это время подчёркнуто игнорировал, покосился. Потом снова глянул на меня.
— Вы же понимаете, что… Нельзя вести самостоятельную игру такого масштаба. Вы только что дали пресс-конференцию, которая перевернула мир, но даже не попытались использовать её, чтобы помочь своей стране?
Теперь настал мой черёд почувствовать себя немного растерянным. Чего-чего, а таких претензий услышать не ожидал.
— Полковник Елисеев получил все данные первым. До того, как я поделился ими с кем-то ещё. Чаще всего так будет происходить и впредь.
Мужчина поджал губы. Мельком посмотрел на Франсуа и Василину с Петром — все трое Защитников сидели тут же, в гостиной второго этажа.
— Боюсь вы не совсем меня поняли. Эта информация… Она ведь является рычагом для влияния.
— Каким образом имена тридцати девяти кровожадных психопатов могут быть инструментом влияния?
Тот снова на миг замялся. В глазах на секунду мелькнула тень сомнения. Которую этот эффективный бюрократ немедленно подавил.
— Их ведь можно найти и использовать в своих интересах. Либо изучить и понять, откуда все эти видения взялись. На самом деле существует масса вариантов, многие из которых интересны. Мы могли бы передать всю информацию, в первую очередь нашим союзникам.
Я понимал, что стоящий передо мной мужчина не знал, что будет дальше. У него не было ни единого фрагмента информации о событиях, что ждут планету в будущем. Но даже если так — всё равно должен был понимать контекст. Не слепой ведь — видел, что происходит в мире. И не алкоголик, который сидит на кухне однушки, глуша водку и желая, чтобы мир рухнул, а все приличные люди скатились до его уровня. Родионов занимал должность, с которой можно было заглянуть далеко за пределы обычных горизонтов.
Такие, как он, создали немало проблем в прошлый раз. Любители «использовать» всё для наращивания своей власти, под прикрытием красивых слов. Либо вовсе, обычного заработка.