Страница 56 из 77
Глава 33
Аномалии конец
Мы бежим в сторону центрального отсека. Все эти пугающие наросты на стенах продолжают пульсировать всё быстрее и быстрее. Корабль изменился, я путаюсь в коридорах, но Калеб безошибочно ведёт нас в нужном направлении.
Металлическая дверь со скрежетом отъезжает в сторону. Мы врываемся внутрь того же зала, где общались с древними. Картина, открывающаяся перед нами, заставляет меня замереть на секунду.
Агнесс лежит на полу, прижатая к металлу рукой Илария. Я вижу её глаза и внутри всё переворачивается от ужаса. Они… полностью чёрные, без радужки, без зрачка, как две бездонные дыры. Она бредит, дёргается, из её горла вырываются нечленораздельные звуки.
Выглядит так, будто в неё демоны вселились. Спасибо земным фильмам. Насмотрелась в своё время ужастиков. Вот Агнесс сейчас как раз такая же, как на тех кошмарных кадрах с одержимыми.
По спине пробегает холодок. Я чувствую, как Джаред сильнее сжимает мою ладонь, будто пытается приободрить через это прикосновение.
— Сильное поражение пси-полем, — поясняет Дэмиан, замечая наши с Вальтерра взгляды. Кстати, здесь уже собрались все. Мы реально оказались последними. И лучше не думать по какой причине. Дэмиан склоняется над Агресс с планшетом, его лицо сосредоточенно. — Аномалия почти полностью подавила её сознание. Нужна срочная очистка.
— Вытащим, — коротко бросает Иларий. — Потом. Сейчас у нас есть другая задача.
— Да, девочки, приступайте, пока тут всё к хренам не разрушилось, — даёт команду профессор Блэйк.
Судя по его тону, он уже чуток напряжён. Хотя скорее даже не чуток. Не помню, чтобы он когда-либо прибегал к грубым выражениям. Можно только порадоваться, что сейчас не время для допроса нас с Вальтерра. А то всем, наверное, очень интересно, почему вместо миссии мы где-то долго скрывались и почему вернулись оттуда такими взлохмаченными.
Я отпускаю руку Джареда и делаю шаг к Мире. Она уже стоит рядом с ядром и ждёт меня. Мы сталкиваемся с ней взглядами. Я вижу в её глазах горящую там уверенность.
Вздыхаю и настраиваюсь на работу.
Очень надеюсь, что мои пси-способности сами поймут, что и как делать. Потому что я понятия не имею до сих пор, как всё это работает.
— Готова? — спрашивает Мира.
— Готова, — киваю я, не понимая толком, к чему именно.
Я протягиваю руки и берусь за пальцы Миры. Последнее, что я чувствую, прежде чем переключиться полностью на общение с древними, это настороженный взгляд Джареда. Даже сейчас я понимаю, что если что-то пойдёт не так, он полезет меня вытаскивать. И плевать ему на всё. Он будет спасать меня.
Это, чёрт возьми… приятно. Будто у меня появился свой собственный защитник. Никогда я не испытывала ничего подобного. Я всегда только и делала, что выживала. Но теперь у меня появился тыл.
Мир вокруг нас с Мирой исчезает.
Древнее сознание встречает нас знакомым пульсирующим светом. Оно взволновано, испугано, растеряно. Сознание чувствует, что баланс нарушен, энергия течёт неправильно, процесс ускорился, и оно не знает, как остановиться.
Мира рядом. Я чувствую её тепло, её поддержку, её решительность. Вдвоём нам легче. Вдвоём мы сильнее. Я впервые в жизни доверяю человеку, которого практически не знаю. И у меня нет никаких сомнений в том, что я делаю правильный выбор.
Вместе с сознанием мы проходим путь. Оно отпускает связь с материальным миром, сворачивается в точку, сохраняя себя, но переставая влиять на нашу реальность. Это переход, который оно начало миллиарды лет назад, а теперь заканчивает. Правильный, нужный, именно такой, как и было задумано изначально.
Я чувствую, как по телу прокатывается волна тепла и дрожи. Все нервы натянуты до предела, от нас с Мирой будто бы исходят какие-то волны. Силы покидают меня с ужасающей стремительностью.
Пальцы едва удерживают руки Миры. Она цепляется за меня, я — за неё. Но мы не разрываем контакт. Голова кружится, но я упорно стою на месте. Чувствую, что ещё чуть-чуть. Мы почти закончили.
Сознание древних идёт вместе с нами, сжимается. Оно становится всё меньше и меньше, пока не происходит последняя яркая вспышка, которая прокатывается через наши тела, как через резонаторы.
Пульсация резко останавливается и вокруг нас возникает какая-то непривычная, удивительная тишина. Словно мы с Мирой попали в вакуум, где не существует звуков. Словно мы отрезаны от всего мира.
Всё… получилось?
Я медленно открываю глаза, осторожно оглядываюсь. Вижу, как наросты на стенах сереют, теряют свечение, рассыпаются в прах, осыпаясь на пол, превращаясь в пыль. А ядро — этот пульсирующий сгусток энергии — начинает сжиматься, становясь меньше, плотнее, ярче. Пока в центре комнаты не остаётся маленький, голубоватый кристалл.
Я автоматически протягиваю руку и беру его. Кристалл тёплый, пульсирующий равномерным светом. Вот оно. Сознание древних, упакованное в обычный камень. Стабилизированный остаток аномалии. Теперь безопасный.
Я глубоко вздыхаю, уравновешивая ритм сердца и дыхание. Становится легче. Слабость уходит, хоть и не до конца.
— Получилось, — шепчет Мира, во все глаза глядя на этот кристалл.
— Обалдеть… — выдыхаю я в ответ. — Реально получилось. Мы теперь… герои?
Я поднимаю на неё глаза, и она усмехается.
А через секунду нам уже становится не до смеха.
Корабль содрогается опять. Только в этот раз это означает не трансформацию, не то, что кто-то снова попытался испортить всё… В этот раз — это окончание. Аномалия уничтожается сама собой, убирая все следы того, что когда-то держало её в этом мире.
«Горизонт» начинает разрушаться.
— Эвакуация! — суровый голос Блейка гремит над отсеком. — Всем к шлюзу! Быстро! Помогаем команде переместиться на наш корабль!
Мы срываемся с места и бежим. Я сжимаю кристалл в кулаке. Джаред хватает меня за руку, тащит за собой. Мира бежит рядом с Иларием. Сайрус тащит Агнесс. Остальные бегут следом за нами.
Первым делом мы возвращаемся в помещение, где расположились члены экипажа. Помогаем им перебраться на наш корабль. Следим, чтобы никто не остался, чтобы все были спасены.
И вот все двадцать три человека, включая капитана Шеннона, располагаются в креслах нашего космолёта. Их лица бледны, глаза всё ещё темны, но трансформация начинает обращаться. Без аномалии они постепенно снова становятся людьми.